Филиппинские острова

Филиппинские острова

Флотилия Магеллана остановилась для отдыха и пополнения запасов воды у необитаемого острова Хомонхон. Жители соседнего островка, доставлявшие испанцам фрукты, кокосовые орехи и пальмовое вино, сообщили, что здесь много больших и малых островов. Во время приёма у местного вождя моряки обратили внимание на обилие золотых изделий разного назначения, особенно украшений, и холодное оружие, отделанное золотом.

Когда несколько позже вблизи острова Лимасава слуга Магеллана малаец Энрике попробовал разговаривать с местными жителями на своём родном языке, он был хорошо понят. Через некоторое время к «Тринидаду» подошли две большие лодки с делегацией аборигенов, с местным правителем во главе. Энрике выполнял обязанности переводчика. Магеллан понял, что он добрался до тех мест, где говорят на малайском языке, а значит, находится недалеко от «Островов пряностей». Но он уже побывал однажды на корабле своего кузена Франсишку Серрана в составе португальской экспедиции Антониу Абреу. Это означало, что Магеллан замкнул извилистую линию своих плаваний, то есть фактически стал первым человеком планеты, который совершил кругосветное плавание.

Филиппинские острова были местом в океане, где пересекались торговые пути развитых азиатских стран – Индии и Китая. В портовом городе Себу моряки увидели многие признаки «цивилизованного» мира. Раджа Себу потребовал уплаты пошлины. Вместо этого Магеллан предложил ему дружбу и военную помощь как вассалу испанского короля, если раджа таковым себя признает. Адмирал выступил также в качестве миссионера, предложив правителю Себу и его семье принять крещение по католическому обряду. Как записал дотошный Пигафетта, вскоре и раджа с семьёй и придворными, и население города, и жители ряда других островов стали католиками.

На этом и остановиться бы Магеллану, но, окрылённый дипломатическими и миссионерскими успехами, он ввязался в междоусобную войну на острове Мактан. Привычный к экстремальным методам ведения войны и преимуществам испанского вооружения, он не учёл численного превосходства туземцев и их умения обороняться и наступать. Когда адмирал приказал поджечь селение, это так разъярило мактанцев, что испанцы, опытные бойцы, в ужасе обратились в бегство, за исключением шести или восьми человек, оставшихся при Магеллане. Пигафетта был очевидцем этой драмы: «…Наши… немедленно бросились в бегство… Узнав капитана, на него накинулось множество людей… но все же он продолжал стойко держаться. Пытаясь вытащить меч, он обнажил его только до половины, так как был ранен в руку… Один из нападающих ранил его в левую ногу… Капитан упал лицом вниз, и тут его закидали… копьями и начали наносить удары тесаками до тех пор, пока не погубили… наш свет, нашу отраду… Он всё время оборачивался назад, чтобы посмотреть, успели ли мы все погрузиться в лодки».