Эдуард VIII и Уоллис Симпсон

Эдуард VIII и Уоллис Симпсон

История любви Эдуарда VIII и его жены Уоллис, по-своему необыкновенная, загадочная, полная нераскрытых тайн и захватывающих подробностей, стала одним из самых популярных мифов XX века. Мифом о власти любви, перед которой даже королевская власть бессильна.

Будущий король родился 23 июня 1894 года и был крещён как Эдуард Альберт Кристиан Джордж Эндрю Патрик Дэвид (в семье его называли просто Дэвидом). Его отец, герцог Йоркский, стал королём Георгом V в 1910 году (Дэвида при этом возвели в звание принца Уэльского). Его матерью была немецкая принцесса Виктория Мария Тек, которая после вступления мужа на престол стала называться королевой Марией.

Король Георг отличался крайне суровым нравом и любовью к дисциплине. Мать постоянно напоминала детям, что они подданные своего отца. Как пишет Эдуард в своих мемуарах, «у меня было немного друзей и совсем мало свободы».

Принц увлекался спортом, любил американский джаз и… замужних дам. Его первая большая любовь, Фреда Дадли-Уард, была не только замужем, но и имела двух дочерей. В 1931 году Фреда развелась, однако к тому времени принц уже увлёкся другой светской красавицей, американкой Тельмой Фёрнесс. Именно леди Тельма познакомила принца со своей соотечественницей Уоллис Симпсон.

Бесси Уоллис Уорфилд родилась 19 июня 1896 года в Блю-Ридж-Саммит в Пенсильвании, за 17 месяцев до официального бракосочетания своих родителей. Чтобы избежать скандала, мать с девочкой уехала к дальним родственникам в Балтимор.

Выросла Уоллис без отца — когда ей не было года, он умер. Если бы не благодеяния состоятельной тётушки Бесси, не видать бы Уоллис привилегированной частной школы для девочек.

В двадцать лет она вышла замуж за лётчика-инструктора военно-морских сил США Эрла Винфилда Спенсера. Почти сразу обнаружилось, что её муж — алкоголик, к тому же ужасно ревнивый. Промучившись пять лет, Уоллис развелась с ним.

Она сочеталась вторым браком с Эрнстом Симпсоном — сотрудником судоходной компании, владельцем которой был его отец. Супруги перебралась в Лондон. Миссис Симпсон полностью отдалась устройству респектабельного дома, поиску новых друзей и своего места в свете. Наконец, настал день, когда Симпсоны получили приглашение в дом лорда и леди Фернис.

Впоследствии Уоллис вспоминала, что ужасно боялась неправильно присесть и вообще умирала от страха, а потому первая встреча не удалась. Принц спросил, не страдает ли она, американка, без центрального отопления. «Прошу прощения, сэр, — ответила Уоллис, — но вы меня разочаровали». «Почему?» — удивился принц. «Этот вопрос задают здесь каждой американке. Я надеялась услышать от принца Уэльского что-нибудь более оригинальное». Эдуард отошёл к другим гостям, но миссис Симпсон его заинтриговала.

Встретившись ещё несколько раз в обществе, они стали планировать свои свидания. На выходные принц приглашал супругов Симпсонов в своё загородное поместье Форт-Бельведер.

В июле 1935 года, участвуя в военно-морских празднествах в одном из английских портов, принц Уэльский адресовал Уоллис такие строки: «Вам следует знать, что ничто — и даже звёзды — не способно нас разлучить. Мы вечно принадлежим друг другу, любим друг друга сильнее самой жизни, и пусть нас благословит Господь. Ваш (подчёркнуто дважды) Дэвид».

Летом того же года они отправились без Эрнста на юг Франции, и там во время совместного плавания по Средиземному морю, по утверждению биографов принца, между ним и Уоллис пала последняя, отделявшая их физически, черта.

После этого путешествия в европейских и американских газетах появились первые сообщения о новом увлечении наследника. Уоллис имела сильный и властный характер, что нравилось принцу Уэльскому. Даже её соперницы отмечают идеальную фигуру, которую Уоллис сохранила до глубокой старости. Кроме того, она отличалась безукоризненным вкусом и, когда у неё появились почти неограниченные средства, стала законодательницей дамской моды, признанной по обе стороны Атлантики.

Не только наедине, но и на публике они вели себя наподобие супружеской пары. А Эрнст Симпсон? Он исчезал из поля зрения общества и не скрывал от жены появления у него любовницы.

20 января 1936 года скончался Георг V. Принц Уэльский стал королём Эдуардом VIII. Однако полностью легитимным монархом он мог стать лишь после коронации, назначенной на 12 мая 1937 года. Лишь впоследствии стало известно, как переживал старый король увлечение сына. Королева Мария до конца своих дней не желала простить Уоллис этой любовной истории, считая её виновницей безвременной, как она полагала, кончины мужа.

Ночью Дэвид позвонил Уоллис по телефону и сообщил ей скорбную весть, поспешив прибавить: «Ничто не может изменить моих чувств к вам».

В августе король отправился в новый круиз. В числе других гостей его сопровождала Симпсон. Где бы ни бросала якорь яхта, везде, в том числе и в небольших портовых городках, жители приветствовали ступивших на берег титулованных туристов.

Затем Уоллис направилась в Париж — делать покупки для своего гардероба, а Эдуард вылетел в Лондон.

В Париже американка просмотрела прессу и пришла в ужас. Газеты пестрели материалами о круизе по Средиземному морю, причём они выглядели молодожёнами, наслаждающимися медовым месяцем! «Я осознала, что круиз на „Налине“ был ошибкой», — писала Уоллис в мемуарах.

Признаваться следовало в серии промахов. Среди них самым серьёзным было решение об ускорении развода с Эрнстом Симпсоном. Пока Уоллис формально являлась его женой, она могла оставаться на положении любовницы короля. Такой её, с позволения сказать, статус ни к чему Эдуарда VIII не обязывал.

20 октября 1936 года премьер-министр Стэнли Болдуин впервые заговорил с королём на щекотливую тему. Он просил Эдуарда вести себя более осмотрительно и ни в коем случае не предавать огласке тот факт, что Уоллис Симпсон начала бракоразводный процесс. «Эта женщина — мой друг, и я не желаю, чтобы оно входила сюда через чёрный ход», — сказал король.

16 ноября король сообщил премьеру, что намерен жениться на Уоллис Симпсон. Премьер решительно ответил, что народ не примет такую королеву. Если на то пошло, заявил король, то он готов к отречению.

22 ноября Эдуард ещё раз встретился с Болдуином и сказал ему, что брак может быть морганатическим, то есть таким, при котором супруга монарха не имеет титула королевы, а дети, родившиеся от этого брака, не наследуют трон. Болдуин ответил, что должен обсудить вопрос с членами кабинета. 2 декабря премьер сообщил монарху, что идея морганатического брака отвергнута британским кабинетом. У Эдуарда, сказал он, теперь три варианта действий. Первый — прекратить отношения с миссис Симпсон. Второй — жениться на ней и принять отставку кабинета. Третий — отречься и жениться.

6 декабря все воскресные газеты выразили единодушное мнение английского народа: король должен остаться на троне. 7 декабря «Дейли миррор» рассказала о волнениях и пикетах, прокатившихся по стране: «Народ хочет, чтобы король остался!» Газеты обратились с призывом к Британскому кабинету: «Король желает жениться на Уоллис Симпсон, а мы желаем, чтобы он остался на троне. Наше правительство должно найти выход из этой скандальной ситуации».

Но процесс принял необратимый характер. Уоллис Симпсон, не выдержав всеобщего возмущения, уехала из страны в Канны. Король был в отчаянии. Его друг Уинстон Черчилль озабоченно констатировал: «Его величество находится на грани нервного срыва… любовь короля к миссис Симпсон являет собой одно из самых сильных проявлений любви в истории человечества. Без сомнения, он не может жить без неё».

Уоллис в телефонных разговорах с Эдуардом призывала его продолжать борьбу за королевские права. 8 декабря в газетах появилось заявление миссис Симпсон с указанием на готовность отказаться от того, что становится неприемлемым и вызывает чувства сожаления.

Вся королевская семья была потрясена происходящим. 9 декабря в Бельведерском замке король Эдуард VIII подписал свой последний королевский документ — отречение от британского престола.

На другой день этот документ был ратифицирован в парламенте, и «Его королевское высочество принц Эдуард», как объявили по радио бывшего короля, в последний раз обратился к английскому народу с трогательной речью. «Вы должны понять меня, — говорилось в ней, — когда я говорю вам, что для меня оказалось невозможным нести тяжёлое бремя ответственности и достойно исполнять обязанности короля без помощи и поддержки женщины, которую я люблю».

12 декабря британским монархом был провозглашён младший брат Эдуарда, Альберт, герцог Йоркский, — он стал Георгом VI. Двумя днями раньше Эдуард, получивший титул герцога Виндзорского, отплыл на континент из Портсмута на борту английского военного корабля. Он находился на престоле 325 дней.

3 мая Уоллис Симпсон получила окончательный развод. Она позвонила герцогу и сказала: «Торопитесь!» На следующий день он сидел в вагоне Восточного экспресса. Их разлука длилась двадцать две недели, показавшиеся ему вечностью.

Бракосочетание было назначено на 3 июня в замке Канде. Королевская семья отказалась присутствовать на бракосочетании, подав пример, которому тут же последовала британская аристократия. Решением кабинета министров появился так называемый «Акт о лишении», согласно которому титул «королевское высочество» не распространялся ни на жену герцога Виндзорского, ни на его потомков.

Гостей было всего шестнадцать. Приехали сын Уинстона Черчилля Рэндолф, чета Ротшильдов, консул Великобритании в Нанте и первый секретарь Британского посольства.

После свадьбы Виндзоры, остановившись на несколько часов в Венеции, направились в Австрию. Эдуард и Уоллес обосновались в старинном замке. Они были счастливы.

В октябре 1937 года герцог и герцогиня Виндзорские отправились с визитом в нацистскую Германию. 22 октября их принял Гитлер в своей альпийской резиденции «Орлиное гнездо». Один из немногих сопровождавших их журналистов, корреспондент «Нью-Йорк таймс», написал, что «герцогиня находилась под явным впечатлением от личности фюрера, а он давал понять, что они стали друзьями, прощаясь с ней с подчёркнутой нежностью. Он взял её руки в свои и долго говорил последние напутствия, после чего отдал строгий нацистский салют, и герцог ответил тем же». Когда Виндзоры наконец уехали, фюрер обернулся к переводчику Шмидту и сказал: «Из неё выйдет хорошая королева».

Однако за данной поездкой не последовали акции герцога в пользу нацистов, а протесты общественности против заигрывания с нацистской верхушкой отрезвили супругов.

В феврале 1938 года Уоллис была названа «самой элегантной женщиной года». Словно доказывая своё право носить это звание, она появилась на приёме по случаю отъезда американского посла Буллита в простом белом креповом платье с маленьким квадратным декольте, украшенном лишь двумя золотыми аппликациями от талии до подола. На голове красовался последний подарок герцога — диадема из бриллиантов и изумрудов.

Надежда на возвращение престола стала навязчивой идеей герцога и герцогини. Они поселились в Париже. После вторжения немецкой армии во Францию в мае 1940 года Виндзоры переехали на юг страны. Черчилль настаивал на их возвращении на Британские острова. Британский генеральный консул в Ницце не смог уговорить их отправиться на английском торговом судне в Гибралтар. Супруги направились в Испанию.

Наконец, уступая неослабевающему давлению Лондона, 2 июля Виндзоры переехали в Португалию. Черчилль счёл за благо не требовать прибытия герцога в Англию, а назначил его губернатором и главнокомандующим на Багамских островах, добавив: «Я сделал всё, от меня зависящее, чтобы назначение состоялось, и считаю, что это — лучший выход из той тяжкой ситуации, в которой мы все оказались».

Эдвард, удаляясь в изгнание, не предполагал, что оно станет пожизненным. Как условие своего возвращения он потребовал для своей супруги, во-первых, титул Её Королевское Высочество и, во-вторых, чтобы её признали членом королевской семьи. Получив титул герцога Виндзорского, Эдвард думал, что месяца через два, когда уляжется весь шум, он сможет вернуться на родину в качестве «брата короля». Но семья и официальный Лондон навсегда отвернулись от него.

Герцог Виндзорский лишь однажды нарушил многолетнюю добровольную эмиграцию. Во время единственной встречи в 1945 году в Мальборо-хаус он спросил свою мать, вдовствующую королеву Марию, почему семья продолжает так упорно отвергать его жену? И та дала ответ, достойный супруги монарха: «Я часто думаю, мой сын, о всех тех солдатах, которые пожертвовали своей жизнью ради нашей страны в двух мировых войнах. Ты же не хотел пожертвовать для страны меньшим — женщиной, не подходящей в супруги королю».

Виндзоры пробыли на Багамских островах до конца войны. В мае 1945 года они приехали в Нью-Йорк и прогостили там до сентября. Для них наступило беспечное и весёлое время: ходили в театры, навещали друзей, загорали на пляжах Лонг-Айленда.

В пятьдесят лет герцогиня выглядела лет на десять моложе. Когда однажды Эльза Максвелл спросила, отчего она уделяет столько времени таким пустякам, как одежда, герцогиня ответила: «Мой муж ради меня отказался от всего; если все смотрят на меня, когда я вхожу в гостиную, он может испытывать гордость. В этом моя ответственность».

В феврале 1952 года умер король Георг. На похороны герцог выехал один. В кругах, близких к королевской семье, отношение к нему стало ещё более нетерпимым: вдова короля заявляла, что он своим отречением сократил жизнь брату.

Новая королева — Елизавета — была его племянницей и не раз заявляла, что нежно любит своего дядюшку. От неё требовалось только одно: пригласить герцога и герцогиню Виндзорских на свою коронацию, и атмосфера мгновенно разрядилась бы. Елизавета спросила мнение своих советников. Те проконсультировались в правительстве. Правительство сказало: «нет».

Через год скончалась мать герцога, и он прибыл на похороны. Эдуард всегда говорил о ней холодно, но портрет её висел в гостиной. Она чувствовала себя прежде всего королевой, а потом уже матерью.

В 1953 году Виндзоры арендовали у французского правительства виллу в Булонском лесу, что свидетельствовало об их окончательном решении обосноваться на чужой земле. Виндзорам очень понравился этот дворец, окружённый парком и расположенный в очень тихом месте, хотя до самого центра Парижа было не более пятнадцати минут езды.

В своём доме Виндзоры часто устраивали званые вечера. На них Эдуард принимал, давал аудиенции, «играл» короля. Этот дворец в миниатюре кем-то был точно назван «бархатной тюрьмой».

Каждый год Виндзоры по четыре месяца проводили в США, бывали в Лондоне, ездили на Ривьеру и в Биарриц.

«История моя проста — это история обыкновенной жизни, ставшей необыкновенной судьбой», — так начинается книга воспоминаний герцогини Виндзорской.

В это время супругам было уже около шестидесяти. Друзья думали, что ритм их жизни замедлится, однако Уоллис демонстрировала, какие огромные запасы сил и энергии у неё остаются. Девиз её был: «Работать так же увлечённо, как играю, смеяться так же самозабвенно, как плачу, и отдавать всё, что получаю».

В 1965 году умер Черчилль. В последние годы они с герцогом не были близки. Когда Виндзору сообщили, что состояние его ухудшается, он заметил: «Ему ведь восемьдесят семь, не так ли? Мы давно с ним не виделись». На похороны великого государственного мужа он не поехал. Примирение с Черчиллем было формальным: прошлые обиды не забылись.

Сразу после семидесяти герцог резко сдал: Его трижды оперировали в Лондоне по поводу отслоения сетчатки. Уоллис же отличалась завидным здоровьем и успешно противостояла годам.

В 1967 году Елизавета II перестала бойкотировать супругов Виндзоров, пригласив их на церемонию в Лондон в память о королеве Марии.

Мир по-прежнему следил за ними, хотя газетные заголовки стали поменьше. Они были самыми желанными гостями на всех благотворительных балах — в Биаррице или Баден-Бадене, Палм-Бич или Ньюпорте, Нью-Йорке или Новом Орлеане.

4 апреля 1970 года приём в Белом доме давал Ричард Никсон. Герцог поднял бокал с шампанским и сказал: «Мне необыкновенно повезло, что очаровательная юная американка согласилась выйти за меня замуж и на протяжении тридцати лет была мне любящим, преданным и заботливым спутником».

И это была правда. Когда Док Холден показал ему три фотографии — юного принца, короля и герцога, — Виндзор написал на последней: «Эти сорок лет были самыми счастливыми. Э.».

Жизнь текла размеренно и неспешно. Герцог играл в свой любимый гольф, много читал и много курил.

Мирное течение жизни нарушил страшный диагноз врачей: у герцога обнаружили рак. Его облучали кобальтовой пушкой, и это помогло. Впрочем, ремиссия была недолгой. Смерть Виндзора не пугала, он боялся лишь разлуки с той, которую любил. Он купил два места на балтиморском кладбище, ибо опасался, что британское правительство не разрешит похоронить Уоллис рядом с ним.

«Я убеждён, — свидетельствует один из друзей, — герцогиня не разрешала себе понимать, что он умирает. Потрясение было громадным, и она отказывалась воспринимать ужасное известие».

В 1972 году Елизавета посетила супружескую чету в Париже незадолго до смерти Эдуарда. Говорили, что, следуя протоколу, смертельно больной герцог встал с постели — встретить королеву подобающим образом. Через 11 дней его не стало, он умер за месяц до своего 78-летия.

Первое официальное извещение о его смерти последовало из Букингемского дворца: «С глубоким прискорбием сим сообщается, что в воскресенье 28 мая 1972 года в два пополуночи в своём доме в Париже скончался герцог Виндзорский».

Прибывшая в Лондон на похороны мужа герцогиня получила приглашение остановиться в Букингемском дворце.

Почётный военный караул встретил в Оксфордшире военный самолёт, доставивший тело герцога Виндзорского. Его отвезли с торжественными почестями в Виндзорский дворец. Целый день нескончаемым потоком шли люди, чтобы с ним проститься. Похороны состоялись 5 июня, во время службы герцогиня сидела возле королевы Елизаветы.

После смерти герцога Уоллис жаловалась подруге: «Я очень одинока. Мне ужасно, ужасно его не хватает».

Уоллис всё чаще говорила о смерти, повторяя: «Мне не надо много места, пусть меня похоронят рядом с ним, а на камне напишут: „Уоллис, герцогиня Виндзорская“».

24 апреля 1986 года в возрасте 90 лет она умерла. По желанию герцога она была похоронена на королевском кладбище рядом с мужем.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.