ПРИДНЕСТРОВЬЕ

ПРИДНЕСТРОВЬЕ

Двусоставность солнечной Молдовы драматически обнаружилась в разгар перестройки, когда Бессарабия, в 1940 году насильственно присоединенная к Советскому Союзу, потянулась на Запад и прежде всего к Румынии, а в левобережном Приднестровье вспомнили, что их земля никогда не принадлежала ни Румынии, ни даже Молдавскому княжеству и, следовательно, в состав Молдавской ССР была включена тоже насильственно. Тем более что, в отличие от Правобережья, где представители титульной нации находятся в безусловном большинстве, население Левобережья делится на три примерно равные части (молдаване, русские и украинцы), и все они предпочитают русский язык в своей речевой практике.

Поэтому и началось, как почти во всех подобных случаях, с языка. Уже в 1989 году молдавский язык, идентифицированный с румынским, был переведен на латиницу и объявлен единственным государственным языком республики. Левобережье ответило на это решение забастовками, достаточно скоро принявшими хорошо организованную форму, и вслед за принятием в Кишиневе 23 июня 1990 года Декларации о суверенитете, фактически означавшим выход Молдовы из состава СССР, в Тирасполе уже 2 сентября 1990 года заявили о государственной независимости Приднестровской Молдавской Республики. Ситуацию уже не могли спасти ни переговоры, ни короткая, но кровопролитная война между успевшими вооружиться мятежниками и регулярными молдавскими войсками. Разумеется, мировым сообществом это государство до сих пор не признано, но убедительные победы на референдумах, что следуют в Приднестровье один за другим, позволяют его лидерам утвердиться в собственной легитимности, поддержанной присутствием в этом регионе российской 14-й армии. Так что вот уже 17 лет республика, не имеющая общих границ с Россией, ведет себя как осажденная крепость русской речи, российской политики и культуры. Соответственно, и нравы здесь царят полувоенные, причем, как отмечают наблюдатели, политическое и государственное устройство ПМР сохранило много элементов советского образца, ибо именно советская система лучше всего подходит для того, чтобы существовать во вражеском окружении долгие годы.

И это, вне всякого сомнения, накладывает отчетливый отпечаток на деятельность работающих здесь писателей. В стране, где нет ярко выраженной политической оппозиции, практически нет и эстетической оппозиции советскому канону с его интернационалистской и патриотической риторикой. Что, разумеется, находит одобрение и поддержку, прежде всего, у Союза писателей России, небезосновательно рассматривающего большинство приднестровских литераторов как своих союзников и единомышленников.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.