Летучий голандец

Летучий голандец

Легенда о корабле-призраке появилась именно в Ложной Бухте. Это было голландское судно Летучий Голландец под командованием капитана Фан Дер Декена. По пути из Индии в 1680 году наблюдатель ошибочно принял бухту за открытый океан и решил, что обогнул Мыс Доброй Надежды, о чем и доложил капитану. Тот дал приказ поворачивать судно на север. Вскоре матросы услышали прибой, и вовремя смогли остановить корабль. Оказалось, что они не обогнули крайней точки, и теперь предстояло выходить из бухты против ветра. Три дня бился капитан, но безуспешно. В итоге, он рассвирепел, и заявил, что судно покинет проклятую бухту наутро, с Божьей помощью, или с помощью дьявола! Последняя попытка завершилась крахом, судно налетело на скалы и вся команда погибла в волнах океана. В наказание же за душепродажный вызов, ему суждено вечно бороздить воды Индийского океана, но никогда не обойти Мыс Доброй Надежды и вернуться в Голландию. Призрак Летучего Голландца наблюдали в течение столетий, и среди очевидцев немало людей трезвомыслящих, включая молодого Британского короля Георга V, в 1881 году, и капитана английской подводной лодки во время Второй Мировой войны.

Местные приезжают на мыс на весь день — половить рыбу, понырять, пожарить шашлыки. Для этого созданы все условия, но туристы, проводящие в Кейптауне три дня, не имеют такой возможности, так что во второй половине дня уже пора возвращаться.

При выезде, на сей раз, сворачиваем направо, и далее дорога идет вдоль Ложной Бухты. Километров 10 еще по живописным местам где попадаются бабуины, потом начинаются поселения, сплошной цепочкой переходящие в пригороды Кейптауна. Первое из них — Симонстаун (Simonstown), город Симона. Его основатель, Симон фан дер Стел, стал одним из самых знаменитых губернаторов в истории ЮАР. Городок, строившийся в эпоху королевы Виктории, выглядит как из старого Вестерна. Типичные двухэтажные домики, масса ларьков на первом этаже, кафе, народ, гуляющий вдоль океана. На главной улице стоит 21 здание старше 150 лет. Не удивительно, что это место облюбовали себе не только люди:

В 1980 году на пляже появилась пара пингвинов. Вообще-то эти птицы живут вдали от людей, на диких берегах или островах. А тут — пришли на городской пляж. Народ с благоговением расступился перед гостями. Те построили норку и стали жить. Жители приходили и умилялись. Прошли годы. Пингвинов стало много. Они заняли весь пляж. Люди с радостью купались среди них, и продолжали умиляться. К началу 90-х радость стала сменяться раздражением. Пошел искупаться, вернулся, а полотенце загажено, сумка теперь стала гнездом. Началась холодная война. Пингвины ели два раза в неделю, а остальное время скучали. Они разбредались по поселку, залезали на веранды, гадили, рыли норки в цветочных клумбах. Появились первые жертвы, уснувшие под машинами и нечаянно раздавленные хозяевами утром птицы. Происходили стычки между пингвинами и котами, собаками, детворой. Последние крали яйца, гоняли птиц по всему поселку с радостными воплями и гиканьем.

В итоге вмешалось государство. Пляж отгородили, ввели оплату за вход. Деньги — на охрану пингвинов. Теперь их стало так много, что их необходимо расселять в другие колонии. Поскольку все побережье не загородишь, птицы продолжают навещать поселок группами, по ночам, да и днем часто переходят проезжую часть. На дороге висят знаки — «Осторожно, пингвины!». Зато эта колония, под названием «Болдерс» (Boulders), является самой легкодоступной колонией, наверное, в мире. Заодно успешно произошло восстановление рода когда-то насчитывавшего не долее 10 000 особей во всем мире.

Следующий после Симонстауна поселок — Фишхук (Fishoek), с самым популярным в пригородах пляжем. Там как бы бухта в бухте, и вода в разгар лета может прогреваться до +20?C — немало по местным меркам. К тому же прямо на пляже остановка электрички, так что в выходные много студентов из Кейптаунского университета. Название переводится как рыбный крюк, когда-то это был рыболовецкий поселок. С созданием базы в Симонстауне его стали использовать как последнюю остановку для перекладных из Кейптауна. Лошадей поили и кормили, пока извозчик-почтальон ел и пил в таверне. Часто наедался и допивался до того, что дальше ехать не мог, и ночевал в Фишхуке. Почта опаздывала, в итоге на территории поселка был введен сухой закон, который остался в силе и по сей день. Купить бутылку можно везде вокруг, но только не в самом Фишхуке. (Хотя существуют и менее забавные версии происхождения сухого закона).

На пляже следует обратить внимание на Голубые бутылочки (Bluebottle), разновидность медуз. Если они есть — будьте осторожны. С виду это голубой пузырек размером с небольшой орех, от которого тянутся тонкие синие нити. В воде эти нити могут достигать 10 метров и по всей длине имеют пузырьки с ядовитыми жалами. При соприкосновении пузырек разрывается, выпуская жала в жертву. Для человека эти нападения могут быть болезненны, и даже опасны, если таковых много. Место попадания жала надо протереть алкоголем или горячей водой. На пляже иногда лежат мертвые пузырьки, но это не означает, что жала их тоже мертвы. Не наступайте и не трогайте их. Впрочем, из всех дней в году на пляже они появляются раз 20.

При выезде из поселка дорога раздваивается. Влево идет более короткий путь к городу, над бухтой, с потрясающим видом — Boye’s Drive. Если же поехать прямо — потратите лишние минут 30, но зато посмотрите старые модные поселения вдоль Главной дороги (Main Road).

Калкбэй — Бухта Извести (Kalk Baai), где когда-то действительно добывали известняк, теперь превратился в рыболовецкий поселок, с единственным рыбным базарчиком в городе. Туда привозят ежедневный улов частные ботики, и тут же на пристани его продают существенно дешевле, чем в магазинах. Над поселком возвышаются горы, изрезанные пещерами. Там и велась добыча, пока не была остановлена из-за загрязнения среды. Поселок полон антикварных лавок, рыбных ресторанчиков, художественных галерей. Пройтись по улице — словно попасть в прошлое.

За ним, без видимой границы — Сент Джеймс (St. James). Это — название церкви, которая стояла на берегу бухты. Когда тянули железную дорогу из Кейптауна, полотно проходило по святой земле. Попросили прихожан дать добро перенести здание церкви (не сносить же!) метров на сто от берега. Народ согласился, но с условием, что станция получит название самой церкви.

Затем уже пригороды Мюзенберга (Muizenberg), который, в свою очередь, является пригородом Кейптауна. Пригород в первую очередь знаменит, как место где умер Сесиль Родс. Там его последний дом, ныне музей. До недавнего времени рядом начинался самый популярный пляж в городе (до того как им стал Фишхук). На нем в свое время отдыхали такие разные люди как Редьярд Киплинг и Агата Кристи. Теперь он стал пляжем для африканцев из близлежащих поселений, а из белых остались только серфингисты, в черных гидрокостюмах.