Глухое озеро

Глухое озеро

Находилось это озеро когда-то за Александро-Невской лаврой, и хотя сегодня его нет, следы сохранились в городской топонимике. По сей день существует Глухоозерское шоссе, а нынешняя Мельничная улица до 1952 г. звалась Глухоозерской.

«Глухое озеро было немалой величины – километра полтора длиной, метров до трехсот шириной, – отмечает известный историк Петербурга Дмитрий Шерих в своей книге „Невская застава: берег левый, берег правый“». – Изогнутое наподобие лунного полумесяца, с краями, опущенными к югу, оно располагалось там, где сегодня находятся промзоны многих предприятий. Восточный берег находился примерно там, где заканчивается нынешняя Мельничная улица. Другим своим концом озеро подходило довольно близко к Волковой деревне и Волковским кладбищам, отчего и звалось одно время Волковским озером. Известно, что озеро было мелководным, с достаточно топкими берегами. Однако это не помешало ему стать центром дачной жизни екатерининского Петербурга».

История этих мест очень любопытна. В 1770-х гг. Екатерина II пожаловала местность вокруг Глухого озера своему фавориту князю Григорию Потемкину. Тот вложил огромные средства в освоение окрестностей Глухого озера – так возникла роскошная усадьба, получившая название «Озерки». Тут устраивались летние балы и пышные маскарады с иллюминациями и фейерверком. На территории парка устроили беседки, фонтаны и искусственные гроты.

В 1770-х гг. в имении Потемкина построили принадлежавшие ему два стекольных завода: один – для изготовления аптечной посуды, другой – для производства хрусталя, а затем рядом с ними соорудили зеркальный завод. Вся местность стала поэтому называться Стеклянным городком, или, в просторечии, Стеклянкой, о чем напоминают до сих пор названия улиц – Хрустальной, Глиняной, Глазурной, Фаянсовой – и Зеркального переулка.

После смерти Потемкина его усадьба «Озерки» зачахла, и парк превратился со временем в топкие дорожки в сыром тенистом лесу. «Хотя и в конце XIX в. некоторые карты города указывали на месте потемкинской усадьбы Озерковскую слободу, это было лишь слабое напоминание о былых временах», – отмечает историк Дмитрий Шерих. В середине XIX в. городские власти отвели Глухое озеро под свалку, и постепенно когда-то живописный водоем заполнили мусорными отбросами и 1882 г. окончательно засыпали…

Еще в первой половине XIX в. неподалеку от Глухого озера появилась ферма, которую называли Глухоозерской. Она являлась одной из трех казенных ферм, на которых работали англичане, приглашенные в Петербург Александром I. Находилась она в самом конце нынешней Мельничной улицы.

«Царь хотел положить начало освоению южных окраин города и сделать это на высоком качественном уровне, – сообщает историк Дмитрий Шерих. – Британцы занялись осушением и освоением земель, причем черную работу делали наемные рабочие и солдаты военно-рабочего батальона…

Однако вот гримасы государственного управления экономикой: уже вскоре после того как Глухоозерская ферма была выведена на должный уровень, она постепенно начала хиреть. На городских планах XIX в. хорошо видно, как уменьшается ее территория. В конце концов от фермы осталось лишь воспоминание. И „земли Глухоозерской фермы“, которые принадлежали Кабинету Его Императорского Величества, власть начала раздавать под новые проекты».

Одним из них стал Глухоозерский завод по производству портланд-цемента, основанный химиком и технологом, учеником Д.И. Менделеева генерал-майором Алексеем Романовичем Шуляченко. Завод просуществовал до революции, затем закрылся, а в 1930-х гг. на его месте оборудовали Комбинат строительных материалов (Металлокомбинат), выпускавший кровельное железо. В 1960-х гг. он стал частью Завода турбинных лопаток…

В самом конце XIX – начале ХХ в. с «землями Глухоозерской фермы» был связан уникальный масштабный градостроительный проект своего времени – создание нового района Петербурга под названием «Царский городок». Подробно о нем рассказывается в очерке этой книги, так и озаглавленном – «Царский городок».