Объявление войны нездоровой пище не за горами (хотя и не в том виде, в каком вы себе ее представляете)

Объявление войны нездоровой пище не за горами (хотя и не в том виде, в каком вы себе ее представляете)

Существуют утверждения, с которыми все согласны. Пытки – это плохо. В насилии тоже нет ничего хорошего, а джанкфуд,[147] то есть нездоровая еда, – это отвратительно! Тем не менее, с некоторыми светочами современности, такими как Дик Чейни, Конди Райс и Буш, приходится вести дискуссии по этим вопросам и неоднократно объяснять им (repeat after me – повторяйте за мной), что пытки и насилие – это плохо, а нездоровая пища – это отвратительно.

Но такого еще никогда не случалось в Нью-Йорке. Да, мы согласны с тем, что ньюйоркцы хорошо образованны, обладают прогрессивными убеждениями и вполне здравомыслящи. В таком случае, консенсус достигнут, и никто не сомневается в том, что джанкфуд – это плохо. В войне, развязанной Департаментом образования против родителей с передовыми взглядами, чьи дети учатся в средних классах школы, не совсем понятно, где проходит демаркационная линия.

Обычная сценка, которую можно наблюдать в любой школе города: бейк-сейл или распродажа выпечки и прочих сладостей на переменах, в которых принимают участие ученики и их родители, с целью сбора средств, например, на путешествие в конце года, посещение кукольного театра, театральных кружков и т. д. Жизнь каждой школы и формирование фондов непосредственно зависит от этих бейк-сейлов. Как правило, дети продают весь ассортимент донатсов (пончиков) промышленного производства, купленных в одном из магазинов сети Dunkin’ Donuts, либо капкейки, которые они приобрели в магазине деликатесов на углу. Кроме вреда, пользы от этих изделий никакой – они, как пробки, забивают артерии. И тогда, руководствуясь благими соображениями, город решил составить список кондитерской продукции, разрешенной к продаже на бейк-сейлах. Было принято решение запретить изделия, содержащие слишком много калорий, сахара, гидрогенизированных жиров и натрия (соли). Эта мера главным образом была направлена на борьбу с проблемами, часто встречающимися в бедных кварталах, жители которых не имеют возможности покупать свежие и полезные продукты. Но список далек от идеала, потому что в нем к разрешенным изделиям относится только продукция промышленного производства за исключением сладостей и выпечки, содержащих все те же гидрогенизированные жиры, красители, с превышением допустимого содержания соли и высокой калорийностью (более 2000 калорий на упаковку).

К сожалению, в широко расставленные департаментом образования сети, кроме пресловутых 2000 калорий, попало и замечательное печенье, приготовленное не менее замечательными мамами с Манхэттена на основе настоящего масла, нерафинированного коричневого сахара, биошоколада с высоким содержанием какао. Печенье, ставшее американским мифом, которое американки пекут для своих малышей, оказалось под запретом. Как только закон был обнародован, хот-мамы, то есть те из них, кто профессионально относится к своим обязанностям, как одна, поднялись на защиту своих интересов. Как же такое могло случиться, что американское печенье и кексы домашней выпечки, «куки» и «брауни», больше не имеют права появляться в школах? И более того, их заменят пирожками промышленного производства. Может быть, городские власти не совсем бескорыстно идут на поводу у агропромышленных комплексов? Список разрешенных изделий, в который, помимо всего прочего, входят булочки к завтраку, чипсы, запеченные в печах, печенье «поп-тартс» фирмы Kellogg, чипсы Doritos, наводит на грустные размышления. Конечно, в них меньше калорий, чем в пончиках, но, видимо, больше, чем в морковном кексе (что еще предстоит долго доказывать). Честно говоря, регулярно посещая государственные школы во время перемен и присутствуя на завтраках, я ни разу не видела домашнего печенья. Геноцид, заказанный департаментом образования в отношении многих продовольственных товаров и домашней выпечки, абсолютно неприемлем для многих родителей, с ужасом наблюдающих, как их детей постепенно затягивает в свои сети империя под названием «джанкфуд».

Бен Томассис, координатор по вопросам питания в нью-йоркской мэрии, участвовал в разработке этого закона. Он мне объяснил, что единственный способ контролировать то, что едят дети, – разрешить к употреблению исключительно продукцию промышленного производства, на этикетках которой указаны питательная ценность и состав; следовательно, домашнюю выпечку пришлось запретить в школьных столовых. Он напомнил, что ожирение у детей и диабет являются серьезными проблемами, на борьбу с которыми брошены все силы народного здравоохранения, и что на властей города возложен контроль за надлежащим исполнением школами принятого закона при полном исключении таких изделий, как, например, пончики с кремом.

Но возмущенные родители единым фронтом выступили против введенных мер, устроив демонстрацию возле мэрии, доказав тем самым, что все они имеют гражданскую позицию и готовы за нее бороться.

Все средства массовой информации от Financial Times до Fox News осветили это событие. Одетые в фартуки мамы пришли со своими детьми, которые вооружились деревянными ложками, венчиками, кулинарными лопатками. Все они дружно скандировали лозунги, направленные против руководителя департамента народного образования, обвинив его в оказании покровительства и лоббировании интересов агропромышленных комплексов, принуждая их детей употреблять в пищу промышленные бисквиты и чипсы. Эта проблема коснулась многих в городе, о чем свидетельствует следующая фраза, появившаяся на одном из блогов Financial Times: «Неужели даже zucchini bread (пирог с кабачком) оказался неугоден властям?» Справедливости ради добавим, что родители и дети из бедных кварталов полностью проигнорировали акции родителей, не принимая участия ни в дебатах, ни в демонстрации.

И если banana bread (банановый пирог) исключен из школьных бейк-сейлов, детям вменили в обязанность продавать фрукты и овощи. Но трудно себе представить, что кто-то соблазнится черешками сельдерея и вместо кекса купит их на завтрак.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.