ТАЙНА «АНТОНОВА ОГНЯ»

ТАЙНА «АНТОНОВА ОГНЯ»

В известной историкам хронике испанского монаха-францисканца Бернардино де Саагуна, жившего в XVI веке, сообщалось, что индейцы-ацтеки во время празднеств употребляли какой-то «дьявольский» гриб, вызывающий галлюцинации. Правда, хронист делал оговорку, сообщив, что индейцы отнюдь не считали его порождением сил тьмы, даже называли «теонанакатл» – «божественный гриб». Пользование им было привилегией жрецов, поскольку, вкусив гриб, те приобретали дар ясновидения и могли не только указать пути исцеления страждущих, но выявлять и виновника болезней. И тогда горе ему!

Об этом фрагменте хроники скоро забыли, может быть, просто не придали значения. А ботаники посчитали, что выживший из ума францисканец скорее всего спутал с грибами мексиканские кактусы, многие виды которых содержат дурманящие алкалоиды.

Четыре века спустя о грибах вспомнили снова. Этнографы открыли, что в некоторых горных районах Южной Мексики существует обычай ночных бдений, во время которых индейцы употребляют неведомые грибы, навевающие чудесные видения.

На сей раз этим сообщением заинтересовалась американская чета Р. Дж. и В. П. Уоссон. Он – банковский служащий, она – детский врач. У них было чрезвычайно редкое увлечение: более тридцати лет супруги занимались этномикологией – наукой, исследующей влияние грибов на развитие культуры различных народов. И поэтому ничего удивительного, что, несмотря на свои немолодые годы, муж и жена отважились предпринять путешествие к наследникам ацтеков.

Индейцы встретили Уоссонов холодно. И все же, надеясь на лучшее, супруги поселились на окраине негостеприимной деревни. Со временем местные жители привыкли к соседству странной, но добродушной четы. Тем более, что миссис Уоссон спасала от смерти не только детей, но и взрослых. Через два года жители уже буквально боготворили Уоссонов и считали их полноправными членами общины. И вот настала ночь, когда мистера Уоссона пригласили принять участие в таинственном ритуале.

Место для ритуала было выбрано необычное – заброшенная хижина на окраине деревни. Небольшой костер слабо освещал алтарь с распятием, около которого на камне покоились «священные» грибы. Правила ритуалом старая женщина. Для начала она неторопливо съела двенадцать грибов, потом торжественно вручила по нескольку грибов собравшимся. И, подождав, когда собравшиеся вкусят их, начала медленный танец. В монотонном пении жрица передавала содержание своих видений, а присутствующие один за другим впадали в странное состояние полузабытья.

Уоссон, всегда сохранявший ясный и четкий ум, мужественно боролся с действием съеденного им кусочка гриба, но безуспешно. Сначала в сознании возникли хорошо известные ему цветные индейские орнаменты, затем одноклассница, но почему-то в индейском пончо и с копьем, а далее уж и вовсе нечто несуразное.

Грибное действо длилось всю ночь, пока под утро индейцев не свалил глубокий обморочый сон. Уоссон, очнувшись, направился к себе домой, прихватив в кармане таинственные грибы.

По возвращении Уоссон передал свое ценное приобретение французскому микологу профессору Г. Гейму, который сумел вырастить гриб в искусственных условиях. За дело взялись биохимики… Подопытные мыши и собаки не реагировали на высушенные грибы, сколько бы их не скармливали. Тогда швейцарский химик А. Гофман рискнул отведать их сам. К своему изумлению, он тоже увидел индейские орнаменты, хотя в Южной Америке не бывал. Галлюцинировал испытатель шесть часов, а когда очнулся, записал в лабораторном журнале, что в общем-то впечатление такое, будто бы он вернулся из дальнего путешествия в странный, но все же реальный мир. В дальнейшем исследователям пришлось убедиться, что только человеческий организм реагирует на этот гриб.

Вскоре с помощью хроматографии удалось выделить активное вещество гриба. Его назвали псилобицином. А спустя некоторое время вещество синтезировали искусственно, и теперь медики используют его для изготовления лекарств.

Ученые затем установили, что «магические» свойства имеют не только «священные» грибы Южной Америки. В Средневековье крестьян многих стран Европы нередко поражало странное и страшное заболевание – «антонов огонь». Причина этого явления долгое время оставалась неизвестной. А вызывал ее, оказывается, ядовитый гриб, паразитирующий в завязях злаковых культур – ржи, пшеницы, ячменя, риса, кукурузы. Клавицептоксикоз, или эрготизм, как наука называет отравление этим грибом, обусловлен способностью алкалоидов спорыньи вызывать сокращение гладкой мускулатуры и сосудов. Известно два вида воздействия при отравлении спорыньей – гангренозный «антонов огонь» и конвульсивный («злые корчи»). Во французской рукописи конца X века так описаны вспышки эрготизма: «Ужасные бедствия распространились среди людей, скрытый огонь, съедающий конечности и тело». В этой рукописи описана вспышка эрготизма в Лиможе в 994 году, унесшая 40 000 жертв. Распространение эрготизма в Западной и Центральной Европе было так велико, что в 1095 году папа Урбан II основал орден Св. Антония, в задачи которого входило лечение людей, страдающих эрготизмом. Отсюда и произошло название болезни – «огонь Св. Антония», или «антонов огонь». В России это заболевание впервые упоминается в Троицкой летописи в 1408 году.

Имеется и другой вид спорыньи, вызывающий токсикоз только у животных – коров, лошадей, овец. Это заболевание было известно в США еще в XIX веке. В 1942 году оно достигло Закавказья. Токсикоз проявляется в расстройстве координации движений, в связи с чем получил у кавказских народов местное название «бандала» (пьяная походка). При длительном кормлении зараженным сеном или травой животные гибнут.

Но вот что вызывало недоумение историков. Доподлинно было известно – у ацтеков спорынью использовали для одурманивания на религиозных торжествах (в семенах некоторых вьюнковых из Центральной Америки (ипоме и др.) обнаружен пептидный алкалоид эр-гозин; эти растения входили в состав лекарства древних ацтеков и индейцев Мексики, обладавшего галлюциногенными свойствами), а в древнем Китае и Египте ее каким-то образом применяли как кровоостанавливающее средство. Да и такие светила античной медицины, как Гиппократ, Диоскорид, не пренебрегали спорыньей, используемой в виде наваров, наливок и вытяжек. Что же скрывала спорынья?

За разгадку секрета взялись химики и медики. Химики выделили из спорыньи целую серию алкалоидов. А медики убедились, что некоторые из них действительно обладают кровоостанавливающим действием и незаменимы при тяжелых внутренних кровотечениях. На этом открытия не закончились. В 1943 году химик А. Гофман, начавший тогда работать со спорыньей, случайно проглотил крупицы лизергиновой кислоты – физиологически активного вещества гриба. Через полчаса с экспериментатором стало твориться что-то неладное. Ему показалось, что он раздвоился. Пространство и время «материализовались», стали физически ощутимыми, но «выглядели чудовищно деформированными».

Выделенное вещество, лизергиновый синтетический ди-этиламин, получило обозначение – ЛСД-25 и стало одним из самых опасных наркотиков XX века.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.