Часть третья, повествующая о том, что такое счастье и с чем его следует есть

Часть третья, повествующая о том, что такое счастье и с чем его следует есть

Глава 18. О формулировании счастья как главной предпосылке его достижения, или Для того, чтобы куда-то прийти, надо знать, куда идти

Странное дело, проживаем жизнь, а счастья не видим. В молодости считаем, что наше счастье там, впереди, а то, что сегодня, — так, ерунда, не в счет. Потом, когда жизнь почти прожита, начинаем думать, что счастье было тогда, раньше, в молодости, просто мы его не заметили.

Так и живем в междусчастии. То есть без него.

— Ну ведь не все и не всегда. Кто-то ведь счастлив?

— Кто-то и в лотереи главные призы выигрывает, и в рулетку. Кто-то — не мы. А нам лучше исходить из того, что мы свое счастье должны заслужить.

— Ну вот, опять! А просто так быть счастливым нельзя?

— Просто так? Можно. Причем очень счастливым. Даже более счастливым, чем если быть голливудской кинозвездой. Я видел таких людей. И вы видели.

— Кто же эти счастливцы?

— Олигофрены.

— Да ладно вам…

Нет, я не шучу! Я серьезно!

Остановившись в развитии на уровне пятилетнего ребенка, они не способны оценить свое положение, не могут сравнивать, завидовать, переживать, бояться, жалеть. Они даже не понимают, что когда-нибудь умрут. Они счастливы одним днем.

По-настоящему счастливы!

Однажды я наблюдал такого олигофрена на пляже. Ему было лет тридцать пять, и он бегал вдоль берега, плескался, разбрасывая во все стороны брызги, плюхался на мелководье на колени, доставал со дна камешки, внимательно и радостно рассматривал их, снова бежал… И все время смеялся — громко, заразительно, на весь пляж.

Ему было хорошо, очень хорошо! От этого горячего песка, прохладной воды, блестящих на солнце брызг, мокрых камешков… От всего!

Я смотрел на него, и мне было завидно. Честное слово — завидно! Такого счастья я не имел за всю свою жизнь. И вряд ли буду иметь. Даже если весь этот пляж станет мой и песок на нем будет золотой.

Тридцатипятилетний младенец пробегал очень близко, и до меня долетали брызги воды и брызги счастья.

Правда, потом на солнце набежала тучка, закапал дождь, и он перестал смеяться. Он сел на песок и заплакал. И снова засмеялся, когда тучка прошла.

Подходит вам такое, достижимое без каких-либо с вашей стороны усилий, счастье? Абсолютное счастье?

Да?

Тогда надо сделать небольшую операцию на мозге, называющуюся лоботомией, и радоваться жизни.

Или не делать лоботомию, но научиться не думать о завтрашнем дне, собирая в сегодняшнем всевозможные мелкие удовольствия. Как это делают бомжи: нашел кров над головой — доволен, отыскал плюс к тому чего-нибудь поесть — рад, прошел милиционер мимо — счастлив.

Я видел таких, всегда и по любому поводу, счастливых людей. Они радостно разваливали семьи, радостно уходили с работы, радостно спивались. Их ничто не могло вывести из возбужденно-счастливого расположения духа более чем на пять минут.

Вы можете так?

Нет? Не хотите быть дешевым бодрячком?

Тогда давайте говорить о рукотворном счастье. Которое, в отличие от выигранного в рулетку, доступно всем и каждому.

Но вначале вопрос. Скажите — с чего начинается суп?

Нет, не с мяса. Не с овощей. И не с кастрюли.

Начинается с рецепта. С того, сколько чего положить, что и в какой очередности добавить и как долго варить, чтобы получился борщ, или щи, или молочная лапша.

А с чего начинается строительство дома?

С фундамента? С котлована под фундамент? С денег, без которых ни фундамента, ни котлована не поднять?

Нет, это потом, а вначале — с проекта. С нарисованных на ватмане этажей, дверей, оконных проемов, балконов, колонн… С представления о том, каким должен быть ваш будущий дом.

Примерно с того же должен начинаться поиск счастья — с проекта счастья.

А у нас…

Задайте любому человеку вопрос:

— Что для вас счастье?

И половина неопределенно пожмет плечами.

Еще четверть скажет:

— Ну это… Когда… Когда я… Когда мне… Ну, в общем, когда все очень хорошо.

— Что хорошо?

— Ну вообще хорошо.

— Когда хорошо?

— Как когда? Всегда…

Вы что-нибудь поняли? Я лично — нет. Какое счастье, почему хорошо?

Другие ответы будут более конкретными.

— Что для меня счастье? Два ящика водки. Или бутылка. Но если теперь! Сразу!

— Да я не про теперь и не про завтра. Я вообще.

— Тогда каждый день по бутылке водки, по банке пива и чего-нибудь на закусь.

Ладно, подойдем к другому.

— Что для вас счастье?

— Чтобы завтра наши надрали их пять — ноль и вышли в полуфинал.

Понятно.

— А вы? Что для вас счастье?

— Деньги.

— Деньги сами по себе не могут быть счастьем, могут быть лишь инструментом для достижения счастья.

— Ну это кому как. А лично мне, если бы дали тысячу рублей…

А вы? Что для вас?..

— Поступить в институт…

Для вас?

— Купить машину.

Все про окна, перила балконов, ручки на дверях и хоть бы кто-нибудь про дом в целом.

Счастье не может быть водкой или институтом. Так же как одиноко торчащая в поле дверь не может быть домом. Счастье это нечто гораздо большее: это образ жизни, это перспективы еще лучшего образа жизни, это люди, которые вас окружают, карьера, успех… И в том числе водка, квартира, деньги, образование. Это сумма многих удовольствий. Каких конкретно — решить можете только вы.

Для чего придется отделить зерна от плевел — откинуть водку и квартиры и оставить суть — что вы желаете получить от жизни. Хотя бы в ее ближайшем обозримом будущем. Как быстро получить? В каком объеме? И что для этого необходимо сделать?

Что значит — не умеете? Все вы умеете! В магазины, на рынки, базары ходите, продукты, вещи покупаете? Значит, и здесь сможете. Надо лишь уметь использовать наши товарозакупочные навыки не только возле прилавков, но и в жизни.

Скажем, как мы покупаем сапоги?

Вначале решаем, для чего они нужны — для зимы или осени? Потом прикидываем фасон, материал, цвет… То есть очень подробно представляем, как будут эти сапоги выглядеть. И лишь потом идем в магазин, где выбираем, примеряем, сравниваем с воображаемым образцом…

Отчего покупаем то, что нужно, — демисезонные, черные, с такой вот колодкой и таким каблуком. И не берем кирзовые, сорок пятого размера, или, к примеру, болотные, которые, между прочим, тоже называются сапоги.

Ну ведь тоже са-по-ги!

Нет, не нужны болотники. И кирзачи не нужны. Нужны демисезонные, черные…

Какие мы привередливые, когда дело касается сапог.

А когда жизни…

В жизни мы совсем другие покупатели, очень странные покупатели — с завязанными глазами.

Вы можете себе представить человека, который зашел бы в магазин с закрытыми глазами и, показывая пару зажатых в руке тысяч, попросил дать какой-нибудь товар?

— Какой?

— Да любой. На ваше усмотрение. Только без сдачи.

Не можете такого представить? И я не могу. Нет таких покупателей. И быть не может! В магазинах. А вот не в магазинах…

Не в магазинах мы действуем исключительно в повязках. Поступаем в институты, за которые расплачиваемся, да не деньгами, а гораздо большим пятью годами жизни, чтобы потом убедиться, что зря, что этот институт нам не нужен. Получаем бесполезные профессии. Женимся и выходим замуж, чтобы через десять лет понять, что ошиблись, что выбор был сделан неправильный.

— Вот, черт, — спохватываемся. — Четверть века вместе прожили, а я только теперь понял — не пара мы. Ну хоть бы по одному пункту! Я пить люблю — она, когда я пью, не любит. Я с ее подругами потанцевать — всегда пожалуйста, она с ними — ни в какую. Ну разные мы, диаметрально.

— А о чем раньше думал?

— Раньше… Раньше не думал. Раньше чувствовал.

— А если, допустим, машину покупать, тоже чувствами?

— Да ты что! Это же не жена — машина. Там я все как следует посмотрю, прикину, примерю.

— А почему жену не примерял?

— А кто их примеряет, их всех — наугад…

Это точно.

Собираясь на трехдневную вылазку, все до мелочи продумаем — куда идти, как долго идти, где останавливаться, карту возьмем, компас, палатку, спички, соль…

А не так, чтобы:

— Да ладно ты, пошли в чем есть. В чем ты есть?

— В шлепанцах и пижаме.

— Ну пошли в пижаме.

— Куда?

— Тебе же говорят — в лес.

— А куда в лес?

— Да не все ли тебе равно? Вначале направо пойдем, а потом куда глаза глядят, авось куда-нибудь когда-нибудь выйдем.

— А продукты не кончатся?

— Так мы и не взяли с собой ничего. Может, кого-нибудь встретим, он чего-нибудь даст…

Абсурд?

А в жизни — нет. В жизни точно так и действуем. Полгода — забредаем, тридцать лет — выбираемся.

Может, лучше — как будто сапоги ищем? В том смысле, что подумаем, что нам нужно.

Вначале — в общем и целом. Есть у вас какие-то ярко выраженные желания? Ну хоть какие-то.

Быть великим ученым.

Или артистом и потрясать своим талантом публику.

Жить в роскоши.

Выиграть «золото» на Олимпийских играх.

Найти хорошего мужа или жену. Что очень достойная цель. Но что не просто. Что не проще, чем получить Государственную премию.

Родить и воспитать десять детей — пять девочек и пять мальчиков. Что очень здорово и гарантирует счастье, если не пускать это дело на самотек.

Не иметь детей, но иметь десять жен, для чего стать шейхом. Тоже неплохо.

Слетать на Марс.

Стать президентом.

Стать президентом Соединенных Штатов…

Ну, хоть что-нибудь?!

Нет никаких желаний? Вернее, есть очень много, но все какие-то…

Тогда придется действовать иначе.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.