Альбер, князь Монако, и Шарлин Уиттсток

Альбер, князь Монако, и Шарлин Уиттсток

2011 год

Большая свадьба в маленьком княжестве Монако вызвала немалый ажиотаж. Увы, в отличие от свадьбы предыдущего монарха, она была не заинтересованно-восхищённой (князь женится на кинозвезде!), а довольно отчётливо окрашена в жёлтый, как у соответствующей прессы, цвет. Обсуждали всё — и то, что жениху, известному плейбою, уже за пятьдесят, и он, видимо, спешит срочно обзавестись законным наследником; подсчитывали количество уже имеющихся незаконных отпрысков; всматривались в сестёр князя, выискивая недовольство — ведь брак и возможный наследник оттеснит от трона их детей, его племянников; кто-то жалел невесту (если ходили слухи, что она несколько раз порывалась сбежать, значит, не так уж и сладко ей приходится), другие цинично говорили, что она продаётся за титул и состояние… Однако, несмотря на все переживания и обсуждения, свадьба состоялась и прошла очень успешно.

В 2010-м Шарлин сопровождала князя Альбера II, уже в качестве его невесты, во время визита в Швецию, когда выходила замуж кронпринцесса Виктория, а в 2011-м — в Англию, на свадьбу принца Уильяма. Так что, можно сказать, Шарлин (бывшая профессиональная спортсменка-пловчиха) уже представляла себе, что такое королевская свадьба. И Монако не собиралось ударить в грязь лицом. В конце концов, этой свадьбе предстояло стать самым большим мероприятием в стране со времён предыдущей княжеской свадьбы, в 1956 году.

Праздник проходил в два этапа; сначала состоялась гражданская церемония бракосочетания, а на следующий день — венчание.

1 июля, в пять часов вечера, в тронном зале, самом роскошном помещении дворца князей Монако, украшенном портретами представителей династии Гримальди, Альбер II взял в супруги Шарлин Уиттсток, которая с этого момента стала княгиней Монако. За процедурой можно было наблюдать снаружи — на площади перед дворцом были установлены огромные экраны.

Дворец князей Монако, где проходило празднование бракосочетания Альбера, князя Монако, и Шарлин Уиттсток

Наряд для такого события невеста выбрала довольно необычный — костюм, но не с юбкой, а очень широкими брюками из голубого шёлка, отделанный почти прозрачными кружевами в тон. После церемонии (довольно краткой, всего двадцать минут) пара вышла на балкон, с которого приветствовала своих подданных. Балкон выходит на центральную площадь перед дворцом, а за ним расположен Зеркальный зал, помещение, где проходит значительная часть официальных дворцовых мероприятий. На стене зала висит портрет матери Альбера, написанный в 1956 году — как раз тогда, когда она стала княгиней Монако и хозяйкой этого дворца.

Затем Альбер и Шарлин вышли на площадь, где для всех тех монегасков, которые хотели побывать на свадьбе своего монарха, был организован приём с коктейлями. А в 10 вечера в порту Монте-Карло состоялся грандиозный концерт известного французского композитора Жана Мишеля Жарра и его группы, на который собралось около 100 тысяч человек, включая, разумеется, новобрачных.

На следующий день, 2 июля, состоялось церковное венчание. Оно проходило не в соборе, а так же, как и венчание князя Ренье и Грейс Келли, во внутреннем дворе дворца. У подножия роскошной белоснежной лестницы установили алтарь, а всё остальное пространство занимали места для гостей. И снова зрители, собравшиеся на площади у дворца, могли наблюдать за церемонией, транслировавшейся на стоявшие там экраны.

Перед невестой стояла сложная задача — страна, чьей княгиней она собиралась стать, уже была свидетельницей одной из самых великолепных свадеб XX века, свадьбы родителей жениха. Шарлин нужно было подобрать наряд, который смотрелся бы не менее достойно, чем прославленный наряд Грейс, и при этом избежать сравнений. Что ж, и она, и создатели платья отлично справились с задачей — Шарлин выглядела прекрасно.

Платье от Армани было сделано из плотного бледно-кремового шёлкового атласа — декольте с отворотом открывало плечи, платье плотно облегало высокую фигуру невесты, а юбка почти не расширялась, зато сзади тянулся длинный шлейф. Ещё один шлейф шёл сзади от отворота декольте. Чёткие линии и вышитая ткань — вот что делало платье буквально драгоценным. Всего на него ушло около 2500 часов работы, из них 700 часов понадобились, чтобы украсить переднюю часть платья, подол и середину шлейфа вышивкой в виде изящных цветочных узоров (белым по белому) и расшить его: 40 тысяч кристаллов Сваровски, 20 тысяч перламутровых блёсток и 30 тысяч камешков в золотистых тонах. На фату (20 м шёлкового тюля) ушло «всего» 100 часов работы.

Светлые волосы невесты были собраны в узел и заколоты сзади очень изящным украшением, усыпанным бриллиантами, — оно заменило обычную свадебную тиару. Лёгкий макияж, гладкая причёска, белое облако фаты… Идеальная невеста.

Да, наряд Шарлин, казалось бы, ничем не походил на наряд Грейс Келли, но его элегантность не могла не напомнить о знаменитой женщине, которая, если бы не трагическая гибель, вполне могла быть ещё жива и присутствовать на свадьбе своего сына.

Очаровательные наряды семи маленьких подружек невесты создавались в мастерских Балета Монте-Карло. Они выполнены в национальном стиле, в духе нарядов XVIII века, — корсажи из кремового шёлка с чёрной шнуровкой; поверх пышных нижних юбок — юбки из тафты в кремово-красную полоску, с отделкой из трёх чёрных бархатных лент по подолу; белые шейные косынки и передники; панталончики и шёлковые чулки; соломенные шляпки с цветами, митенки, чёрные туфельки с бархатными ленточками, чёрные бархотки на шее. На создание каждого костюма ушло около 120 часов работы, и выполнены они были, разумеется, из лучших материалов. На передниках были вышиты инициалы жениха и невесты, также название того города, откуда подружка невесты была родом (все семеро — из разных мест). А к бархоткам были прикреплены золотые крестики — подарок от князя Альбера. Сам жених был в светлой парадной форме дворцовой гвардии.

После церемонии, которая длилась полтора часа, новобрачные, осыпаемые лепестками роз, покинули дворец и отправились в церковь Святой Девоты, покровительницы страны, — там в присутствии княжеской четы и множества прихожан две певицы, мать и её одиннадцатилетняя дочь, пели в честь Девы Марии. Именно пение маленькой Жюльетты и вызвало слёзы Шарлин, о которых мгновенно раструбила пресса — на свадьбе невеста князя плакала! Но лучше верить в то, что эти слёзы были вызваны именно красотой исполнения, а не печальными мыслями, правда?

После этой короткой церемонии княгиня по традиции возложила свой свадебный букет на алтарь, и они с супругом вышли из церкви.

Вечером в Опере был роскошный приём, а затем бал. Шарлин появилась там уже в другом платье, но тоже от Армани — шёлковый шифон нежно-кремового цвета, расшитый кристаллами Сваровски и бусинками; отделанная четырьмя пышными воланами узкая юбка, переходящая в шлейф. На сей раз на голове невесты красовалась тиара, один из драгоценных подарков от жениха. Современный дизайн, очень простые элегантные линии, белое золото и множество бриллиантов — тиара, уже получившая прозвище Бриллиантовая пена, действительно напоминает всплеск волны и летящие от неё брызги. Что ж, Шарлин это должно быть близко, учитывая, сколько времени она когда-то проводила именно в этой стихии.

Монегаски отпраздновали этот день с размахом, ведь это была свадьба их монарха. И главный её итог — в первый раз с 1982 года, когда в автокатастрофе погибла прекрасная Грейс, у Монако вновь есть княгиня!

Данный текст является ознакомительным фрагментом.