Большая Лубянка

Большая Лубянка

До XIX века улица называлась Сретенкой. Она одна из древнейших в Москве. По преданию, в ее районе располагались села полулегендарного боярина Кучки и «Кучково поле». В XII–XIV веках здесь проходил путь из Киева и Смоленска во Владимир-на-Клязьме, Ростов Великий и другие города, а с 1553 года, когда был открыт путь в Западную Европу через Белое море, по этой улице в XVI–XVII веках прошла главная торговая дорога. В XII веке здесь, возможно, проезжали Владимир Мономах, строитель города Владимира-на-Клязьме, и его сын Юрий Долгорукий — основатель Москвы. По ней в 1382 году Дмитрий Донской поехал на север собирать войска против Тохтамыша, и эта угроза заставила хана, разорив город, отступить от Москвы. Во время нашествия Тамерлана, в 1395 году дошедшего уже до города Ельца, по этой дороге из Владимира в Кремль пронесли икону Владимирской Богоматери, которую москвичи встретили на месте теперешних Сретенских ворот. У места встречи иконы была поставлена церковь Сретения, потом Сретенский монастырь, собор которого, построенный в XVII веке, стоит до сих пор. По монастырю улица получила название Сретенки (в XVII веке — Встретенской).

В XV веке улица была еще довольно пустынной, мало заселенной, и в 1482 году псковские мастера строили здесь вместо деревянной церковь Сретения каменную «на поле». Василий III поселил в 1510 году в начале улицы псковичей и новгородцев, выведенных с их родины в Москву, чтобы ослабить в этих городах враждебное Москве их влияние. На углу Сретенки и Кузнецкого моста они поставили в 1514 году церковь Введения (ныне на ее месте площадь Воровского). Предполагают, что новгородцы принесли в Москву название своей улицы в Новгороде — Лубяницы; «Лубянкой» до XIX века называли в Москве современную Лубянскую площадь, Лубянский проезд и Китайский проезд — до Ильинских ворот.

Торговый характер улицы выявляли стоявшие в ней в XVI–XVII веках лавки, шалаши, кузницы и пр., особенно многочисленные у Сретенских ворот. Только в 1710 году от последних были выведены на современную Сретенку мясные ряды. В XVII веке часть улицы и переулки занимали своими дворами торговцы и ремесленники Сретенской черной сотни (слободы). В 1653 году в ней насчитывался 351 двор. Однако уже в то время по улице размещались также дворы знати.

На углу современного Фуркасовского переулка стоял обширный двор князя Д. М. Пожарского, возле которого в 1611 году он бился в «острожке» (за баррикадой) с интервентами, занимавшими Китай-город, и был здесь тяжело ранен.

В XVIII веке, когда торговля Москвы с заграницей пошла главным образом через Петербург, улица приобрела жилой характер — на ней прибавилось дворов знати. Здесь поселились князья Голицыны, Волконские, Хованские, Хилковы и др. Но было много мелких дворов купцов, державших на Сретенке розничные лавки. На южном углу Фуркасовского переулка в XVIII веке стояли дворы причта церкви Введения, на улицу выходили деревянные лавки, в которых помещались «цырюльня, калашня, блиння, масляная и свечная изба». На углу современной Пушечной улицы стояла деревянная фартина (кабак). Многие дворы знати выходили на улицу либо заборами, либо конюшнями; палаты стояли в глубине дворов. При всех дворах, даже мелких, как правило, имелись сады.

Каменными домами улица обстроилась главным образом в XIX веке. В начале этого века среди других домов выделялся своими размерами и красотой дом графа Ф. В. Ростопчина — генерал-губернатора Москвы в 1812 году. Он сохранился до сих пор (№ 12).

По этой улице возвращался в Москву Иван Грозный после покорения Казани. Царь Михаил Федорович, вступая на царство, также прошел по этой улице. По ней же часто Алексей Михайлович следовал на богомолье в Троице-Сергиев монастырь. Но знала улица и другие события, как, например, уже описанный нами Медный бунт 1662 года.