64

64

ДЕНЬ ДЕВЫ

Когда в Иудейской пустыне к каменным ваннам

на дне пересохшего вади, к зеленым зрачкам

в выглаженных водным потоком глазницах

слетаются на водопой тучи капустниц —

белое облако психей порхает в скальных

              уступах,

составляя твой силуэт. О, как мне стерпеть

твое появление? Как не кинуться с кручи,

чтобы достичь? Готические раскаленные скалы

устья реки, взрывающейся половодьем зимой:

из пустыни и со склонов Иерусалима

к Мертвому морю несется вода,

смешанная со щебнем, землей и валунами.

Сели грохочут в преисподней, ворчат.

Пустыня, в которой однажды я встретил себя

и был им искушаем, хранит молчание.

Горы тянутся под облаками стадом

мастодонтов кубизма. Тени ложатся, бегут,

будто по поверхности какой-то другой планеты.

Земля в этих краях неузнаваема.

Ливни стихают, и пустыня оживает эфемерами,

маками. Но скоро зеленая дымка блекнет,

горы затягиваются пепельным серебром,

и приходит день, когда белые бабочки вьются,

садятся тебе на волосы…

И солнечный сноп погружается в ртутное море.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.