7.1. Определение социально-экономического закона перемены труда

Социально-экономический закон перемены труда – это закон общественного производства, выражающий объективные, существенные связи между революционными изменениями в техническом базисе производства, порождающими новые сферы труда, и функциями работников, занятых в этих сферах[102]. К. Маркс характеризовал перемену труда как «всестороннюю подвижность рабочего», как абсолютную пригодность человека для изменяющихся потребностей в труде. Закон перемены труда возник на этапе революционизации закона разделения труда, когда качественное изменение производительных сил порождало не смену общественно-экономических формаций, а реорганизацию производственных отношений в рамках одной общественно-экономической формации.

«Современная промышленность никогда не рассматривает и не трактует существующую форму производственного процесса как окончательную. Поэтому ее технический базис революционен, между тем как у всех прежних способов производства базис был по существу консервативен. Посредством внедрения машин, химических процессов и других методов она постоянно производит перевороты в техническом базисе производства, а вместе с тем и в функциях рабочих и общественных комбинациях процесса труда. Тем самым она столь же постоянно революционизирует разделение труда в обществе и непрерывно бросает массы капитала и массы рабочих из одной отрасли производства в другую. Поэтому природа крупной промышленности обусловливает перемену труда, движение функций, всестороннюю подвижность рабочего. С другой стороны, в своей капиталистической форме она воспроизводит старое разделение труда, с его окостеневшими специальностями. Это противоречие уничтожает устойчивость, обеспеченность жизненного положения рабочего, постоянно угрожая вместе со средствами труда выбить у него из рук жизненные средства и вместе с его частичной функцией сделать излишним и его самого. Это – отрицательная сторона. Но если перемена труда прокладывает себе путь как непреодолимый естественный закон и со слепой разрушительной силой естественного закона, который повсюду наталкивается на препятствия, то сама крупная промышленность своими катастрофами делает вопросом жизни и смерти признание перемены труда, а потому и многосторонности рабочих, всеобщим законом общественного производства»[103]. Таким образом, в контексте требований закона перемены труда речь идет об универсальности рабочей силы, ее гибкости, многосторонности, приспособляемости как условиям ее способности к перемене труда.

Главное требование закона перемены труда состоит в ускорении подвижности трудовых функций, чтобы в конечном счете частичного (ограниченно пригодного) рабочего заменить индивидом, обладающим абсолютной пригодностью к изменяющимся потребностям в труде. Требованием времени становится гибкость, многосторонность, приспособляемость рабочих. Полное осуществление этого требования недостижимо, однако по пути его выполнения, с большим или меньшим успехом, идут практически все цивилизованные, промышленно развитые страны. В той или иной мере оно достигается повышением образовательного уровня, а также многообразными формами профессионального обучения, переобучения и повышения квалификации. По мере превращения науки в непосредственную производительную силу производство требует все более образованных и всесторонне развитых работников. Среднее специальное (а тем более высшее) образование как таковое все в большей мере становится основой профессиональной подготовки, и именно знание основ наук дает работнику гибкость, приспособляемость, умение получить новую специальность, если этого требует изменение условий работы.

Так, в странах Европы и США средним и высшим специальным образованием обладают свыше 50 % населения (в Беларуси, согласно Переписи 2009 г., – 35 % населения).

Основными причинами, вызывающими потребность в перемене труда, являются перевороты в техническом базисе производства: первая промышленная революция (1770–1820); революция паровых машин (1820–1870); революция электротехнических машин (1870–1920); научно-техническая революция (1920–1970); информационная революция (1970–2010); нано-  и биореволюция (2010–2050)[104]. Коренным образом меняя технику, технологию и организацию производства, они приводят к исчезновению одних профессий и возникновению новых, связанных с использованием техники более высокого уровня. Создавая более прогрессивные отрасли производства, перевороты в техническом базисе резко изменяют пропорции в балансе рабочей силы, что ведет к изменению ее профессионально-квалификационной структуры. Свертывание сходящих с исторической арены отраслей делает ненужными сотни профессий, а развитие новых отраслей требует людей новых профессий.

Если на первых этапах развития крупной промышленности в течение трудовой деятельности одного поколения изменения в профессиональной структуре были малоощутимы, чтобы разглядеть тенденцию к перемене труда, то на современном этапе в течение жизни одного поколения возникает потребность в смене профессий два-три и более раз. От старой профессии нередко сохраняется только название, ведущее свое начало от предмета труда и не выражающее уже нового содержания трудовых функций. Например, к концу 1980-х гг. 75 % персонала американской промышленности было занято производством товаров, которых еще не было на рынке в конце 1970-х гг. Это означает, что более или менее серьезные изменения в содержании труда на протяжении одного лишь десятилетия затронули подавляющее большинство промышленного персонала США.