6.2. Основные формы проявления закона разделения труда

Закон разделения труда – наиболее ранний из всех законов, он зародился еще в рабовладельческом обществе, в условиях почти полного отрыва умственной деятельности от задач материального производства. Греческие мыслители активно отстаивали идеи естественной природы разделения между умственным и физическим трудом. Так, Платон (427–347 до н. э.) общественное разделение труда сделал основным принципом построения своего идеального государства[90]. Ксенофонт (570–478 до н. э.) обосновывает презрение общества к занятиям низкими ремеслами тем, что они «разрушают тело у занимающихся ими… а у кого тело расслаблено, у тех и душа становится слабее»[91]. Сенека (5-65 н. э.) считал, что «ничтожными являются занятия ремесленников, которые заключаются в ручном труде и предназначены для удовлетворения жизненных потребностей»[92]. Аристотель (384–322 до н. э.) в защиту социального разделения труда писал: «В государстве, пользующемся наипрекраснейшей организацией и объединяющем в себе мужей абсолютно справедливых… граждане не должны вести жизнь, какую ведут ремесленники или торговцы; граждане проектируемого нами государства не должны быть и землепашцами, так как они будут нуждаться в досуге и для развития своей добродетели, и для занятия политической деятельностью»[93].

Существенными чертами разделения труда в античную эпоху было развитие кооперации труда, без которой оснащенный примитивными орудиями труд рабов не мог бы обеспечить выполнение титанических работ. Здесь особенно ясно видна справедливость того, что «труд организуется и разделяется различно, в зависимости от того, какими орудиями он располагает»[94]. Разделение труда в обществе осуществлялось не ради сокращения затрат времени на изготовление единицы продукции, а ради достижения совершенства продукта, что обусловливалось натуральным характером рабовладельческого производства.

В античную эпоху резкое разделение труда на умственный и физический порождало соответствующие сословия: патрициев, которые пользовались политическими правами и имели доступ к государственным должностям; плебеев – свободное население, которое занималось ремеслами и сельским хозяйством и не имело политических и гражданских прав; рабов, используемых на тяжелых физических работах и находившихся в полной собственности у своих владельцев.

Особенности разделения труда в феодальную эпоху связаны с характером феодальной собственности, ибо рожденная разделением труда собственность оказывает сильное обратное влияние на разделение труда. В соответствии с двумя формами собственности (земельной – феодалов и корпоративной – ремесленников) приобретало все более резкие черты общее разделение труда на сельскохозяйственный и ремесленный. Усилившееся разделение труда способствовало формированию новых сословий: феодалов – землевладельцев и крестьян, находившихся в личной (крепостной) зависимости от феодалов, а также ремесленников, объединенных в цехи по профессиональному признаку. Обособление в городах торговли от производства вызвало появление особого слоя – купцов, сосредоточивших в своих руках все торговые связи. Возросшая потребность в товарах массового пользования (наряду с уникальными ремесленными изделиями) обусловила возникновение мануфактур, определяющих разделение труда внутри предприятия, и появление слоя рабочих конвейерного производства.

В технико-организационном аспекте мануфактуры представляли собой необходимый исторический этап прогрессивного развития производства, становления его стройной организации (хотя и на эмпирической основе) в интересах повышения производительности труда.

В социально-экономическом аспекте мануфактура являла собой особый метод производства относительно прибавочной стоимости, отражающий уровень развития социально-экономических отношений в обществе. Вместе с тем разделение труда внутри мастерской выявило свое разрушительное действие на личность работника: разделение труда на умственный и физический достигло своего апогея; резко увеличилась дистанция между уровнем знаний и культуры представителей умственного и физического труда; духовные потенции материального процесса производства выступили как чуждая собственность и сила, господствующая над рабочим.

Сила разрушительного действия разделения труда на личность рабочего в мануфактурный период была так велика, что философы, социологи, историки выражали глубокую озабоченность судьбами прогресса человечества. «Человек, – писал А. Смит, – вся жизнь которого проходит в выполнении немногих простых операций… не имеет случая и необходимости изощрять свои умственные способности или упражнять свою сообразительность и становится таким тупым и невежественным, каким только может стать человеческое существо. Его ловкость и умение в его специальной профессии представляются приобретенными за счет его умственных, социальных и волевых качеств. Но в каждом развитом цивилизованном обществе именно в такое состояние должны неизбежно впадать трудящиеся бедняки, т. е. главная масса народа»[95].

Однако именно мануфактурное разделение труда создало предпосылки для возникновения крупной машинной индустрии. Приближение ко все большей синхронности операций положило начало стройной организации производства и непрерывности производственных процессов. На основе этих предпосылок и осуществлялась промышленная революция XVIII – первой половины XIX в., сущность которой в грандиозном скачке уровня производительности общественного труда, осуществленном путем замены мануфактурного производства производством, основанным на применении системы машин.

Итак, разделение труда меняет качественно свой характер и становится из эволюционного революционным, когда наука превращается в необходимый компонент производства. Первое проявление воздействия науки на разделение труда внутри предприятия выразилось в том, что в системе машин разделение труда стало определяться объективным производственным механизмом (в противоположность мануфактуре, где оно обусловливалось субъективным фактором).

Второе проявление воздействия науки на разделение труда внутри предприятия состоит в том, что «машинное производство уничтожает необходимость мануфактурно закреплять… распределение, прикреплять одних и тех же рабочих навсегда к одним и тем же функциям[96]. Это воздействие науки на разделение труда таит в себе возможность преодоления профессиональной деградации и удовлетворения возникающей объективной потребности производства в универсальной рабочей силе. Воплощаясь в автоматические системы машин, наука постоянно производит перевороты в техническом базисе производства, а вместе с тем и в функциях рабочих, требуя их переучивания.

Третье проявление воздействия науки на разделение труда внутри предприятия связано с главным направлением в изменении функций совокупного рабочего: внедрение в производство научных достижений изменяет пропорции между совокупностью функций, связанных с затратой умственной энергии, и сокращает объем исполнительских функций, связанных преимущественно с затратами физической энергии. Соотношение затрат умственного и физического труда становится главным показателем научно-технического прогресса. По мере развития этой закономерности разделение труда становится главным фактором развития универсальной рабочей силы на рынке труда.

Превращение науки в непосредственную производительную силу в мировом капиталистическом хозяйстве влечет за собой коренные изменения не только в функциях рабочих, но и в общественных комбинациях процесса труда, в результате чего революционизируется разделение труда в обществе. Изменения в общественном разделении труда, следующие за каждым крупным усовершенствованием, непрерывно бросают массы капитала, а значит, и массы рабочих из одной отрасли в другую. Возникают новые, экономически выгодные направления и поглощают огромные массы рабочей силы. Новые отрасли производства создаются на новой технической основе, а традиционные отрасли, стремясь выстоять в конкурентной борьбе, проводят модернизацию. По мере оснащения отраслей новейшими достижениями науки и техники происходит процесс выталкивания рабочей силы из сферы производства.

Социально-профессиональная структура общества становится все более подвижной и возрастает многообразие социальных статусов. Усиливается роль профессионально-квалификационного фактора в формировании социальной структуры общества. В ходе очередной модернизации технико-технологической и социальной структур общества происходит свертывание старых производств и отраслей и возникновение новых отраслей. Формирование новых технологических укладов требует появления новых социально профессиональных групп, активно участвующих в реорганизации производственных отношений, имеющих интерес к этому процессу как источнику повышения интеллектуального уровня и уровня материального благосостояния. Осуществляется переход от «старой» структуры, отождествляемой с буржуазией и пролетариатом, к «новой», связанной с научно-техническим прогрессом и включающей в себя профессионалов разного уровня и разных отраслей производства (предпринимателей, менеджеров, специалистов и рабочих высокой квалификации) в процессе «реорганизации» производственных (экономических) отношений.

В отличие от социальной структуры, возникающей в связи с общественным разделением труда, социальная стратификация (расслоение) возникает в связи с общественным распределением результатов труда, т. е. социальных благ в зависимости от социальной политики государства. Соответственно современное общество подразделяется на социальные страты, которые различаются по имущественному положению, по роду занятий, по уровню образования. В социально-стратифицированном обществе повышение уровня образования не снимает социальных противоречий, но переносит их с экономического на профессиональный уровень: различия между людьми с разным уровнем знаний. Экономическое расслоение уменьшается в связи с повышением оплаты труда высокообразованных работников. Более существенным становится отраслевое и профессиональное расслоение, связанное с социальным и профессиональным статусом в общественной иерархии.