Памуккале

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

Памуккале

(Турция)

Сказка Перро о спящей красавице знакома всем с детства. Но порой природа преподносит нам сюрпризы, рядом с которыми бледнеют даже сказочные сюжеты. Хотите, например, увидеть царство уснувших… водопадов? И для этого даже не придется отправляться за тридевять земель, поскольку царство это находится совсем недалеко от наших границ — на полуострове Малая Азия.

Восточное, принадлежащее Турции, побережье Эгейского моря словно окаймлено гирляндой небольших греческих островков, названия которых известны нам со школьных лет по учебникам истории: Хиос, Самое, Родос, Лесбос, Икария и множество других, более мелких.

Чуть к югу от Самоса на турецком берегу можно легко найти на карте не менее прославленный античными историками город Милет. Но нас на этот раз интересует не история древней Эллады. Мы направимся с вами вверх по долине впадающей здесь в море реки Большой Мендерес, чтобы через полтораста километров оказаться у подножья потухшего вулкана Памуккале. Оказаться… и замереть от восторга и какого-то ощущения неправдоподобности открывшейся глазу картины. 150-метровый каскад застывших, сверкающих белизной водопадов почти трехкилометровой ширины опоясывает основание вулкана, и бесчисленные бассейны и чаши, наполненные бирюзовой водой, перемежаются с белоснежными ажурными кружевами из сталактитов и сталагмитов. Турецкое название Памуккале означает "хлопковая крепость". Действительно, каскады и террасы Памуккале напоминают сказочный замок, сложенный из белого, словно вата, известкового туфа — травертина.

Спокойный и совсем не грозный с виду вулкан хранит в своих недрах горячие, не остывшие еще магматические очаги, и дождевая вода, проникая по трещинам к раскаленному чреву горы, выходит затем на поверхность в виде четырех высокотемпературных источников, вода которых насыщена солями кальция, магния и углекислым газом.

Температура памуккальских ключей достигает 38 градусов, и все вместе они изливают 250 литров горячей минеральной воды в секунду. Стекая по уступам скал в долину, эта вода остывает, и часть солей осаждается в виде ажурных травертиновых натеков. Каждый год на склонах Памуккале откладывается две тысячи кубометров карбоната кальция, и так, продолжается вот уже более ста тысяч лет.

С давних пор люди приписывали водам источников целебные свойства. А узнали они о существовании этого чуда природы как минимум за тысячу лет до нашей эры. Древняя легенда рассказывает о том, как некая не блиставшая красотой местная девушка, отчаявшись найти себе жениха, бросилась в одно из озер, образовавшихся на натечных террасах, чтобы свести счеты с жизнью. Но случилось чудо — она не утонуда, а вышла на берег, став прекрасной, как богиня. И проезжавший мимо молодой принц был так покорен красотой юной девы, что взял ее себе в жены.

Воды Памуккале и в самом деле обладают целительным действием. Особенно благотворно они влияют на кожу человека. И потому еще древние охотники и земледельцы приходили сюда в поисках излечения от своих ран и болезней. Источники вкупе с окружавшим их фантастическим ландшафтом воспринимались ими как таинственный волшебный замок — обитель подземных богов — и служили предметом поклонения.

В VI веке до нашей эры правители древней Лидии построили у верхнего края травертиновых террас военный пост, остатки которого можно видеть и в наши дни. Затем, уже после победного марша войск Александра Македонского через Малую Азию, царь Пергама Евмен основал на вулканическом плато над долиной город, получивший название Гиерополис ("Священный"). Развалины храмов, дворцов, театров и бань того времени тоже сохранились до нашего времени, и античные колонны, надгробия и резные украшения из камня покоятся ныне на дне теплых бассейнов Памуккале, придавая им своеобразный, ни с чем не сравнимый облик: эдакое смешение чудес природы и шедевров рук человеческих. Гиерополис рос и развивался много веков, став во времена Римской империи одним из богатейших торговых центров полуострова.

Правда, в 60 году нашей эры, в эпоху правления Нерона, город был до основания разрушен в результате катастрофического землетрясения. Но уже через два-три десятка лет Гиерополис возродился вновь, и на известковых террасах Памуккале возникли новые, еще более прекрасные храмы, аркады, жилые и торговые постройки, библиотеки, каналы и акведуки. Возле источников поднялись роскошные здания целебных бань. А на плато были воздвигнуты святилища Аполлона и его матери Латоны.

У подножия гор, в пещере, носившей имя бога подземного царства Плутона, жрецы демонстрировали посещавшим город чужеземцам подлинное чудо: принесенные ими кошки и голуби, посаженные на пол, почти сразу погибали у ног паломников, тогда как людям могущественный владыка недр сохранял жизнь.

Нас сейчас трудно поразить подобным печальным зрелищем — мы знаем, что таким же свойством обладают и другие подземные полости в вулканических районах, например. Собачья пещера в Неаполе, у подножья Везувия. Установлена и причина гибели мелких животных: они задыхались в слое углекислого газа, скапливавшегося в нижней части пещеры, в то время как более легкий чистый воздух, заполнявший ее верхнюю часть, позволял людям свободно дышать и выходить из грота невредимыми.

Расцвет Гиерополиса пришелся на II–III века нашей эры. Именно тогда к востоку от города возник грандиозный некрополь — быть может, самое обширное кладбище в мире. Можно часами бродить по раскинувшемуся на несколько километров "городу мертвых" и поражаться мастерству людей, почти две тысячи лет назад создававших украшенные искусной резьбой саркофаги, надгробия, часовни и мавзолеи все из того же белого травертина.

В эпоху владычества Византии Гиерополис украсили новые, теперь уже христианские храмы и колоннады, но в XIV веке, с приходом турок-османов, наступил закат прекрасного города. В настоящее время лишь величественные руины напоминают о его былом великолепии.

К счастью, творения природы, в отличие от шедевров рук человеческих, не так легко поддаются разрушению, и белоснежные натечные террасы Памуккале сохранились до наших дней во всей своей первозданной красе.

На склонах горы в естественных ложбинах на поверхности террас горячая вода образовала множество озер, чаш, блюд и мисочек, заполненных влагой всех оттенков голубого и зеленоватого цветов. Общее число этих природных бассейнов достигает 20 тысяч. Самые большие из них имеют площадь в 70—100 квадратных метров, а глубина их колеблется от 0,5 до 2,5 метров. По краям террасы украшены стройными рядами сталактитов, а на крутых участках склонов можно любоваться настоящими каскадами из известкового туфа, похожими на окаменевшие водопады.

Травертин осаждается из воды очень быстро: достаточно опустить в бассейн, например, глиняную вазу, как через несколько часов она вся покроется, словно снегом, хрупким налетом известкового туфа.

Каменный панцирь укрыл и многие древние постройки, надежно сохранив их от всех перипетий, тысячелетиями стиравших следы былого величия Гиерополиса. Сейчас археологи вскрыли одну из улиц города, вернув ее людям в первозданном виде, подобно тому, как возвратились к нам из толщи вулканического пепла улицы и дома Помпеи.

Сохранились до наших дней и знаменитые бани, услаждавшие людей своими термальными водами еще во времена Древнего Рима. Уголок, где расположен целебный источник, носит название Харониум, по имени персонажа греческих мифов, перевозившего на своем челне души умерших через реку забвения — Стикс — в Аид, обиталище теней усопших. Древние верили, что именно здесь находится вход в подземное царство.

В Харониуме (именуемом еще Плутонием) прямо из скалы бьет мощный родник горячей (до 35 градусов) минеральной воды, обильно насыщенной пузырьками углекислоты. Летом, когда температура воздуха на плато поднимается выше 40 градусов, вода кажется прохладной и можно часами сидеть или лежать в бассейне рядом с ключом Харона, наслаждаясь целебным комфортом древнеримских терм.

Трудно, почти невозможно описать словами все волшебное очарование этого уголка Турции. Но каждый, побывавший в Памуккале, навсегда уносит в своей памяти фантастическое зрелище террас и полей, словно покрытых окаменевшим снегом, кружевных сталактитовых занавесей и бирюзовых чаш в бело-розовых и кремовых обрамлениях, еще долго ощущая на своей коже щекочущие прикосновения лопающихся пузырьков «шампанского», уже которое тысячелетие льющегося по сверкающим белокаменными водопадами склонам древнего вулкана.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.