ПОЛИКРАТ (?-522 или 523 до Р. X.)

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

ПОЛИКРАТ

(?-522 или 523 до Р. X.)

Тиран (правитель) на острове Самос (приблизительно с 540 года). Осуществил государственную чеканку монеты, создал военный и торговый флот и армию, боролся с городами Малой Азии и островов Эгейского моря за торговые пути.

Наиболее блестящим из тиранов и притом опиравшимся, по-видимому, на торгово-ремесленный класс, был Поликрат с острова Самос.

К концу VI века Самос достиг расцвета, об этом можно судить по дошедшим до нас остаткам керамики, живописи и скульптуры. Самосскую керамику находят при раскопках в различных частях Греции (исключая лишь район Черного моря и Халкидики, куда самосцев не пускали милетяне и коринфяне) — именно на Родосе, Кипре, в Египте, Сицилии, Италии и Карфагене. Это свидетельствует о наличии широких торговых связей и сильного флота. Аяакес, отец Поликрата, скорее всего не был тираном — такой вывод можно сделать по тому, как Поликрат пришел к власти Он собрал в гетерию представителей своего сословия, посулив им щедрое вознаграждение, и вместе с ними и родными братьями Пантагностом и Силосоном силой захватил Самос (537–538). Произошло это во время большого праздника Геры, когда жители города отправились в святилище, находившееся в полутора часах ходьбы, и там сложили оружие. Поликрат напал на них, затем захватил важнейшие центры города, в том числе акрополь. Поликрат запросил военной помощи у Лигдама, тирана острова Наксос, и тот послал ему войска.

До 532 года братья правили совместно, затем Поликрат приказал убить Пантагноста, а высланный Силосон нашел убежище при дворе персидского царя. Среди противников режима были прежде всего гаморы и другие состоятельные люди. Многие из них добровольно покинули остров, не желая мириться с тиранией. В основном они направлялись в Южную Италию. Туда же уехал знаменитый математик и философ Пифагор.

Малообеспеченные слои населения Самоса в большинстве своем приветствовали падение гаморов. У них появилась возможность неплохо заработать на флотской службе или строительстве, развернутом тираном в огромных масштабах.

Флот, который достался Поликрату после государственного переворота, насчитывал до ста 50-весельных судов и около сорока триер. По его приказу был сконструирован новый тип судна, так называемая самена, которая могла использоваться в открытом море как парусник.

Гавань Самоса была защищена и расширена гигантским молом. Самосцы всегда занимались морским разбоем, но Поликрат делал это с таким размахом и достиг такого могущества на море, каким, по словам Геродота, кроме Миноса и других царей глубокой древности, никто не обладал. Он нападал на все острова и побережье на большом удалении, причем, как передают, цинично заявлял, что пострадавшие друзья будут ему еще более благодарны за возврат награбленного, чем если бы их вообще не грабили. Кроме того, тиран подчинил себе множество городов на островах и побережье Малой Азии, надеясь установить свое господство на всем Эгейском море.

Хорошо подтверждены такие его предприятия, как война против соседнего Милета, на помощь которому пришли лесбосцы. Последних Поликрат захватил в плен и использовал как рабочую силу при возведении стены вокруг города Самоса. Победил ли он самих милетян, сказать трудно, однако Фукидид сообщает, что он захватил небольшой остров рядом с Делосом — Ренею, но затем принес его в дар Аполлону, соединив его цепью со священным островом Аполлона Делосом. Он осуществлял своего рода протекторат над этим островом.

Казалось, сами боги благоволили расширению его власти, захвату судов и городов. Куда бы он ни направил свои пиратские суда и войско, все получалось по его желанию. Не меньше, чем удивительным везением государя-пирата, современники и потомки восхищались размахом его строительства, великолепием и пышностью его двора. «Ни один эллинский тиран, кроме сицилийского, не может сравниться по размаху роскоши с Поликратом», — утверждает Геродот. Храм Геры, построенный архитектором Рэком, с замечательными картинами художника Мандрокла, считался одним из чудес света. Дворец Поликрата также отличался неслыханной роскошью.

Архитектор Евпалин из Мегары построил первый в мировой истории туннель в 350 м длины, сохранившийся до нашего времени (этот туннель служил для водопровода). Благодаря владычеству Поликрата на море расцвела торговля с ближними и дальними странами. Великому пирату удавалось привлечь торговые суда, гарантируя им безопасный проход в свой город, где они должны были платить пошлину и портовые взносы, но грузы при этом не разграблялись. Город Самос в правление Поликрата был одним из самых красивых, многолюдных и богатых городов Эллады. На базаре в Самосе можно было найти товары со всех концов греческого мира. Поликрат занимался чеканкой монет. Как и прочие тираны, он редко ставил на них свое имя, зато на монетах чеканилось изображение введенного им типа судов «самена», поэтому все самосские монеты стали называться «самена».

Принято считать, что ионийцы VI века, особенно Поликрат, предавались лидийской роскоши и изнеженности. Как сказано в предании, он привлекал к своему двору не только прекрасных женщин и красивых мальчиков, но и людей искусства разного рода и одаривал их по-царски. Так, знаменитый врач Демокед из южноиталийского Кротона, практиковавший прежде в эгинской и афинской общинах, получил неслыханно высокий гонорар в два таланта. Не менее щедро Поликрат одаривал прославленных поэтов, находившихся при его дворе, Анакреонта из соседнего Теоса и Ивика из отдаленного Регия. Образ этого разностороннего, демонического человека, несмотря на постоянно прорывающуюся в нем жестокость, вызывал восхищение современников, особенно восприимчивых в этом отношении ионийцев, что чувствуется и в изложении Геродота.

Его отважная личность, его власть покорителя морей, его сказочное счастье и великолепие его двора могли затмить даже блеск дворов сатрапов.

Как же относились к нему персидские правители, чей наместник обосновался в Сардах? Неужели они наблюдали за самовольным присоединением города тираном, формально подвластного персам, за приемом беглых лидийских подданных? Увы, у персов не было боеспособного флота, который мог бы противостоять греческому.

Воспользовавшись тем, что у Кира и у его сына Камбиза давно были связаны руки на Востоке, Поликрат своей гибкой политикой сумел предотвратить опасность вмешательства финикийского флота. Он заключил дружеский союз с узурпатором Амасисом, царем Египта.

Однако во время морского разбоя тиран Самоса не делал различий между врагами и друзьями, и, вероятно, жалобы бежавших в Навкратис самосцев на его жестокое правление привели к разрыву между Амасисом и Поликратом. Возможно, последний пошел на это сознательно. Тиран понимал, что сын и наследник Кира Камбиз готовится к завоеванию Египта, поэтому выгоднее перейти на сторону противника, чем помогать находящемуся под угрозой владыке Нила, чтобы таким образом добиться признания своих завоеваний персидским царем.

После завершения соответствующих переговоров Поликрат послал Камбизу 40 триер, чьи экипажи состояли из недовольных политикой тирана людей, причем он попросил великого царя больше не отпускать этих оппозиционеров на родину. Но либо по дороге в Египет, либо на обратном пути команды самовольно повернули на Самос и после победоносного морского боя попытались высадиться на остров. Скорее всего, они были разбиты и вынуждены искать спасения в море. Следствием неудавшегося мятежа были жесточайшие действия тирана. Даже жен и детей, не причастных к восстанию самосцев, он заключил в гавани как заложников, чтобы в случае нового нападения избежать перехода их мужей и отцов на сторону восставших.

Потерпев поражение, мятежники направились на Пелопоннес и обратились к Спарте за помощью, которая была им оказана. Объединенному отряду удалось свергнуть Лигдама на Наксосе и взять в осаду Самос. Спартанцы, не искушенные в осадной войне, через сорок дней вынуждены были отступить (524–523 гг.).

Тогда как вторично разочарованные самосские изгнанники с разнообразными приключениями искали в эгейском мире новую родину и в конце концов были обращены в рабство на острове Крит, персидский сатрап Сард Оройт готовился устранить тирана и тем самым заслужить благодарность и почет своего правителя, тем более что Камбиз после завоевания Египта (525) больше не имел оснований считаться с Поликратом.

Добиться этого военной силой было трудно, что незадолго до этого подтвердила неудача пелопоннесцев. Тогда Оройт пощел на хитрость: он попросил у Поликрата убежища, поскольку царь посягает на его жизнь, а взамен пообещал половину своих сокровищ. Недоверчивый Поликрат вначале послал своего секретаря Маяндрия, и после того, как тот убедился, что сокровища действительно существуют, лично в сопровождении свиты отправился к персу на соседнюю Магнесию. Однако сатрап тут же взял его в плен и велел казнить. Труп был прибит к кресту. Самосцев из свиты отпустили домой, остальных Оройт обратил в своих рабов. Это был ужасный конец, настолько неслыханный и драматичный, какими были жизнь и деяния этого дерзкого человека, в котором тирания восточно-ионийского образца нашла свое самое грандиозное и устрашающее выражение.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.