Рождение детей в семье Николая II

Рождение детей в семье Николая II

Проблема престолонаследия во множестве стран и во все времена тесно переплеталась с закулисными интригами. Особенно остро с этим вопросом столкнулась семья последнего русского императора Николая II. Главной династической задачей каждой императрицы всегда являлось рождение наследника престола, поэтому любое недомогание молодой женщины списывалось на ожидаемую всеми беременность. Достаточно характерна фраза, записанная в дневнике великого князя Константина Константиновича в декабре 1894 г., менее чем через три недели после бракосочетания Николая и Александры, но более чем через полгода после помолвки в Кобурге: «Молодой императрице опять сделалось дурно в церкви. Если это происходит от причины, желанной всей Россией, то слава Богу!»⁷

Акушер Дмитрий Оскарович Отт был крупнейшим специалистом-гинекологом своего времени. Еще при Александре III, в 1893 г. он был назначен директором Императорского клинического повивального института. Впервые Николай II упоминает профессора Отта в своем дневнике 26 сентября 1895 г. За месяц до рождения первенца в императорской семье лейб-акушер лично приехал в Зимний дворец, о чем Николай записал в дневнике: «Отт и Гюнст приехали осмотреть мою душку!» Через день он вновь упомянул, что «Отт и Гюнст довольны». Вскоре пришло время рожать, и в дневнике Николая II отмечено, что схватки продолжались почти сутки – с часа ночи и до позднего вечера. Только в 9 часов вечера 3 ноября 1895 г. императрица родила девочку, которую родители назвали Ольгой. Все это время рядом с ней находились профессор Отт и акушерка Евгения Конрадовна Гюнст.

Первые роды императрицы Александры Федоровны были тяжелыми. Хотя их готовились принимать в Зимнем дворце, рожала императрица в Александровском дворце Царского Села. Как упоминала младшая сестра царя, великая княгиня Ксения Александровна, младенца «тащили щипцами». Крестили Ольгу 14 ноября 1895 г. в Большой церкви Екатерининского двора в Царском Селе. Только спустя полтора месяца после родов, в 20-х числах декабря 1895 г. царская семья с маленькой дочерью перебралась в Зимний дворец.

Эти патологические роды были обусловлены как слабым здоровьем императрицы, которой на тот момент было 23 года, так и тем, что она с юношеского возраста страдала крестцово-поясничными болями. Боли в ногах преследовали ее всю жизнь, поэтому домочадцы часто видели императрицу в инвалидной коляске. При этом она, вопреки традициям, с 5 ноября сама начала кормить дочь, чем очень гордился ее супруг. Спустя несколько недель царь в дневнике вновь упомянул Д. О. Отта среди врачей, которые присутствовали во дворце при купании ребенка. Старшая сестра императрицы Елизавета Федоровна писала в письме к королеве Виктории, что уход во время родов «был прекрасный». Последний раз Николай II упомянул имя Д. О. Отта 30 ноября: «Присутствовал при ванне дочки. Отт тоже был там; теперь он приезжает редко». Акушерка Е. К. Гюнст простилась с царской семьей 20 декабря, пробыв в Зимнем дворце три месяца.

Успешные первые роды императрицы положили начало придворной карьере Д. О. Отта, продолжавшейся вплоть до февраля 1917 г. Именным высочайшим указом от 4 ноября 1895 г. на имя министра императорского двора Д. О. Отт был «всемилостивейше пожалован в лейб-акушеры двора его императорского величества с оставлением в занимаемых должностях и званиях». В формулярном списке Д. О. Отта на 1 декабря 1895 г. были зафиксированы эти должности и звания: «Директор Повивального института, лейб-акушер, консультант и почетный профессор по женским болезням при Клиническом институте великой княгини Елены Павловны, доктор медицины, действительный статский советник». Можно добавить, что на основании положения Придворной медицинской части Министерства императорского двора звание лейб-медика «производилось вне всяких правил, по усмотрению их величеств».

После столь тяжелых родов императрица встала на ноги только 18 ноября 1895 г. и сразу села в инвалидное кресло: «Сидел у Аликс, которая каталась в подвижном кресле и даже побывала у меня»⁸. Видимо, уже первые роды неблагоприятно сказались на ее слабом здоровье, поэтому были вновь возобновлены общеукрепляющие процедуры. Царь записал в дневнике 28 ноября 1895 г.: «Аликс опять купалась, теперь она будет по-прежнему принимать ежедневно соляные ванны»⁹.

Слабое здоровье императрицы и рождение девочки сразу же повлекли за собой распространение различных слухов. Даже старшая сестра Александры Федоровны великая княгиня Елизавета Федоровна в письме к королеве Виктории сочла нужным упомянуть: «…вы знаете об ужасных слухах, которые неизвестно кто распускает, будто Аликс опасно больна и не может иметь детей и что нужны операции».

Однако императрица родила вновь менее чем через два года. В письме к матери в январе 1897 г. Николай II сообщал: «Вчера Аликс решительно почувствовала движение – прыжки и толчки»¹⁰. Эта беременность тоже оказалась не самой простой. Видимо, на ранних сроках медики опасались выкидыша, поскольку в документах глухо упоминается, что императрица встала с постели только 22 января 1897 г., пролежав семь недель. Все это время рядом с ней находился лейб-акушер Д. О. Отт. В тех же документах упоминается, что он сам катал в коляске императрицу по саду рядом с Зимним дворцом. Угроза выкидыша подтверждается и упоминанием Николая II в письме к матери о том, что «мы более чем осторожны при движении и при всякой перемене положения на диване»¹¹. Тем не менее царская семья буквально накануне родов по традиции переехала на лето в Александровский дворец Царского Села, где 29 мая 1897 г. появилась на свет Татьяна. В этот день великий князь Константин Константинович записал в дневнике: «Утром Бог дал их величествам… дочь. Известие быстро распространилось, и все были разочарованы, так как ждали сына»¹².

В ноябре 1898 г. выяснилось, что императрица беременна в третий раз. Как и во время предыдущих беременностей, ее немедленно усадили в коляску, поскольку она не могла ходить из-за болей в ногах. 14 июня 1899 г. в Петергофе родилась третья дочь – Мария.

Череда дочерей в царской семье начала вызывать устойчивое разочарование в обществе. В 1913 г. кадет Обнинский писал: «Свет встречал бедных малюток хохотом. Оба родителя становились суеверны. и когда умер чахоточный Георгий, у нового наследника был отнят традиционный титул «цесаревича» из суеверной боязни, как говорили, что титул этот мешает появлению на свет мальчика»¹³. Граф В. Э. Шуленбург, служивший в лейб-гвардии уланском полку, вспоминал, что рождение Ольги было встречено «со злорадством», а после рождения двух других великих княжон среди офицеров начались бесчисленные «недостойные остроты и обвинения»¹⁴.

Даже ближайшие родственники царя неоднократно отмечали в дневниках, что известие о рождении очередной девочки вызывало вздох разочарования по всей стране. Младшая сестра Николая II Ксения Александровна констатировала еще в ноябре 1895 г.: «Рождение дочери Ники и Аликс – большое счастье, хотя жалко, что не сын»¹⁵. Сестра императрицы Елизавета Федоровна писала английской королеве Виктории: «Радость огромная, и разочарование, что это девочка, меркнет от сознания, что все хорошо»¹⁶.

Начало четвертой беременности было зафиксировано придворными медиками осенью 1900 г. Ожидание стало нестерпимым. В дневнике великого князя Константина Константиновича записано: «Она очень похорошела… все поэтому трепетно надеются, что на этот раз будет сын»¹⁷. В июне 1901 г. акушерка императрицы Е. К. Гюнст «ошибочно предположила» наступление преждевременных родов¹⁸, и поэтому был экстренно вызван из своего имения в Курской области профессор Попов. Его трижды приглашали для осмотра императрицы в Новый Петергоф¹⁹. Приглашение нового акушера свидетельствовало о том, что к этому времени отношения императрицы с лейб-акушером Д. О. Оттом были уже не те, что раньше. Дело в том что императрица терпела возле себя только тех медиков, которые подтверждали ее собственные диагнозы. 5 июня 1901 г. в Петергофе родилась четвертая дочь царя – Анастасия.

После появления на свет четвертой дочери сдержанные поначалу интонации недовольства в обществе прорвались. В июне 1901 г. в дневнике Ксении Александровны появилась запись: «Аликс чувствует себя отлично – но, боже мой! Какое разочарование!.. Четвертая девочка!»²⁰ Дядя императора великий князь Константин Константинович записал тогда же в дневнике: «Прости Господи! Все вместо радости почувствовали разочарование, так ждали наследника, и вот – четвертая дочь»²¹.

Александра Федоровна была в отчаянии. Отсутствие прямого наследника у царя оживило проект осени 1900 г., когда прорабатывались юридические возможности передачи власти в обход существующих законов старшей дочери царя – Ольге Николаевне. А. В. Богданович записала в дневнике 9 июля 1901 г.: «Мясоедов-Иванов говорил, что Витте с Сольским проводят мысль об изменении престолонаследия, чтобы сделать наследницей дочь царя Ольгу»²². И совершенно не случайно в это же время около трона начали толпиться шарлатаны, обещавшие помочь царской семье решить эту деликатную проблему.

Итак, к 1901 г. в семье Николая II родились четыре девочки подряд. Следует отметить, что подобное уже случалось в семье Романовых. Так, супруга Павла I родила подряд пятерых девочек, правда, перед этим у нее уже были два мальчика – Александр и Константин Павловичи.