МАНУИЛ I КОМНИН

МАНУИЛ I КОМНИН

Византийский император, правивший в 1143 — 1180 гг. Сын Иоанна II. Род. ок. 1118 г. Умер 24 сент. 1180 г.

Детство и юность Мануила прошли в военных походах, в которых он участвовал вместе со своим отцом. Он был самым младшим из четырех сыновей императора и едва Ли мог рассчитывать на трон. Но случилось так, что два его старших брата умерли от горячки, а следующий за ними — Исаак — страдал позорной трусостью и пугался всякого шума. Мануил же, напротив, был воином смелым, в опасностях неустрашимым, а в битвах решительным. Лицо его было приятно и привлекательно. Поэтому никто не удивился, что, умирая под Аназарвом, Иоанн, минуя Исаака, передал престол младшему сыну (Хониат: 2; 1; 1-2).

По свидетельству Хониата, император был человеком добродушным, имел душу простую и сердце бесхитростное. Он легко отдавался в руки евнухов, находившихся при женских покоях, и безотказно выполнял все их просьбы. Когда время вызывало его на труд, он с необыкновенным терпением выносил лишения, терпел холод и выдерживал зной. Когда же он был свободен от войны, то любил пожить в свое удовольствие. Он был красноречив и не чуждался богословских занятий (Хониат: 2; 7; 3, 5). Ум он имел очень острый. Киннам пишет, что в разговорах с государем он часто предлагал ему много труднейших аристотелевых вопросов и видел, что он решает их легко и естественно. Равным образом, многое, что в сочинениях Аристотеля оставалось нераскрытым, он объяснял с удивительной простотой (Киннам: 6; 13). В первые годы своего правления Мануил казался морем щедрости, бездною милости, был доступен и приветлив. Но с возрастом он стал сам управлять делами, а с подчиненными обращался не как с людьми свободными, а как с наемными рабами. Потоки благотворительности он с годами сильно сократил и сделал это прежде всего потому, что возросли расходы на военные нужды. Его царствование было заполнено бесчисленными походами: со времен Юстиниана Великого, империя не вела такого количества завоевательных войн. Уже вскоре после его воцарения султан Масут разорил восточные области империи. Мануил выступил против него, разбил турок, опустошавших Фракисию, и прогнал их до самой Никонии. Затем император был отвлечен западными делами.

В 1147 г. во второй раз через земли империи прошли крестоносцы. Отношения между ними и ромея-ми были еще более враждебными, чем во времена Алексея I. Мануил и сам старался вредить рыцарям и подданным велел наносить им всевозможное зло (Хониат: 2; 1; 3-5). Тогда же началась война с сицилийским королем Роджером. Норманны захватили Корфу, разграбили Коринф и Фивы, опустошили Эвбею. Мануил, собрав флот почти из тысячи судов и бесчисленное множество войск, хотел обрушиться на захватчиков (Хониат: 2; 2; 1). Но достигнув Филипполя, он услышал, что половцы перешли Дунай и грабят все, что встречается им на пути. Мануил повернул войска к Дунаю, туда же повелел плыть своему флоту. Половцы уже успели уйти с богатой добычей из пределов империи, но ромеи настигли их за Дунаем и одержали блистательную победу (Киннам: 3; 1). Вслед за тем Мануил, как и собирался, прибыл на Корфу и после упорной осады овладел тамошней крепостью. Со всем войском он переправился в Авлон и отсюда назначил поход в Сицилию. Обилие войск давало надежду на успех экспедиции, однако ромейский флот был остановлен сильными ветрами и страшной бурей. В глубоком мраке суда рассеялись в разные стороны. Тогда Мануил отказался на время от экспедиции в Сицилию и решил с небольшой частью войска начать войну против сербов. Он предполагал, что те не осмелятся выступить против него. Но сербы, получив помощь от венгров, бились мужественно, и победа досталась ромеям не бескровно. Сам император сразился с архижупаном Вакхином и взял его в плен. Когда здесь был достигнут успех, Мануил пошел против венгров, вторгся в их пределы, взял много пленных, захватил богатую добычу и с триумфом возвратился в Константинополь. Тем временем в 1154 г. в Южной Италии высадился Михаил Палеолог. Он захватил Бари и в короткий срок покорил почти всю Апулию и Калабрию. Но вскоре он умер. Другие полководцы, принявшие командование после его смерти, стали терпеть одну неудачу за другой. Попытка ромеев в 1157 г. овладеть Брундизием закончилась полным крахом. Поскольку огромные издержки опустошали казну, Мануил счел за лучшее заключить с норманнами мир (Хониат: 2; 2; 5-8). Таким образом, хотя война в Италии напомнила европейским народам о былом могуществе и величии ромеев, она не принесла империи никакой пользы. По заключении мира с Роджером, Мануил объявил поход против Венгрии, но и здесь вскоре был заключен мир.

В 1158 г. император отправился на Восток. Наведя ужас на владетеля Киликийской Армении Торуса, Мануил подступил к Антиохии (Хониат: 2; 3; 1). Чтобы отвести от себя опасность, князь Ренальд вышел навстречу императору босиком, с обнаженной головой и веревкой на шее. Мануил был тронут его видом и простил все прегрешения (Киннам: 4; 18). Союз с крестоносцами вскоре был скреплен браком: в 1161 г. Мануил женился на дочери прежнего антиох-ского князя, юной и прекрасной принцессе Марии (Хониат: 2; 3; 5).

Затем возобновилась венгерская война. Мануил двинулся к Зевгми-ну. Венгры, выстроившись на высоком берегу Дуная, пытались воспрепятствовать переправе ромеев, но стрелки и тяжелая пехота выбили их из прибрежных мест. Император осадил Зевгмин и, чтобы возбудить в подчиненных ревность, первый подъехал к воротам и вонзил в них копье— Огромными камнями, пускаемыми с камнеметов, ромеи разрушили стену и, ворвавшись внутрь, овладели городом (Хониат: 2; 4; 3). В июле 1167 г. Андроник Кондостефан наголову разгромил венгров в большом сражении под Землином. По мирному договору к империи отошли все спорные территории в Хорватии и Далмации со многими богатыми городами. Потом был усмирен сербский жупан Стефан Нееман. Мануил мог гордиться — такого могущества ромейское государство не знало уже много веков. Но так же, как во времена Юстиниана, внешнеполитические успехи были достигнуты путем чрезмерного напряжения внутренних сил (Хониат: 2; 5; 1-3). Ромеи, по свидетельству Хониата, осыпали Мануила насмешками за то, что он самолюбиво питал несбыточные желания, простирал взоры на края земли, делал то, на что могла отважиться только горячая голова. Он и в самом деле далеко выходил за границы, установленные прежними государями, и без всякой пользы тратил деньги, которые собирал, изнуряя подданных необыкновенными податями и поборами. Он не только разорил провинции, но и расстроил армию, так как очень скупо отпускал деньги на воинов (Хониат: 2; 7; 2, 4). Военные неудачи, которые стали преследовать императора в последние годы его правления, еще больше надломили силы государства.

В 1168 г. неумеренное славолюбие побудило Мануила в союзе с Иерусалимским королем Амальри-хом начать войну против Египта. Но осада Дамиетты окончилась ничем, и ромеи отступили, побросав все свои осадные машины (Хониат: 2; 5; 4). В 1176 г. Мануил начал грандиозный поход против турок. Отстроив крепости Доривлею и Сув-лей, он приказал войску двигаться прямо на Иконий. Путь его лежал через Иврицкие теснины. Это была продолговатая долина, идущая между высокими горами. Предполагая продвигаться такой опасной дорогой, Мануил заранее не позаботился о том, чтобы очистить этот проход для войска. Когда его армия углубилась в долину, а некоторые отряды уже прошли ее, турки, спустившись с вершин, большой массой напали на походную колонну ромеев, разорвали ее во многих местах и устроили страшную резню. Император бросился на врагов с немногими бывшими при нем воинами, а всем прочим предоставил спасать себя, кто как может. Покрытый многими ранами, в поломанных доспехах, с щитом, в который вонзилось около 30 стрел, он один пробился сквозь строй врагов и вышел из теснины. Случайно встретившийся ка-тафракт довел Мануила до лагеря Лапарды, который со своими полками успел пройти через ушелье до нападения турок. Хониат пишет, что, добравшись наконец до своих, император зачерпнул из реки воды и выпил несколько глотков. Заметив, что вода смешивается с кровью убитых, он заплакал и сказал, что, по несчастью, отведал христианской крови. Один из бывших поблизости ромеев воскликнул в ответ: «Не теперь только и не в первый раз, а давно и часто, и до опьянения, и без примеси ты пьешь чашу христианской крови, обирая и ощипывая подданных, как обирают поле или ощипывают виноградную лозу». Мануил снес эту хулу так равнодушно, как будто ничего не слышал и как будто не был оскорблен. Когда наступила ночь, он задумал бежать, бросив войско. Но едва он высказал свой замысел ближайшим полководцам, те пришли в ужас, особенно Кондостефан. Император остался, хотя понимал всю беспомощность своего положения. Действительно, турки окружили лагерь и могли довершить разгром ромеев, но султан, тронутый несчастьем Мануила, предложил мир на условиях разрушения Дорилеи и Сув-лея. Подписав мирный договор и добравшись до своих владений, Мануил разрушил Сувлей, а Дорилею оставил целой. Когда султан отправил посольство напомнить об условиях мира, император ответил, что он мало обращает внимания на слова, сказанные по необходимости, и не хочет слышать о разрушении Дорилеи. Тогда турки возобновили войну и стали ужасно опустошать азиатские земли до самого моря. Наконец Мануил напал на них при переправе через Менандр и нанес тяжелое поражение (Хониат: 2; 6; 1— 7).

К концу жизни император охладел к политике и увлекся вместо нее астрологией (Дашков: «Мануил Комнин»). Перед смертью он постригся в монахи (Хониат: 2; 7; 7).

Данный текст является ознакомительным фрагментом.