«И вмиг отворили Кингстоны…»: Александр Сергеев

«И вмиг отворили Кингстоны…»: Александр Сергеев

26 февраля 1904 г.

Подвиг миноносца «Стерегущий». Художник Г. Филипович

В августе 1903 года на самом восточном краю России — Тихом океане — вступил в строй 1-й Тихоокеанской эскадры новый корабль русского военно-морского флота. Он был заложен в 1900-м на петербургском Невском заводе под названием «Кулик», но в строй вошел под другим именем — «Стерегущий». Это был небольшой четырехтрубный миноносец (по терминологии тех лет — «истребитель») водоизмещением 259 тонн, вооруженный одной 75-миллиметровой пушкой и тремя 47-миллиметровыми орудиями, а также двумя торпедными аппаратами. Экипаж «Стерегущего» насчитывал 4 офицеров (помимо командира, минный офицер лейтенант Николай Семенович Головизнин 2-й, вахтенный начальник мичман Константин Владимирович Кудревич и судовой механик младший инженер-механик Владимир Спиридонович Анастасов) и 48 нижних чинов.

19 января 1904 г. командиром нового миноносца стал уроженец Курска Александр Семенович Сергеев 2-й. Родился он 18 сентября 1863 г. В сентябре 1880 г. поступил в морское училище, через четыре года был произведен в мичманы с зачислением в 4-й флотский экипаж. Служил Сергеев на канонерских лодках «Вихрь» и «Мина», затем на эскадренных броненосцах «Император Николай I» и «Севастополь». В 1895 г. получил перевод в 15-й флотский экипаж и с этого времени связал служебную судьбу с миноносными кораблями. До «Стерегущего» Сергеев успел покомандовать семью миноносками. 1 января 1892 г. офицер был произведен в лейтенанты, в 1895-м получил орден Святого Станислава III степени, в 1898-м — Святой Анны III степени.

Ночью 26 февраля 1904 г. два русских миноносца — «Стерегущий» и «Решительный» — вышли на разведку к островам Элиот и Блонд. Уже возвращаясь на базу, русские корабли буквально напоролись на отряд из четырех новейших японских миноносцев — «Акебоно», «Иказучи», «Иназума» и «Сазанами». «Японцы» были значительно лучше вооружены (в целом 24 орудия против 8 русских пушек) и обладали большим превосходством в скорости — 31 узел против 26 узлов у русских. Тем не менее верные долгу моряки смело вступили в схватку с врагом, надеясь прорваться на свою базу.

Бой начался для наших удачно — «Решительный» с ходу поразил «Акебоно» и «Сазанами» и, развив большую скорость, оторвался от преследования. Вся мощь неприятельского огня обрушилась на «Стерегущий», шедший вторым. «Японцы» во время погони настолько сблизились с нашим миноносцем, что вражеские морпехи, находившиеся на палубе «Акебоно», открыли огонь из винтовок, а один не в меру ретивый унтер даже перепрыгнул на палубу «Стерегущего» и бросился с моряками врукопашную (его порыв был быстро укрощен — непрошеного гостя выкинули за борт).

В первые же минуты боя «Стерегущий» получил множество тяжелых повреждений. Лейтенант Сергеев был тяжело ранен, но не покинул мостика, продолжая руководить сражением. Когда квартирмейстер Иван Бухарев доложил Сергееву о выходе из строя машины миноносца, Сергеев произнес только: «Истребитель не должен попасть в руки врага!» Это были последние слова умирающего лейтенанта…

Тем временем «Решительный» совершил с точки зрения воинской этики непростительный поступок — оставил партнера на поле боя без поддержки. Решение прорываться в Порт-Артур самостоятельно, принятое командиром «Решительного» капитаном 2-го ранга Ф. Э. Боссе, впоследствии одобрил адмирал С. О. Макаров, написав на его рапорте: «Повернуть “Стерегущему” на выручку, значило потерять вместо одного миноносца — два». Но подобная логика никогда не была в традициях русского флота, где всегда помнили пословицу «Сам погибай, а товарища выручай»…

Так или иначе, после двух часов беспримерного боя беспомощный, окутанный паром и дымом «Стерегущий», потерявший почти всех офицеров убитыми, остался один. Надстройки корабля были разрушены губительным артогнем противника. Все орудия были выведены из строя. Но когда японские морские пехотинцы высадились на палубу мертвого корабля, по ним открыли огонь из «винчестера» засевшие в кают-компании израненные матросы. Сдаваться они отказались, и сломить их сопротивление японцам удалось, только когда они разобрали палубу корабля…

Участь «Стерегущего», казалось, была решена — с японского миноносца уже подавали концы для буксировки трофейного корабля. И тогда «Стерегущий» внезапно вздрогнул и начал крениться на борт. Как оказалось, задраившиеся в машинном отделении квартирмейстер Иван Бухарев и кочегар Василий Новиков, помня последний приказ лейтенанта Сергеева, открыли кингстоны…

26 апреля 1911 г. в Петербурге в присутствии императора Николая II был открыт величественный и одновременно трогательный памятник «Стерегущему». Еще один памятник миноносцу был воздвигнут… в Японии. На нем сделана надпись: «Тем, кто больше жизни чтил Родину».

Еще раньше, в 1908-м, в составе русской Сибирской флотилии появились корабли, названные в честь героев сражения — «Лейтенант Сергеев» и «Инженер-механик Анастасов». А само название «Стерегущий» стало в русском и советском флоте почетным и «наследственным» — его носили эсминцы (1906, 1939) и большой противолодочный корабль (1966). В феврале 2008 г. вступил в строй корвет «Стерегущий», ставший головным в новой серии боевых кораблей ВМФ России.

Именем командира «Стерегущего» лейтенанта А. С. Сергеева названы улица и две школы в Курске. На фронтоне храма, где крестили будущего героя, размещена мемориальная доска. А в русском народе по сей день живет старинная песня:

Помилуй нас, Бог Всемогущий,

И нашей молитве внемли.

Так истребитель погиб «Стерегущий»

Вдали от родимой земли.

Командир прокричал: «Ну, ребята!

Для нас не взойдет уж заря.

Героями Русь ведь богата!

Умрем же и мы за Царя!»

И вмиг отворили кингстоны

И в бездну морскую ушли

Без ропота, даже без стона,

Вдали от родимой земли.

И чайки туда прилетели,

Кружатся с предсмертной тоской

И вечную память пропели

Героям в пучине морской.

В том сила России грядущей:

Герои бессмертны у ней.

Так миноносец живет «Стерегущий»

В сердцах всех российских людей.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.