Брюллов

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

Брюллов

Брюллов (Карл Павлович), род. в Петербурге 12 дек. 1799 г. Отдаленные его предки были французы, но отец – немец с французской фамилией Brulleau; который был скульптор резчик и живописец миниатюр. Сын уже с малых лет выказывал особенные способности к рисованию и получил первые уроки в этом искусстве от отца. Десяти лет, Карл был отдан в Академию художеств и скоро стал удивлять всех своими успехами в рисовании; но был слаб в науках, которых преподавание в то время велось в академии. Что же касается искусств, то в этом отношении Б. во все время пребывания в академии считался первым между сверстниками; его наставниками были А. Иванов (Старший), А. Егоров и В. Шебуев. В 1821 г. молодой Б. получил золотую медаль за картину: «Явление Аврааму трех ангелов у дуба Мамврийского», и вместе с тем право на отправку заграницу на казенный счет. Но в том же году состоялось постановление, чтобы молодые художники были отправляемы заграницу лишь спустя три года по окончании ими курса в академии. Общество поощрения художников пришло на помощь молодому Б., постановив, не ожидая истечения трехлетнего срока, послать его на свой счет заграницу, что и было сделано в 1822 г. По высочайшему повелению он должен был изменить свою фамилию Брюлло в Брюллова. В то время русские художники проводили значительную часть своей жизни заграницей, обыкновенно в Риме, где и писали свои лучшие картины. Бруни и Басин уже три года работали в Риме, когда прибыл туда Б. Басин всего прожил заграницею 11 лет, Б. – 13, а Бруни и гораздо более. Первое время пребывания своего в Италии Б. писал картины из римской жизни; между прочим, он написал две женские поясные фигуры, известные под названием: «Утро и Полдень», и скопировал для петербургской академии художеств «Афинскую школу» Рафаэля. Лучшее и колоссальное его произведение: «Последний день Помпеи» было написано в промежуток времени 1830 – 33 года по заказу А. Демидова. В Италии эта картина произвела фурор и в честь ее был устроен настоящий триумф. Потом она была выставлена в Париже, где ее приняли, хотя и с меньшим восторгом, но все же с большим одобрением. Гравер Жирар исполнил в Париже с картины Б. большую гравюру черной манерой с подправкою резцом. В Россию эта картина прибыла в 1834 г. и была вознесена художниками и публикой на такую высоту, какой достигали лишь лучшие произведения лучших художников прежнего и нового времени. Когда в 1836 г. Б. возвратился в Петербург, совершив из Италии путешествие чрез Грецию, Турцию и Малую Азию на юг России и оттуда в Москву, то его ожидала чрезвычайно почетная встреча в недрах академии, члены которой устроили ему торжественный обед в той самой зале, где была выставлена его знаменитая картина. Впоследствии, когда наступила пора преобладания реализма в живописи, критика старалась унизить произведение Б., не находя в нем ни исторических, ни даже характерных черт человеческих страстей, которые бы соответствовали событию; но пора этой второй крайности тоже миновала. «Последний день Помпеи» (в русской школе Эрмитажа), как и «Медный змий» Бруни, составили эпоху в русской живописи. Картина Б. получила широкую известность и в тех местах, где она никогда не была видана, благодаря прекрасной большой гравюре, о которой было упомянуто выше. Один петербургский художник писал масляными красками с «Посл. дня Помпеи»в уменьшенном виде много раз и тем существовал несколько лет. Из других больших произведений Б.: «Распятие», находится в Петропавловской лютеранской церкви в Петербурге. Торс распятого Христа был почти окончен в один день; присутствовавший при этом бывший учитель Б., профессор А. Егоров, в удивлении от искусства своего ученика, воскликнул: «Карл, ты кистью Бога хвалишь!» В Казанском соборе находится большой запрестольный образ работы Б.: «Взятие Божией Матери на небо», рядом с нею «Покров Божией Матери» – Бруни и «Введение Богородицы во храм» – Васина. В Сергиевской пустыни (близ Петербурга) «Св. Троица» – Б. Кроме того, он написал несколько образов для церкви на Аптекарском острове, «Спаситель во гробе» (в домовой церкви гр. Адлерберга). Большие работы религиозной живописи в Исаакиевском соборе, порученные Б. в 1842, а именно – плафон, двенадцать фигур апостолов в подкупольной башне и еще четыре картины, были сочинены и нарисованы Б. в виде картонов, но по причине его болезни были написаны Басиным. Только живопись плафона была начата Б.; эта огромная картина в 1600 кв. аршин (около 800 кв. м.), тоже оконченная Басиным, изображает молящуюся Богоматерь, окруженную св. Иоанном Крестителем и св. Иоанном Богословом и сонмом святых, соименных членам Императорской фамилии. По исторической живописи Б., кроме «Последнего дня Помпеи», написал еще «Смерть Инесы де Кастро», и «Осаду Пскова» (оставшуюся только начатою); обе картины находятся в Академии художеств. Он сделал также эскиз картины: «Нашествие Гензериха на Рим». Большая часть фигур его исторических картин изображены им в сильном движении и в техническом исполнении видны скорость и решительность. Б. был сильный колорист и превосходный рисовальщик; в последнем отношении – благодаря своим учителям, профессорам академии, и требовательности отца, заставлявшего его многократно рисовать с античных статуй. В картинах неисторического содержания отчасти продолжается та же особенность, как напр. в Эндимионе и Диане, также в бытовых итальянских, но в других – покой. Б. был также замечательным портретистом; из произведений этого рода упомянем про портреты: кн. А. Голицына во весь рост (гравирован на стали Ройтом), герцога М. Лейхтенбергского и собственный портрет художника, писанный им во время болезни, – в особенности последний. Этот портрет был литографирован Тиммом в его русском «Художественном Листке»; но более замечательна гравюра, исполненная резчиком по меди Пожалостиным. Б. писал не только масляными красками, но был и отличным акварелистом. Сюжеты акварели были жанровые, но Б. иногда унижался и до грубо эротических произведений. Болезнь заставила Б. в 1849 г. отправиться для лечения на остров Мадеру, где он был одновременно с герц. М. Лейхтенбергским. Пребывание на этом острове восстановило было его силы, но с приездом в Италию, он опять почувствовал себя худо и 12 июня 1852 умер в местечке Марчиано, близ Рима. Он похоронен на кладбище МонтеТестаччио в Риме. Б. при жизни имел, конечно, обширнейшие знакомства, особенно в обществе служителей искусства, но особенно близок он был к писателю Н. Кукольнику, композитору М. Глинке и актеру В. Самойлову. В числе учеников Б. некоторые получили впоследствии большую или меньшую известность. Федотов – жанрист-сатирик, ничем не похожий на своего учителя; Петровский, умерший почти в начале своего художественного поприща; Моллер – автор картин «Поцелуй» и «Проповедь Иоанна на острове Патмосе»; Михайлов («Девушка ставит свечу перед образом»); Капков («Вдовушка» и «Татьяна, читающая свое письмо к Онегину»), известный выразительностью своих головок, и Шевченко. Но Б., несмотря на силу своего таланта, не создал школы. Было упомянуто о портрете Б., писанном им самим; в «Последнем дне Помпеи» он изобразил себя на втором плане в виде художника; в Академии художеств в Петербурге находится гипсовый снимок с бюста Б., работы И. Витали. Несмотря на крупную художественную личность Б., его полная биография не написана и точная оценка его значения для русского искусства еще не сделана. Критич. этюд Стасова о Б. («Рус. Вест.», 1861), во многих отношениях для него неблагоприятный, недостаточно определяет его значение. Однако, надо признать, что результаты художественной деятельности Б. не находятся в соответствии с его большим талантом.

Ф. Петрушевский.