ЮЛИИ-КЛАВДИИ

ЮЛИИ-КЛАВДИИ

Династия Юлиев-Клавдиев берет корни в глубокой древности и восходит к патрицианскому роду Юлиев Основателем этого рода считался Юл, сын Энея, внук богини Венеры.

Все Юлии-Клавдии были самобытны, в чем-то гениальны. Их трагедия в том, что они становились императорами Их таланты не нужны были им как политикам, а политическая деятельность была в противоречии с собственными устремлениями. Каждый из них мог войти в историю как представитель своего рода искусства, будь то военное дело, музыка или литература. Но они известны как римские принцепсы, и сквозь призму истории нам прежде всего интересны их политические деяния, влияние их индивидуальности на ход событий.

Гай Юлий Цезарь родился около 100 года до н. э. и был сыном проконсула Азии и его жены Аврелии, происходившей из знатного рода Аврелиев и сам он об этом говорил так: род мой восходит по линии матери к царям, по отцу же — к бессмертным богам.

В 84 году юноша Цезарь благодаря протекции влиятельных родственников и друзей семьи был избран жрецом Юпитера. Жрец Юпитера не имел права садиться на коня, видеть войско, не мог произносить клятву, носить перстень, проводить вне города более двух ночей, дабы не прерывались на длительный срок жертвоприношения Юпитеру.

Цезарь был трижды женат, причем первый брак все время подвергался опасностям: он женился на дочери консула Л. Корнелия Цинны Корнелии, разорвав помолвку с Коссутией, происходившей из плебейского рода. Расторжения этого брака потребовал пришедший к власти Сулла. Цезарь был отстранен от должности жреца и лишен отцовского наследства. Переодетый, больной, он вынужден был скрываться, т. к. ему грозил арест. Помогла Цезарю мать, имевшая связи в окружении Суллы.

Опасность ареста больше не грозила Цезарю, но он счел, что лучше будет убраться из Рима, и отправился в армию, к штабу пропретора Квинта Минуция Терма. Военная служба была обязательным условием для дальнейшей общественно-политической карьеры в Риме.

Цезарь принял участие во взятии Митилен, отличился при штурме и за проявленную храбрость был награжден дубовым венком.

После смерти Суллы Цезарь вернулся в Рим, где принимал активное участие в громких судебных процессах против сторонников Суллы. Его речи на заседаниях суда поразили слушателей, и Цезарь был признан выдающимся оратором.

Вскоре после его возвращения вспыхнуло восстание Спартака, подавленное Марком Лицинием Крассом и Гнеем Помпеем. Цезарь, занимавшийся укреплением своих позиций в Риме и не щадивший для этого сил и средств, заключил союз с этими выдающимися полководцами, получивший название «1-й Триумвирата». Чтобы укрепить союз, он даже выдал замуж за Помпея свою дочь Юлию.

Каждый из участников Триумвирата преследовал свои цели: Помпеи добивался утверждения всех своих распоряжений на Востоке и выделения земельных наделов для ветеранов, Цезарь искал консульства, а Красе — власти и наместничества в провинции.

Триумвират играл большую роль в государственных делах Рима в течение десяти лет. Первым его успехом было избрание Гая Юлия Цезаря консулом в 59 году до н. э. Во время своего консульства Цезарь провел ряд законов в интересах Помпея и Красса, а в 58–51 годах Цезарь завоевал Галлию. Об этом походе он напишет семитомные «Записки о Галльской войне».

За те неполные десять лет, что он вел войну в Галлии, он взял штурмом более 800 городов, покорил триста народностей, сражался с тремя миллионами людей, из которых 1 миллион захватил в плен и столько же уничтожил во время битв.

Он пользовался такой любовью и преданностью своих воинов, что даже те люди, которые в других войнах ничем не отличились, с непреодолимой отвагой шли на любую опасность ради славы Цезаря.

Верховая езда с детства была для него привычным делом. Он умел, отведя руки назад и сложив их за спиной, пустить коня во весь опор. А во время похода он упражнялся еще и в том, чтобы, сидя на коне, диктовать письма, занимая одновременно двух или даже большее число писцов.

После смерти Красса Помпеи стал фактически единоличным правителем в Риме и впервые был избран единственным консулом. Имея в своем распоряжении власть и войско, он начал действия против своего тестя и союзника. Первым шагом стал отказ в продлении полномочий Цезаря по управлению Галлией. Цезарь не подчинился, и сенат направил Помпея против Цезаря в качестве командующего войсками, развязав гражданскую войну.

Галльские легионы Цезаря имели больше опыта в ведении боевых действий, поэтому исход битвы, состоявшийся при Фарсале, был предопределен. Войско Помпея было разбито, а сам Помпеи бежал в Египет, где был убит по приказу Птолемея Диониса. Цезарь же смог продолжить войну за установление военной диктатуры и победил, сначала он был назначен диктатором на 10 лет, а в 45 году до н. э. сенат присвоил Цезарю титул «вечного», то есть пожизненного диктатора.

Фактически достигнув монаршей власти, он не получил титула монарха, который сенат, подозревая о его амбициях, не желал ему дать.

Тем не менее Цезарь имел неограниченные полномочия, которые были дополнены внешними атрибутами: Цезарь получил право носить пурпурный плащ и лавровый венок, сидеть на специальном кресле из слоновой кости с золотыми украшениями.

Цезарь вообще питал склонность к изысканности и роскоши, он тратил огромные деньги на покупку красивых и ученых рабов, собирал драгоценные камни, чеканные сосуды, статуи и картины. Говорят, что любовь к жемчугу была одной из причин его вторжения в Британию.

Цезарь имел огромные замыслы по реформированию жизни в Римской империи. Он начал с того, что провел реформу римского календаря и перешел на новую систему летосчисления, получившую название Юлианского календаря, которая просуществовала в Европе до XVI–XIX веков.

Цезарь все время стремился превзойти своими будущими подвигами совершенные ранее. Он готовился к войне с парфянами, а после покорения их имел намерение, пройдя через Гирканию вдоль Каспийского моря и Кавказа, обойти Понт и вернуться в Скифию, затем напасть на соседние с Германией страны и на саму Германию и возвратиться в Италию через Галлию, сомкнув круг римских владений так, чтобы империя со всех сторон граничила с океаном.

Кроме того, он хотел повернуть течение Тибра, сделав таким образом более безопасным и легким плавание для купцов, осушить болота, чтобы сделать землю плодородной, хотел возвести плотину в море вблизи Рима и, расчистив мели у остийского берега, устроить надежные гавани и якорные стоянки.

У него был план переселить военных ветеранов и городскую римскую бедноту, создав новые общины по всей империи. Он планировал ввести унифицированную систему управления в итальянских городах. Он также разработал широкую программу сведения в кодекс римских законов. Однако он не успел претворить все свои реформы в жизнь.

Цезарь был высокого роста, светлокожий, хорошо сложен, с чуть полноватым лицом, глазами черными и живыми. Он очень тщательно ухаживал за своим телом, не только стриг и брил волосы, но и выщипывал их. Цезарь ненавидел свою лысину, поэтому с удовольствием носил лавровый венок и зачесывал волосы с темени на лоб.

После смерти Корнелии Цезарь женился на Помпее, внучке Суллы и дальней родственнице Помпея, бывшего тогда в зените своей славы, но потом он развелся с Помпеей и женился на дочери Кальпурния Пизона Кальпурнии, с которой и жил до последних дней.

Курион старший так о нем отзывался: «Он был женой всех мужчин и мужем всех женщин». Но это не совсем точно. В ранней юности он действительно состоял в любовной связи с вифинским царем Никомедом, но затем переключил свое внимание на женщин. Его не интересовало их социальное и семейное положение: в постели Цезаря побывали и простолюдинки, и знатные дамы (например жены его политических соратников Красса и Помпея), и царицы — Эвноя, жена мавританского царя Богуда, и египетская Клеопатра, родившая от него сына Цезариона. По слухам, будущий убийца Цезаря, Марк Юний Брут, был его незаконнорожденным сыном.

Цезарь был блестящим оратором, гениальным полководцем и знатоком военного искусства. Его личная храбрость и присутствие духа имели огромное влияние на солдат, а презрение к суевериям делало его в их глазах существом иного мира.

Но оно же привело Цезаря и к гибели. Не прислушавшись к грозным предзнаменованиям, которые в последние дни его жизни сыпались на его голову как из рога изобилия, Цезарь отважно пошел навстречу своей смерти.

Цезарь имел монархические замашки и презрительно относился к сенату и к народным трибунам.

Стремление Цезаря к царской власти более всего возбуждало явную ненависть против него и стремление его убить. На него неоднократно покушались, но Цезарь отказывался взять себе телохранителей, заявив, что лучше один раз умереть, чем всю жизнь бояться смерти.

Перед его смертью были удивительные знамения: вспышки света на небе, неоднократно раздававшийся по ночам шум, спускавшиеся на форум одинокие птицы, когда сам Цезарь приносил жертву, у жертвенного животного не оказалось сердца. Гадатель предсказал Цезарю примерное время смерти, а его жене приснился сон, что она держит в руках убитого мужа.

Но ничто не смогло заставить Цезаря остаться дома, и он пошел на заседание сената. Убийцы напали на него, когда он сел в кресло. Цезарь получил 23 раны. Многие заговорщики поранили друг друга, направляя столько ударов в одно тело. После вскрытия завещания обнаружилось, что Цезарь оставил каждому римлянину значительный подарок.

После смерти Цезаря сенат принял странное решение: все планы покойного по государственному устройству были одобрены, а убийцы — амнистированы. На похоронах Марк Антоний произнес такую прочувствованную речь в честь Юлия Цезаря, что воодушевленные ею люди в едином порыве решили воздать ему высшие почести, какие только возможны в данной ситуации. Толпа завладела телом Цезаря и сожгла его на форуме, причем тысячи бросали в огонь свое оружие и драгоценности. Вскоре на его долю выпали и божественные почести.

После смерти Цезаря увидели свет три книги «Записок о гражданских войнах». Он писал также трагедии, поэмы, политические памфлеты, филологический трактат «Об аналогии», которые до нас не дошли. Он — автор многих выражений, ставших крылатыми: «Жребий брошен», «Рубикон перейден», «Пришел, увидел, победил», «И ты, Брут?»

У Цезаря не было своих законных сыновей, поэтому в завещании он указал своего приемного сына и внучатого племянника Гая Октавия, более известного как Октавиан. Имя Октавиан сам он не любил и не использовал, т. к. ему дали его политические противники, чтобы подчеркнуть его происхождение. После официального обожествления Цезаря Октавиан присоединил к своему имени «сын божественного».

Позаботился Цезарь о создании видимости преемственности власти к моменту его смерти Гай Октавий был уже консулом.

Октавиан, который был всегда холоден и осторожен, который был воплощением здравомыслия и торжеством рассудочности, не совершил ни одной ошибки, ни одного тактического промаха, который даже со своей женой Ливией иногда говорил по заранее заготовленному конспекту, тем не менее был лишь бледной тенью на фоне Цезаря. Октавиан почти никогда не действовал спонтанно, под влиянием эмоций. Он всегда трезво анализировал положение дел, заранее просчитывал возможные варианты и последствия своих действий, никогда не колебался в решении пойти на компромисс, если он ему был выгоден в настоящий момент.

В битве при Акции в 32 году до н. э. он разбил римского полководца Марка Антония и египетскую царицу Клеопатру, чем завершил гражданские войны, начавшиеся после смерти Цезаря. За победу над Марком Антонием и Клеопатрой покорный сенат преподнес ему титул «Августа» («победителя благ»), который раньше присваивали только богам, а впоследствии слово «Август» стало титулом императоров. Октавиан был приравнен к богам, и в провинциях ему стали воздвигать храмы.

Начиная с 31 года Октавиан каждый год избирался консулом. Он сосредоточил в своих руках всю государственную власть, сохранив при этом традиции республиканского учреждения. Новый режим получил название «принципат». Октавиан принял принципат как Август, первый в длинной череде императоров, правивших на Западе до 476 года, а на Востоке — пока турки не взяли Константинополь в 1453 году.

Старые политические формы (республика и сенат) имели уже совершенно новое содержание. Управляли государством не республиканские учреждения, а единовластный правитель через многочисленных, назначаемых им чиновников и магистратов. По своему усмотрению он назначал высших военачальников. Всеми делами внешней политики император ведал лично он объявлял войну и заключал мир. Нормами августовских «добродетелей правителя» были мужество, милосердие, справедливость и благочестие. Август управлял Римом на протяжении 40 лет, и его политика еще многие годы оказывала влияние на всю Европу. При нем были завоеваны Испания, Швейцария, Галатия и большая часть Балкан. Он реорганизовал римскую армию и создал постоянный флот.

Период внутреннего спокойствия, начавшийся при Августе, так называемый Pax Romana, продолжался еще почти два столетия.

В это время были построены дороги по всей Римской империи, а в самом Риме было возведено много общественных зданий. Август говорил «Я застал Рим кирпичным, а оставляю его мраморным».

Век Августа был веком расцвета римского искусства, Золотым веком римской литературы при нем творили Вергилий, Гораций, Тит Ливии, Овидий (хотя он и был изгнан по приказу императора).

Сам Август был умным, крепким политиком, добившимся исключительных успехов в мире и войне, блестящим администратором и, хотя и любвеобильным по натуре и привычкам, все же любящим мужем. Жена Августа, Ливия, была красива и безжалостна. Больше всего ее заботило, как приумножить состояние собственной семьи, а особенно — как сделать Тиберия, ее сына от предыдущего брака, наследником императора. Ливия сообразила, что если дочь Августа выдать замуж за Тиберия, это увеличит его шансы стать императором. Однако Юлия была патологической нимфоманкой, которой сексуально вялый Тиберий был явно не пара. Личная жизнь Юлии была настолько скандальной, что ее собственный отец был вынужден выслать ее из Рима. Тиберию гораздо больше подошла бы частная, а не общественная жизнь, и лучше бы ему ограничиться военной карьерой, не беря на себя политическую ответственность за империю, но он не мог противиться властным желаниям своей матери. А Август, вынужденный назначить пасынка своим наследником (внуки и прямые наследники Августа, Гай и Люций, воспитанные как будущие императоры, умерли молодыми), относился к нему с плохо скрываемой неприязнью. Тиберий много раз отличился при Августе как способный офицер и полководец начиная с войны с кантабрами в 25 году до н. э. Важнейшими ступенями его карьеры были события в Армении в 20 году до н. э., покорение альпийских племен в 15 году до н. э., успехи в Паннонии и Германии.

Усыновленный одновременно с ним Агриппа Постум в 7 году н. э. был лишен наследства по причине своего «вырождения» и сослан на остров Планазия. По секретному приказу Августа он был убит сразу после смерти последнего. Это было первое преступление нового принципата Тиберий (42 г до н. э. — 37 г н. э.) происходил из знатного рода Клавдиев и унаследовал крутой нрав и аристократизм своих предков. Представители рода Клавдиев во времена республики 28 раз были консулами, 5 раз диктаторами, 7 раз цензорами и в общей сложности получили 6 больших и 2 малых триумфа.

Тиберию было уже 56 лет, когда он стал императором, и ему суждено было еще 22 года находиться у власти. Хотя лицо его было изрыто язвами, которые он пытался скрыть под пластырями, физически он был здоров. Он был настолько силен, что мог разломать руками зеленое яблоко. Во многих отношениях вкусы его были скромны, почти аскетичны, любимой едой была спаржа, огурцы и фрукты. Но, по крайней мере в молодости, он так много пил, что солдаты прозвали его «Биберий» (пьяница).

Холодный и безразличный, он не предпринимал никаких усилий, чтобы завоевать любовь римлян: не обеспечил их хлебом и зрелищами, на что они, как им казалось, имели законное право. Однако в первые годы своего правления Тиберий правил добросовестно и эффективно, пытаясь поддерживать закон и порядок.

Его племянником был правнук Октавиана, Германик, который к тому же был женат на Агриппине, дочери Юлии, бывшей жены Тиберия. Германик был настолько близок к императорской диадеме, что в случае смерти Тиберия он наверняка стал бы ее обладателем. Но судьба распорядилась несколько иначе: Германик умер от эпилепсии в достаточно молодом возрасте (впрочем, ходили слухи, что его отравили по приказу Тиберия). Теперь претендентами могли стать его сыновья. Их устранили вместе с матерью Агриппиной, в живых остался лишь младший Гай — «Калигула», как его прозвали за военные детские башмачки, которые он носил в лагере своего отца.

Тиберий, отстранившись от управления, в 27 году н. э. переселился на Капри. Он стал островным князем, как его в насмешку называли. На строве он совершал акты пыток с садистской жестокостью. Император лично наблюдал, как жертв сбрасывали в море.

На Капри Гай скрашивал одиночество императора. Так как он, единственный наследник Юлиев-Клавдиев, мог стать преемником императора, он льстил Тиберию и, возможно, поощрял его извращенные удовольствия, сам с удовольствием присутствовал при пытках и казнях. Однако Тиберий был достаточно проницательным, чтобы раскусить наследника. Он говорил, что вскармливает ехидну для римского народа. Он не любил ни Гая, ни кого бы то ни было другого.

В марте 37 года Тиберий заболел. Придворные уже поздравляли Гая со вступлением в принципат, когда император зашевелился. Тогда один из слуг удушил его постельным бельем. О его смерти не жалел никто.

Римляне в последние годы его правления кричали «Tiberius in Tiberum» (Тиберия в Тибр). Девиз Тиберия «Пусть ненавидят, лишь бы соглашались» был для него фатальным. По завещанию, наследниками Тиберий назвал Гая и Тиберия Гемелла. Но Гаю соперник был не нужен, и уже к концу года его не стало.

Калигула (12–41 гг.) был длинный и бледный, с хилыми ногами, рано облысел и так переживал это, что иногда заставлял сбривать волосы тех, у кого их было слишком много. Отсутствие волос на голове компенсировалось их обилием на теле. И это он тоже переживал: простое упоминание в разговоре «волосатых козлов» могло дорого стоить произнесшему эти слова.

Начал править он удачно, отменив несколько непопулярных законов времен Тиберия, возобновил любимые народом цирковые развлечения, гладиаторские бои, травли зверей. Он помиловал осужденных и вернул сосланных. Устраивал всенародные раздачи денег и давал роскошные пиры для сенаторов и их жен. Кстати, с этими женами он безнаказанно развлекался, пока их мужья пировали в соседних комнатах, а потом выходил и рассказывал о своих впечатлениях: кого-то хвалил, кого-то порицал… Народ полюбил его и почитал, поэтому римская знать вынуждена была терпеть все выходки императора.

Он был явно бисексуален. Особенно сильно он любил свою сестру Друзиллу, был женат 4 раза, у него было много гомосексуальных связей, с актером Мнестереом, с которым он обычно целовался на публике, а также с Марком Лепидом и Валерием Катуллом. Светоний утверждал, что Калигула выставлял свою жену обнаженной и что он фактически открыл во дворце бордель, где за деньги можно было нанимать матрон и свободнорожденных юношей.

Он так серьезно воспринимал свою божественную природу, что вступил в мир фантазии с причудливыми проявлениями. Он верил, что был богом. Обожествление, восточное по своему происхождению, стало частью римской имперской традиции, хотя этой чести удостаивались не все (Юлий Цезарь и Август были названы богами после смерти, но Тиберий этой чести не удостоился).

Калигула не сомневался, что он бог и имеет право вести себя как бог и получать соответствующие почести. Он утверждал, что он — Юпитер, а чтобы поддержать эти заявления, приказал сконструировать механизм, который производил приемлемую имитацию грома и молнии. Кроме того, он приказал отрубать головы у статуй Юпитера и заменять его собственными изваяниями. Он создал храм собственному божеству, где поклонялись его золотой статуе в натуральную величину и приносили жертвы (регулярно каждый день — фламинго, павлины, цесарки и фазаны).

Он надевал костюм бога и жил в роли бога. Своими чрезмерными тратами он скоро опустошил казну. За год растратив казну, он ввел новые невиданные налоги, да и просто грабя всех подряд.

Он одевался в богатый шелк, украшенный камнями, носил драгоценные камни на обуви и растворял жемчужины в уксусе, который затем пил. Его называли «princeps avidissimi auri» (принципе, самый жадный на золото); он кормил гостей позолоченным хлебом, а лошадей — позолоченным ячменем.

В 39–40 гг. он разработал план похода в Германию и Галлию с целью покорить Британию (которая не подчинялась Риму, хотя Юлий Цезарь и захватил ее). Поход содержал элементы спектакля, которые император так любил. На Рейне все обошлось захватом нескольких жалких пленников и семь раз Калигулу провозгласили императором. В Северной Галлии он погрузился на трирему, затем сошел с нее и приказал солдатам собирать ракушки на берегу.

Капризы и моральная распущенность Калигулы не знали пределов. Он понимал принципат как абсолютную власть, считал своей личной собственностью людей, провинции и все государство.

Теперь династический элемент демонстрировался неприкрыто. На монетах появились сестры принцепса Друзилла, Ливилла и Агриппина с рогом изобилия, чашей и рулевым веслом, то есть с атрибутами богинь плодородия, согласия и фортуны. Бабка Калигулы Антония получила не только титул Августа, ей, как и ее внучкам, были переданы почетные права весталок, их имена включили в обеты и императорскую клятву.

Внешнеполитическая деятельность и военные мероприятия Калигулы выглядят чистым фарсом. Для него вопросом престижа и актом уважения к семейным традициям являлось новое наступление на германцев и, как когда-то для Цезаря, вторжение в Британию. При этом крупные стратегические цели не преследовались. Единственным результатом экспедиции явилось строительство большого маяка у Булони. По семейным традициям, внешняя политика Калигулы была устремлена на северо-запад империи.

Аплодисменты, которыми встретили Калигулу, давно умолкли. Через четыре года его правление было таким же тираническим и жестоким, как и во времена Тиберия. Действия его были часто непредсказуемы и жестоки.

После раскрытия заговора Гетулика осенью 39 года н. э. Калигула жил в постоянном страхе перед покушениями и одновременно в состоянии войны с сенатом. Он будто бы вынашивал планы сделать консулом своего любимого коня Инцината; в этом тоже, возможно, присутствовало намерение оскорбить сенат.

Конец его пришел во время празднования, посвященного Палатинским играм. Когда он устремился вперед, чтобы приветствовать молодых греков, которые должны были исполнить греческий военный танец пирриху, группа заговорщиков нанесла ему удар в спину. Дио Кассий прокомментировал: «Гай узнал, что на самом деле он не бог».

Солдат, который бродил по императорскому дворцу, нашел принца Клавдия, прятавшегося за занавеской, боясь, что его убьют. Его потащили в лагерь преторианцев и провозгласили императором.

Клавдий боялся заговора и убийства; он приказал казнить убийцу своего предшественника за то, что он осмелился поднять руку на императора. Всех, кто к нему приближался, обыскивали на наличие оружия.

Клавдий был человеком, которого императорская семья никогда не принимала всерьез, считая его больным и слабоумным. Он был хром, безобразен, постоянно болел, заикался и вел себя, как рассеянный путаник. Ему так трудно было стоять, что он обычно садился. По улицам Рима и в сенате его носили на носилках. У него тряслись руки и голова; голос прерывался.

У Клавдия был серьезный интерес к наукам, особенно к истории и филологии. Его литературные труды утрачены, это 20 книг римской истории, 8 книг истории Карфагена на греческом языке, 8 книг автобиографии, речь в защиту Цицерона и 41 книга об Августе. Свои филологические труды Клавдий воспринимал настолько серьезно, что решил внести изменения в принятый тогда алфавит.

Он оказался умным и здравым правителем, обладающим умеренностью и здравым смыслом, поскольку отменил многие непопулярные мероприятия Калигулы, покончив с наказанием по закону об оскорблении величества или за измену, по которым в прошлом казнили и правых и виноватых. Он отменил некоторые налоги, вернул ссыльных и установил более гармонические отношения с сенатом. Несмотря на телесные немощи, он проделал утомительное путешествие, в Британию после того как в 43 году ее захватил и покорил Авл Плавт.

После блестящего завершения похода в Британию Клавдий вернулся в Рим, отпраздновал триумф, дал своему сыну имя Британик и был удостоен триумфальной арки на Марсовом поле.

Вторым объектом внешней политики Клавдия являлась Мавритания.

Страна эта была разделена на две провинции — Мавритания Тингитата на западе и Цезаренская Мавритания на востоке.

К империи были присоединены б провинций. Причем три из них — Британия и обе Мавритании — стали новыми приобретениями, три остальных — Ликия, Фракия и Иудея — до этого зависели от Рима, а теперь получили статус римских провинций.

Правосудие Клавдия отличалось ярко выраженной гуманной направленностью. Так, в начале своего правления он отменил процессы по оскорблению величества, ограничил вознаграждение доносчикам до 10 000 сестерциев и заставил обвинителей нести личную ответственность за неявку в суд. Они в этом случае сами подвергались преследованию за ложное обвинение. Больные рабы, оставленные без помощи, становились свободными.

Он не только повысил значение заседаний сената, требуя при этом строго обязательного присутствия, но хотел также поднять уровень самих заседаний.

При Клавдии велись оживленные строительные работы, прежде всего строительство гражданских построек и прокладка новых дорог. Строительство двух водопроводов для Рима, укрепление берегов Тибра, не полностью удавшееся осушение Фуцинского озера были основными замыслами в этой области.

Клавдий изгнал из Рима евреев, которые постоянно вызывали беспорядки при подстрекательстве некоего Христа.

Слабость Клавдия проявлялась не в общественной политике, а в личных отношениях, особенно с женами. Его третья жена, Мессалина, от которой у него был сын Британик, была развратная женщина, которая афишировала свою связь с консулом Г. Сильвием и даже умудрилась выйти за него замуж. Когда Клавдий об этом узнал, Сильвия казнили, а Мессалина покончила с собой. Ее заменила Агриппина, племянница Клавдия и сестра бывшего императора Калигулы.

Агриппина пестовала мечту о том, чтобы на императорский трон взошел ее сын от первого брака Нерон. Некоторые шаги к этому она уже сделала: Клавдий усыновил Нерона, который к тому же еще и женился на дочери императора. Нерон был так называемым принцепсом молодежи.

Клавдий стоял на пути Агриппины и ее сына Нерона к власти, поэтому 13 октября 54 года н. э. он был отравлен грибами. Но астрологи, которым свято верила Агриппина, посоветовали отложить объявление Нерона императором, и тогда труп Клавдия распарили и даже заставили выступать перед ним актеров. А когда наступило благоприятное время, Нерон стал императором. Сенат осыпал его всяческими титулами. По совету своего воспитателя, философа Сенеки, Нерон отказался только от одного — «отец народа». Да и какой он был отец, ему ведь было всего 17 лет!

Во времена Нерона римские военные инициативы были сосредоточены на Востоке. Восточный Понт был присоединен к империи, возобновлено военное обеспечение Боспорского царства, с Нижнего Дуная было переселено около 100 000 задунайских жителей.

Первые 15 лет правления Нерона оценивают как идеальный отрезок истории принципата, были проведены реформы, все начинания представлялись просто замечательными. Прекратились процессы по оскорблению величества, начали выдавать доносчиков.

В юности он бродил по улицам города с бандой головорезов, грабя прохожих и совершая акты насилия.

Его мать призывала Нерона к милосердию, пыталась даже совратить его — и добилась своего, но когда и это не помогло, стала шантажировать его смещением и восстановлением прав Британика. Но ее усилия вызвали лишь гнев императора и новые жестокости: Британик был принародно отравлен, а сама Агриппина после неудачного покушения на корабле бросилась на меч присланного убийцы.

Нерон в первую очередь хотел стать артистом. Систематическое философское образование только подтолкнуло его к этому; его привлекала музыка, поэзия, живопись, скульптура, а кроме того, искусное управление колесницами. Обучался у лучших специалистов правилам и технике этого мастерства. Но он не желал наслаждаться всем этим в одиночестве.

С самого начала Нерон жаждал аплодисментов. В путешествии по Греции он выступал почти на всех греческих праздниках как кифаред и возничий, причем в Олимпии попробовал себя в десятиборье. Его 1808 победных венков вез целый караван.

Второй основой существования Нерона был порок. Репутация крайней порочности была подчеркнута публичным праздничным банкетом по случаю так называемой свадьбы с любовником, вольноотпущенником Пифагором (по другим данным, он женился на мальчике Споре, который был удивительно похож на его любимую жену Поппею и которого в честь ее назвал Поппеей Сабиной).

В 64 году над Римом пронесся опустошающий пожар. После пожара Нерон лично руководил восстановительными работами, но по городу упорно ходили слухи, что он сам организовал поджог и что вид горящего Рима вдохновил его на чтение стихов о пожаре Трои. Доказательств нет, но и то и другое вполне правдоподобно. В поджоге он обвинил христиан. Имя Нерона навсегда связано с пожаром Рима и преследованием христиан.

Позже Нерон заложил основы современного Рима. По его распоряжению возникли прямые улицы и огнеустойчивые дома с аркадами.

Нерон стал последним императором династии Юлиев-Клавдиев и самым печально известным (по словам Плиния Старшего, «изверг рода человеческого», «отрава жизни»). Ему было суждено стать первым императором, которого сенат объявил врагом народа. В нем видели воплощение зла, даже антихриста. В литературе он стал символом материубийцы и противоестественной жестокости, он был кумиром маркиза де Сада.

После убийства матери и казни жены Нерон окончательно утратил былую популярность. Стали возникать заговоры. Когда экономика государства стала испытывать трудности, которым не помогли даже валютные операции, возобновились процессы по оскорблению величества, увеличилось число казненных, участились конфискации имущества.

Нерон первым из римских императоров был смещен сенатом и объявлен вне закона. Он бежал на виллу Фаон около Рима, где закололся кинжалом со словами «Какой великий артист погибает». На Востоке сначала не верили в смерть Нерона, и три раза появлялся Лженерон.

С Нероном закончился род Юлиев-Клавдиев, та семья, представители которой, хотя и с помощью усыновления, гарантировали преемственность глав новой системы. Как сказал Тацит в «Истории», принципат был фактически наследством одной семьи.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.