Суперсерия-72

Суперсерия-72

Нет, недаром-таки перед поездкой в Канаду советским хоккеистам говорили: «Ребята, сыграйте как можете и постарайтесь просто не проиграть слишком крупно». Похоже, оправдывались самые мрачные прогнозы — канадские профи по всем статьям превосходили наших хоккеистов. Первый матч, шестая минута встречи, счёт становится 2:0. В пользу сборной Канады, естественно. В этот момент под сводами монреальского «Форума» заиграл похоронный марш. Канадцы уже «хоронили» советскую сборную. На наших же страшно было смотреть…

Впервые с канадскими хоккеистами советская сборная встретилась ещё в 1954 году, на мировом первенстве в Стокгольме. До тех пор канадцы, даже любительские команды, не получали серьёзного отпора со стороны европейцев. Но первая встреча между сборной СССР и клубом «Линдхерст Моторс» (тогда Канаду на чемпионатах мира представляли любительские клубы) закончилась убедительной победой советских хоккеистов со счётом 7:2. Случались и поражения, иногда и крупные, и всё же довольно долго сохранялась общая тенденция: наши любители гораздо сильнее канадских. Но в том-то и дело, что речь шла о любителях, а вот бороться на равных с профессионалами — это казалось несбыточной мечтой. Хотя ещё в 1957 году Анатолий Тарасов побывал на тренировках заокеанских профи и, скажем так, в обморок от увиденного не упал. «Разница была колоссальной, — рассказывал Тарасов. — Но не в уровне подготовки, а в отношении друг к другу. Я просмотрел их занятие „от и до“ и не припомню другого такого случая, когда бы записывал так много и так быстро. Они же постояли на нашем занятии всего минут пять и только смеялись над нашими хоккеистами. Что ж, я был очень рад, что эти самодовольные люди так и не поняли, что мы делаем». Тарасов уже тогда был готов сражаться с профессионалами, однако советское спортивное руководство по-прежнему разрешения на встречи не давало. «Они большие, они сильные, они умеют играть в хоккей так, как нашим и не снилось», — рассуждали чиновники. И только весной 1972 года, во время чемпионата мира в Праге, наконец-то удалось договориться о проведении серии встреч между советской сборной и командой, составленной из лучших игроков Национальной хоккейной лиги. Четыре матча должны были пройти в Канаде, четыре — в Москве.

«Суперсерия-72 — это всеобщее хоккейное помешательство, её обсуждали и гуляющие во дворе дети, и стоящие в очередях бабушки, — вспоминал игрок сборной СССР Евгений Зимин. — Люди знали наперечёт всех канадцев, не говоря уже о наших игроках. В то время жить в СССР и остаться вне хоккея было невозможно». Действительно, интерес к встрече советских и канадских хоккеистов (позже эти встречи назвали «Суперсерией») по обе стороны океана был просто невероятным. Канадцы в успехе своих «звёзд» не сомневались, наши же болельщики надеялись, что сборная СССР будет выглядеть достойно в играх с грозными профессионалами. Вообще же предсказатели разделились на два лагеря: оптимисты полагали, что советская команда серию, безусловно, проиграет, но окажет сопротивление канадской сборной и, может быть, выиграет одну-две встречи. Пессимисты же считали, что предстоящие матчи никакого спортивного интереса не представляют, — это будет «избиение младенцев», канадцы без труда, одной левой, победят русских хоккеистов. Особенно разглагольствовал по этому поводу журналист газеты «Глоб энд мэйл» Дик Бедоуз. «Эти парни быстры, однако они носятся на льду сломя голову, как будто за ними гонится разъярённый пчелиный рой, — писал Бедоуз в своей статье накануне начала Суперсерии. — Русские умеют точно пасовать, но они всегда опаздывают, как их поезда на великой Транссибирской дороге. Вячеслав Старшинов — хороший нападающий, а Юрий Блинов — неплохой защитник. Но никто при всём желании не спутает Старшинова с Фрэнком Маховличем или Виком Хэдфилдом, а Брэд Парк съест Блинова, словно сладкоежка пирог с черникой». Дик Бедоуз почему-то решил смешать вместе кулинарию и хоккей и продолжал в том же духе: «Запомните! Мы победим во всех восьми матчах. А если Советы выиграют хотя бы одну встречу, я съем эту статью вместе с их знаменитым борщом. P. S. Уважаемый редактор, позаботьтесь, чтобы сметана была под рукой». И никто до начала Суперсерии, конечно, не предполагал, что после первого же матча канадские газеты выйдут с заголовками вроде: «Мы повержены русскими медведями», «Шок в „Форуме“» и «Мистер Хоккей стал товарищем».

2 сентября 1972 года на утренней тренировке советские хоккеисты увидели на льду своих будущих соперников. Конечно, канадцы производили сильное впечатление на наших игроков, особенно на молодых. Они, казалось, летали по площадке, а шайбы после их бросков летели со сверхзвуковой скоростью. «У нас до тренировки оставалось ещё какое-то время, — рассказывал Владислав Третьяк. — Сидим на трибуне, притихли, смотрим. Каждый думает: ну и ну, достанется нам». А вечером премьер-министр Канады Пьер-Эллиот Трюдо сделал символическое вбрасывание, которое разыграли Владимир Викулов и Фил Эспозито. И началось…

Уже на 30-й секунде матча канадцы открыли счёт. Фрэнк Маховлич мощно бросил по воротам Владислава Третьяка, вратарь бросок отразил, но наехавший на пятачок огромный Фил Эспозито раскидал защитников и с лёта вогнал шайбу в сетку. «Шум тогда поднялся чудовищный, — вспоминал Владислав Третьяк. — Мне показалось, что на трибунах началось какое-то всеобщее безумие. Рёв, треск, свист».

«Сушите вёсла, товарищи!» — кричали болельщики посдержаннее. Другие же были более «откровенны» в своих эмоциях: «Какого чёрта они тут делают?! Мы съедим русских медведей живьём!». Через шесть минут Бобби Кларк выиграл вбрасывание в зоне сборной СССР, отпасовал шайбу назад на Пола Хендерсона, и тот забросил её в ворота. Третьяк не успел даже отреагировать на бросок. Вот тут-то под сводами ледового дворца и заиграл похоронный марш…

«У меня появилось какое-то недоброе чувство, — вспоминал те волнующие минуты один из героев Суперсерии Пол Хендерсон. — Уже после первого периода. Мы были не готовы. Мы стали выдыхаться. Это было нехорошее чувство. Одно из наиболее неприятных воспоминаний моей жизни». Предчувствие не обмануло канадского игрока. На 12-й минуте матча оставшийся совершенно один на пятачке Евгений Зимин сократил разрыв в счёте. Через несколько минут канадцы пропустили новую «оплеуху». После паса Бориса Михайлова Владимир Петров забросил вторую шайбу в ворота, защищаемые Кеном Драйденом, причём сделал это в тот момент, когда сборная СССР играла в меньшинстве. А второй период стал «бенефисом» Владислава Третьяка и Валерия Харламова…

Перед началом серии тренерский штаб «кленовых листьев» прислал двоих наблюдателей на товарищеский матч сборной СССР и ЦСКА. Надо же хотя бы посмотреть, что из себя представляют эти русские. И что же они увидели? Прежде всего — молодого вратаря сборной, который в тот вечер умудрился пропустить целых девять шайб. Неизвестно, знали или нет заокеанские специалисты, что Третьяк в тот момент думал не о хоккее, а о предстоящей на следующий день свадьбе, но вскоре канадские газеты написали: «Третьяк, очевидно, ещё очень молод, чтобы противостоять нападающим из НХЛ. В трудных ситуациях он теряется, проявляет нерешительность. Вратарь — это самое слабое звено в советской команде». На Третьяка хоть так обратили внимание. А Валерия Харламова вообще за игрока не считали. Ну не укладывался Валерий в традиционные представления канадцев об идеальном нападающем!

Однажды Яков Костюковский, сценарист «Операции „Ы“…» и «Кавказской пленницы», сказал: «Когда я впервые увидел Харламова на фоне могучих партнёров, его фигура олицетворяла не телосложение, а теловычитание». Валерий, конечно, не был каким-то убогим карликом, но рядом с монументальными канадскими защитниками выглядел не впечатляюще. А теперь, уважаемый читатель, представьте, что вы, опытный канадский защитник. Вы «собаку съели» на этом хоккее, вы много раз справлялись с лучшими нападающими лучшей хоккейной лиги мира. Вы размажете по льду любого, кто посмеет приблизиться к вашей зоне. И вот вы видите, как навстречу бежит какой-то русский нападающий. Ничего не стоит с ним разобраться. И вдруг… «Вот я здесь, а вот меня нет…». Через мгновение этот русский каким-то непостижимым образом оказывается у вас за спиной и на всех пара?х мчится к воротам. Наверное, вы очень «обидитесь» на этого нападающего.

Канадцы не просто обиделись, в последующих матчах они устроили жесточайшую охоту на Харламова. Защитники Рон Эллис и Бобби Кларк изо всех сил старались сломать Валерия в буквальном смысле этого слова и своего, к сожалению, добились. Именно тогда Николай Озеров произнёс свою знаменитую фразу: «Такой хоккей нам не нужен!». Харламов не смог закончить шестой матч серии, пропустил седьмой, в заключительной, восьмой, встрече всё же вышел на лёд, однако играть в полную силу не мог. А ведь Харламов был лучшим нападающим сборной СССР в первых пяти матчах!..

Но это было потом, а в первом матче Суперсерии Харламов раз за разом, словно нож сквозь масло, проходил оборонительные порядки канадской сборной. Именно он во втором периоде забросил две шайбы в ворота противника. А «ничего не умеющий юниор» Третьяк творил чудеса в воротах, отражал броски такой силы, от которых другой вратарь оказался бы в сетке вместе с шайбой. Вообще получилось так, что два чуть ли не самых слабых, как считали канадцы, игрока в сборной СССР, фактически и решили судьбу матча.

В начале третьего периода «кленовые листья», сократив счёт до 3:4, на некоторое время отодвинули надвигающуюся катастрофу, но затем были окончательно смяты. Борис Михайлов, Евгений Зимин и Александр Якушев провели три безответные шайбы в ворота Кена Драйдена и сняли вопрос о победителе в матче.

«Всё позади, — писал вратарь канадской сборной Кен Драйден в своей книге „Хоккей на высшем уровне“. — За этой игрой наблюдали сто миллионов телезрителей в Советском Союзе, несколько миллионов — в Европе, более двадцати пяти миллионов канадцев и американцев смотрели её у себя дома. А в „Форум“ пришли почти двадцать тысяч зрителей. Клянусь, что теперь все они знают, что отчество Валерия Харламова — Борисович, а Владислава Третьяка — Александрович. Всё было готово для великого триумфа канадского хоккея. Но приехали русские и всё испортили, показав 60 минут такой игры, какая нам никогда не снилась…».

Да, «великого триумфа канадского хоккея» явно не получилось. 2 сентября 1972 года хоккей разделился на «до» и «после». Теперь уже никто не говорил о превосходстве профессионалов. Речь теперь могла идти только о сравнении двух хоккейных школ: канадской и советской. Канадцы поняли, что русские — это не «мальчики для битья», они не просто способны противостоять игрокам НХЛ, а во многих компонентах игры их превосходят. Наверное, лучше всех это понял Дик Бедоуз. Надо отдать должное канадскому журналисту — он, как истинный джентльмен, сдержал своё слово. После игры Дик пришёл в гостиницу к нашим спортсменам, чтобы прилюдно съесть свою злополучную статью, в которой он опрометчиво предрекал разгромное поражение советской сборной. Наши хоккеисты с юмором отнеслись к «жертве советского хоккея» и разрешили Бедоузу накрошить небольшую часть газеты в борщ и в таком виде съесть столь «изысканное» блюдо.

Победа есть победа, и всё же в первом матче в пользу наших хоккеистов в какой-то мере сыграли «эффект неожиданности» и излишняя самоуверенность канадцев. В следующей встрече профи взяли реванш, выиграв в Торонто 4:1. Умудрённые опытом канадцы получили очень жестокий урок, но они смогли сделать из него правильные выводы. Во второй игре, проходившей в Торонто, в составе «кленовых листьев» появились сразу восемь новых игроков. Сборная Канады очень чётко играла в обороне, защитникам удалось практически полностью нейтрализовать нападающих советской команды. Вообще же, обе команды больше внимания уделяли защите. К началу третьей двадцатиминутки счёт был 1:0 в пользу канадцев. В начале третьего периода Курнуайе довёл преимущество своей команды до двух шайб. Но на 46-й минуте матча за удар соперника клюшкой был удалён с поля Бобби Кларк, и Александр Якушев реализовал численное преимущество. Буквально через несколько секунд канадцы вновь оказались в меньшинстве. Казалось, во встрече в этот момент должен произойти перелом. И перелом действительно наступил, правда, не в ту сторону… Имея преимущество на одного игрока, советские хоккеисты пропустили проход Пита Маховлича. Игра была сделана. Гол второго из братьев Маховличей, Фрэнка, забитый за минуту до конца встречи, установил окончательный счёт во втором матче серии.

Третий матч, проходивший в Виннипеге 6 сентября, завершился вничью 4:4. Канадцы владели инициативой по ходу матча, однако благодаря блестящей игре Владислава Третьяка, отразившего немало «мёртвых» бросков, сборной СССР удалось сдержать противника и свести матч к ничьей.

Четвёртая игра, состоявшаяся в Ванкувере, решала, кто же выйдет победителем в канадской части серии. «Кленовым листьям» очень хотелось перед своими зрителями показать себя во всей красе. Но… 5:3 в пользу сборной СССР, и канадцы покидали лёд под оглушительный свист трибун. «Мы делаем всё что можем, и выкладываемся до конца, и я хотел бы, чёрт побери, чтобы вы, люди, поняли это. Эти русские — великие хоккеисты. Почему бы вам не оценить их по достоинству и не прекратить осыпать нас обвинениями?». Эти гневные слова нападающего Фила Эспозито, сказанные им по национальному телевидению, наиболее точно отражали настроения, царившие в тот момент в канадской сборной. Канадцы действительно делали всё что могли, отбросили ненужное бахвальство и выкладывались изо всех сил, но русские были сильнее, и с этим ничего нельзя было поделать. Надо сказать, что проникновенный призыв Фила Эспозито услышали, и болельщики изменили отношение к своим хоккеистам. Более трёх тысяч канадцев отправились в Москву. И в какой-то мере, их неистовая поддержка помогла «кленовым листьям» одержать итоговую победу в Суперсерии. «Без них мы не победили бы, — вспоминал Пол Хендерсон. — Канадские болельщики стояли за нашей спиной. Я думаю, они помнили речь Фила Эспозито в Ванкувере, он пробудил целую страну и сказал: „Эй, это — наши мальчики, это — наша команда, и они нуждаются в поддержке“. И канадцы поехали туда и там помогли нам, они перекричали русских. Русские просто не понимали, почему солдаты не выведут наших фанатов».

Но в первом матче в Москве канадских игроков и болельщиков опять ждало жестокое разочарование. «Кленовые листья» очень мощно начали игру и к середине второго периода вели со счётом 3:0. В начале третьей двадцатиминутки команды обменялись голами — на шайбу Юрия Блинова очень быстро ответил точным броском Пол Хендерсон. Казалось, что канадцы сумеют довести матч до победы. Но сборная СССР после отчаянного штурма смогла сравнять счёт, а за три минуты до финальной сирены Владимир Викулов забил пятую шайбу в ворота голкипера Тони Эспозито.

3:1… Для того чтобы выиграть Суперсерию, сборной СССР в оставшихся трёх играх надо всего лишь один раз сыграть вничью. Но канадцы сдаваться не собирались. «Каким бы безнадёжным ни казался матч, нужно бороться до конца, до самой последней секунды» — эту мысль канадские тренеры буквально вбивают каждому игроку с самых юных лет, с того самого момента, когда юный хоккеист берёт в руки клюшку и выходит на лёд. Наши же…

После победы в пятом матче в действиях советских хоккеистов стали явно просматриваться расслабленность и даже некоторое пижонство. Там чуть-чуть не доиграли, здесь чуть-чуть не доборолись. Но это «чуть-чуть» в игре с канадцами может оказаться роковым.

В шестом и седьмом матчах сборной Канады удалось с минимальной разницей в счёте переиграть советскую команду. И преимущество сборной СССР растаяло, теперь всё должно было решиться в последней игре, состоявшейся 28 сентября 1972 года. Напряжение было столь велико, что игра чуть не была сорвана. В первом периоде канадские болельщики, недовольные решением судьи удалить за неспортивное поведение до конца матча Жана-Поля Паризе, начали швырять на лёд всё, что попадало им под руку. На площадку полетели перчатки, клюшки, полотенца, даже несколько стульев. Матч был прерван почти на двадцать минут. К счастью, страсти всё-таки улеглись и игра возобновилась.

С первых минут матча инициативой владела советская команда. 2:1 — сборная СССР впереди после первого периода, 5:3 — после второго. Но к третьему периоду советские хоккеисты явно устали, чем и воспользовались канадцы. За семь минут до конца матча Айвен Курнуайе сравнивает счёт. Благодаря лучшей разнице шайб даже ничья делает сборную СССР победителем серии, но в самом конце матча «палач советской сборной» Пол Хендерсон остался без присмотра на пятачке у ворот Третьяка и протолкнул шайбу в сетку. «Я помню, как забил решающий гол в серии за 34 секунды до конца, — вспоминал Хендерсон. — Этот бросок стал звёздным часом для меня, благодаря этой шайбе меня до сих помнят, и думаю, будут помнить ещё долго». Через 34 секунды прозвучала финальная сирена, зафиксировавшая победу сборной Канады в последней игре и общую победу в серии со счётом 4:3.

После игры состоялся совместный банкет, на котором игроки обеих команд наконец-то смогли сбросить с себя напряжение ответственных матчей и ненависть друг к другу. В своих воспоминаниях канадские хоккеисты признавались, что иногда им просто хотелось убить противника, да и наши отвечали им «взаимностью». Теперь же хоккеисты могли расслабиться. Во время дружеской пирушки канадцы даже подарили нашим игрокам деревянный индейский тотем, который долго хранился в музее лужниковского дворца спорта.

Наверное, такое мнение кому-то может показаться спорным, но окончательный итог Суперсерии устроил обе стороны. Канадцы, пусть и с минимальным преимуществом, одержали верх над сборной СССР и доказали свою силу. А советские хоккеисты, хоть формально и проиграли, смогли победить долго существовавшее мнение, что никто в мире не может играть на равных с канадскими профессионалами, развенчали миф о непобедимости профи. Они доказали всему миру, что в хоккей играть могут не только в Канаде…

Данный текст является ознакомительным фрагментом.