Иван Козьмич Краснов 1-й (1752 или 1753–1812)

Иван Козьмич Краснов 1-й

(1752 или 1753–1812)

Генерал-майор. Атаман Бугского казачества. Герой Измаила, Мачина и Польши

Прославленный боевыми делами донской генерал происходил родом из «казачьих детей», из старинной станины Буковской. На службу был записан рядовым казаком в 1773 году; через год, как человек хорошо грамотный, стал полковым писарем. Отличался усердием и исправностью. В 1781 году получил офицерский чин сотника, а в 1785 году — армейский чин поручика.

Участвовал в «Первой екатерининской турецкой войне», в форсировании реки Южный Буг. На её берегах получил боевое крещение. Прошёл хорошую школу полковой службы. Перед Русско-турецкой войной 1787–1791 годов выполнял обязанности порученца (ординарца) при А. В. Суворове, который в то время командовал Владимирской, Санкт-Петербургской и Кременчугской дивизиями.

Во время Кинбурнского сражения 1 октября 1787 года поручик Иван Краснов 1-й послан был Суворовым к пехотному батальону с приказом ударить на янычар в штыки. Офицер сам возглавил штыковую атаку, заменив убитого командира. В бою «при сильнейшем огне» он получил пулевое ранение в правую ногу почти одновременно с генералом Суворовым, и они лечились «в одной ставке». За Кинбурнскую викторию донец Краснов получил звание армейского капитана.

После этого участвовал во взятии Очаковской крепости и крепости Бендеры (был ранен в левую ногу). В первом случае ему был пожалован Золотой крест «За Очаков», во втором — чин секунд-майора, опять же армейский. К тому времени его имя в рядах русской действующей армии уже отличалось славой и известностью.

В декабре 1788 года Краснов с небольшим отрядом казаков переправился через реку Днестр, покрытую тонким льдом, и в селении Варницы уничтожил турецкую сторожевую заставу.

После этого оказался в числе тех конных авангардных сил, которые первыми вышли к берегу Дуная. Незамеченные турками, казаки подстерегли неприятельское военное судно, вышедшее из Браилова, на тростниковых плотах атаковали его и взяли на абордаж, перебив отчаянно сопротивлявшуюся команду. В той рукопашной схватке на дунайских водах один из казаков спас офицеру жизнь, отбив кинжал, направленный ему в грудь.

Иван Краснов стал одним из героев суворовского штурма Измаила 11 декабря 1790 года. И не только потому, что шёл впереди пеших казачьих сотен в ходе приступа. Перед приступом он «употреблён был от главнокомандующего в ночное время для измерения крепостного рва, что и выполнил с точным успехом». То есть генерал-аншеф А. В. Суворов поручил своему адъютанту разведать глубину и ширину крепостного рва, наличие перед ним «волчьих ям» и других искусственных препятствий, созданных неприятелем, которые могли оказаться опасным сюрпризом для штурмующих колонн. Такая разведка была связана со смертельной опасностью.

В ходе приступа казаки секунд-майора Краснова захватили на крепостном валу три стреляющих артиллерийских орудия. Наградой донскому офицеру, полковому командиру, стал чин премьер-майора и второй Золотой крест, тоже носимый на Георгиевской ленте — «За Измаил».

В заключительном сражении той войны 28 июня 1791 года Иван Краснов вновь стал одним из героев большой битвы. Он находился в передовом отряде русской армии и с подчинёнными ему донцами завоевал в бою два турецких отрядных знамени. Отличился и в преследовании разгромленного неприятеля, который «поспешил» отступить от Мачина.

Светлейший князь Тавриды генерал-фельдмаршал Г. А. Потёмкин в своей реляции в Санкт-Петербург назвал Краснова 1-го одним из героев Мачинского сражения. Императрица Екатерина II, естественно, оказалась щедрой на боевые награды победителям. Иван Козьмич удостоился похвальной грамоты от матушки-государыни и именной золотой медали для ношения на груди.

Затем многие участники «Второй екатерининской турецкой войны» стали участниками двух Польских кампаний — 1792 и 1794 годов. Казачий офицер геройски проявил себя в той и другой. Он уже командовал отдельными конными отрядами, выполняя самостоятельные боевые действия. Сказалось здесь и то, что русскими войсками предводительствовал сам Александр Васильевич Суворов-Рымникский, который был о воинских достоинствах героя Измаила и Мачина самого высокого мнения.

Среди наиболее громких дел Краснова стал разгром трёх неприятельских кавалерийских эскадронов при местечке Мурафе. Тогда казаки-донцы стремительной атакой смяли поляков и, не дав им оправиться, повели преследование разбитого врага. Во втором случае был атакован и взят походный лагерь польских конфедератов со всем находившимся в нём имуществом и боевым снаряжением.

Не менее славными были и другие боевые дела. В бою под Мурашковом казачья сотня под командованием Краснова навела 12 эскадронов кавалерии конфедератов, которые на поле битвы собирались изрубить сотню русских конников, под картечный огонь своих пушек. Поляки тогда оказались наголову разбиты. Виктория получилась знатной ещё и оттого, что неприятелем начальствовал сам князь Понятовский, один из вождей польского «возмущения».

При местечке Полонцы премьер-майор со своими казаками вступил в схватку с неприятельским отрядом, состоявшим из трёхсот пехотинцев (две роты) и семи кавалерийских эскадронов. Конфедераты были атакованы и рассеяны по лесистым окрестностям Полонцев.

В скорое время Ивану Козьмичу довелось ещё раз продемонстрировать своё умение преодолевать водные преграды. Его казаки (бывший полк полковника Орлова) под вражеским пушечным огнём переправились через реку Вислу близ местечка Корчев. Оказавшись на противоположном берегу, донцы, без промедления, развернувшись лавой, опрокинули колонну польских войск.

Тогда боевыми трофеями русских стали 48 (!) артиллерийских орудий, спрятанных бежавшими поляками до лучших времён. Такое большое число пушек не часто доставалось армиям-победительницам в больших сражениях.

В Польше Краснов 1-й был в очередной раз жестоко ранен пулей в правую ногу. Наградой ему стали чин подполковника и орден Святого великомученика и победоносца Георгия 4-й степени.

В 1796 году он становится полковником. Будучи командирован в Молдавию (Бессарабию), Краснов сделал всё для того, чтобы свирепствовавшая там эпидемия чумы не перекинулась на другие территории Российской империи — на Новороссию и Малороссию. В ту эпоху борьба с эпидемиями, прежде всего моровой язвы (чумы), по своей государственной значимости приравнивалась к боевым действиям.

За эту заслугу, с учётом ещё и военных, Иван Козьмич Краснов 1-й производится 8 марта 1799 года в генерал-майоры. Он награждается орденами Святой Анны 2-й степени и Святого Иоанна Иерусалимского (Мальтийским крестом).

При императоре Павле I Краснов был уволен со службы. Тогда царская опала и последующая отставка стала уделом для многих казачьих военачальников, будущих героев Отечественной войны 1812 года.

Ивану Козьмичу Краснову 1-му довелось в своей жизни побыть и атаманом казачьего войска. Воцарившийся Александр I вернул на службу государству Российскому многих опальных людей. Для генерал-майора Краснова он нашёл «подобающую его качествам должность» — пост атамана пограничного Бугского казачьего войска.

Основанное на реке Южный Буг в 1769 году войско, в 1803 году организационно состояло из Бугского конного казачьего полка, 600 семей переселенцев из балканских славянских земель, преимущественно из Болгарии, проживавших на войсковой территории. В случае войны войско выставляло три конных полка, каждый по пять сотен. Бугское казачество в мирное время подчинялось наказному атаману Войска Донского.

Краснов 1-й командовал Бугским казачьим войском до самого начала Отечественной войны 1812 года. Перед её началом он перенёс тяжёлую болезнь, но с известием о вторжении наполеоновских войск в Россию, ещё не оправившись от болезни, начал настойчиво проситься в ряды действующей армии. Он ходатайствовал о том в письме донскому атаману М. И. Платову, прося «…дать возможность умереть на войне».

Платов, хорошо знавший Краснова по предыдущим войнам, пригласил его в казачьи войска. После оставления Смоленска Краснов стал командиром отдельного отряда силой в девять полков казачьей конницы, который отличился в боях при Поречье, под Миром, Романовом, Смоленском.

Ивану Козьмичу Краснову не довелось стать участником исторической битвы на поле Бородинском. Но доля его в том сражении, увековечившем славу русского оружия, огромна. Накануне Бородинской генеральной баталии у Колоцкого монастыря произошёл арьергардный бой русской стороны. Когда 60-летний генерал скакал впереди своих полков, французское ядро раздробило ему опять ту же «злосчастную правую ногу», уже дважды жестоко раненую пулями.

Врачи вынуждены был срочно сделать раненому ампутацию ноги. Операция была проведена в походной палатке атамана Матвея Платова, в присутствии старого боевого товарища. Рана оказалась смертельной, и после 14 часов мучений, на следующий день, 25 августа, Краснов 1-й скончался.

…Ивана Козьмича похоронили 27 августа при скоплении многотысячной толпы москвичей, провожавшей его в последний путь, на кладбище московского Донского монастыря рядом с могилой атамана Иловайского.

Краснов 1-й в Отечественной войне 1812 года оказался единственным казачьим генералом, павшим на поле брани. После гибели в «Русском вестнике» о нём была напечатана большая статья с портретом. Такой чести тогда удостаивались немногие.

Память о нём в русской армии и казачестве хранилась свято. 26 августа 1904 года «в вечное сохранение и напоминание о командирах, водивших казачьи полки к победам», 15-му Донскому казачьему полку было присвоено имя генерала Краснова 1-го.