ДОМИЦИАН (51–96)

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

ДОМИЦИАН

(51–96)

Римский император (с 81 года) из династии Флавиев. Укреплением бюрократического аппарата и ущемлением прав сената вызвал против себя оппозицию аристократии. В 89 году потерпел поражение от даков во главе с Децебалом. Убит в результате дворцового заговора.

После смерти римского императора Веспасиана сенат без особых проблем провозгласил и утвердил принцепсом его старшего сына Тита, а после того, как он умер от болезни, младшего сына Веспасиана — Домициана.

Домициан родился 24 октября 51 года. Отрочество и юность его прошли в Риме. Жил он, по-видимому, у дяди, Флавия Сабина. Во всяком случае, с отцом и братом Домициан не виделся с пятнадцати лет, поскольку оба они сражались в Иудее. Флавий упорно пробивался к высоким государственным должностям, но был беден. Так что положение племянника в среде римской «золотой молодежи» оказалось незавидным. Самолюбивый и завистливый, он вынужден был скрывать свои чувства и держался замкнуто. Домициан (ему было 19 лет) находился на Капитолии, когда восставшие легионеры Вителлия осадили там Флавия Сабина. Во время штурма он спрятался в каморке сторожа, затем, закутавшись в плащ, смешался с толпой жрецов Изиды и, никем не узнанный, покинул опасное место. Некоторое время Домициан скрывался у одного из друзей отца, а после того как сопротивление вителлианцев было подавлено, явился в расположение флавианской армии. Его тут же провозгласили Цезарем (этот титул полагался сыну императора), и солдаты проводили его в дом отца.

Вскоре сенат одновременно с провозглашением Веспасиана императором и консулом (вместе с Титом) назначил Домициана городским претором с консульскими полномочиями — поскольку обоих консулов не было в Риме. Правда, реальная власть оставалась за полководцами сначала Антонием Примом, потом Муцианом. Но и Домициан, перебравшийся во дворец, получил определенные полномочия, в частности право назначения чиновников городской администрации.

Неожиданно оказавшись на вершине гражданской власти в городе, Домициан обратил взгляд на жен римских аристократов. Тацит упоминает о его «постыдных и развратных похождениях». Светоний замечает «Сладострастием он отличался безмерным. Свои ежедневные соития называл он „постельной борьбой“, словно это было упражнение. Говорили, будто он сам выщипывает волосы у своих наложниц и возится с самыми непотребными проститутками».

Светоний утверждает, что Домициан был мало образован, имел поверхностные знания по истории и литературе, очень мало читал, а послания и эдикты императора впоследствии составлял с чужой помощью. Любимыми его развлечениями были игра в кости и стрельба из лука, где он достиг больших успехов. Упражнений с тяжелым оружием Домициан не любил. В походах предпочитал передвигаться на носилках. В качестве императора Домициан начинает свое правление с попытки произвести впечатление доброго принцепса, достойного преемника отца и брата.

«В начале правления, — пишет Светоний, — всякое кровопролитие было ему ненавистно. Не было в нем и никаких признаков алчности или скупости, как до его прихода к власти, так и некоторое время позже напротив, многое показывало, и не раз, его бескорыстие и даже великодушие. Ко всем своим близким относился он с отменной щедростью и горячо просил их только об одном не быть мелочными. Наследств он не принимал, если у завещателя были дети. Всех, кто числился должниками государственного казначейства дольше пяти лет, он освободил от суда, и возобновлять эти дела дозволил не раньше, чем через год, и с тем условием, чтобы обвинитель, не доказавший обвинения, отправлялся в ссылку. Ложные доносы в пользу казны он пресек, сурово наказав клеветников, — передавали даже его слова „Правитель, который не наказывает доносчиков, тем самым их поощряет“».

Желая оградить италийских виноделов от конкурентов, Домициан в законодательном порядке запретил расширять виноградные посадки в провинциях. Стремясь снять известное напряжение вокруг возвращения в казну захваченных общественных земель в колониях, он издал указ о безвозмездном даровании земель их владельцам.

Однако в отличие от своего бережливого отца Домициан был склонен к заигрыванию со столичным плебсом и щедро тратил огромные средства на различные раздачи, проведение зрелищ и гладиаторских боев. Новый принцепс возобновил не практиковавшуюся уже более двадцати лет раздачу денег неимущим (за годы своего правления он повторит ее дважды). Во время представлений каждый зритель получал корзинку с угощением: сенаторы и всадники — побольше, простолюдины — поменьше. В театре разбрасывали подарки. Сами зрелища устраивались часто и с небывалым размахом. В цирке, кроме обычных состязаний колесниц, на беговом поле разыгрывались целые сражения, пешие и конные. А в огромном амфитеатре или на пруду — еще и водные. Травли зверей и гладиаторские бои Домициан устраивал даже ночью, при свете факелов. В них участвовали не только мужчины, но и женщины. Домициан повысил плату всем категориям воинов в полтора-два раза. Теперь легионер получал не 225 денариев (900 сестерциев) в год, как при Августе, а 400 (1600). Соответственно было повышено жалование центурионам, преторианцам, вигилам, воинам вспомогательных войск, что потребовало громадных затрат. Благо усилиями рачительного Веспасиана государственная казна основательно пополнилась. Однако для завоевания популярности у солдат нужна была еще и военная победа. В 83 году нашелся повод для войны. Ранее покоренное римлянами племя хаттов изгнало своего вождя — ставленника Рима. Карательную экспедицию возглавил сам император. Победа далась легко, к Империи присоединен большой участок германской земли между Рейном и Дунаем. Домициан празднует в Риме триумф (утверждение Тацита, что сражения вовсе не было, а добыча и пленные, показанные в триумфе, являли собой инсценировку, современные историки считают не соответствующим действительности).

Постепенно император освобождается от опеки сената и начинает борьбу с ним. Поначалу это выражается не в преследованиях сенаторов, а в оттеснении всего их сословия от управления государством. По распоряжению принцепса все важные вопросы для окончательного решения передаются императорскому совету, сформированному из всадников. Канцелярии императора расширяют сферу своей деятельности в такой мере, что руководство ими Домициан должен поручить не вольноотпущенникам, как при Августе или Клавдии, а именитым всадникам. Порядок в государственном управлении он поддерживает твердой рукой. Вот как об этом говорит Светоний: «Суд он правил усердно и прилежно, часто даже вне очереди, на форуме, с судейского места. Пристрастные приговоры центумвиров он отменял; судей, уличенных в подкупе, увольнял вместе со всеми советниками. Столичных магистратов и провинциальных наместников он держал в узде так крепко, что никогда они не были честнее и справедливее».

Для усиления своих официально властных полномочий в отношении магистратов всех уровней Домициан в течение пятнадцати лет своего правления одиннадцать раз занимал должность консула, хотя каждый раз ненадолго. Он строго следил за взиманием налогов, «курировал» внешние сношения Рима. Даже наблюдал за точным исполнением обрядов официальной религии.

Домициан вел обширное строительство. Он восстановил храм Юпитера, разрушенный в смутное время вителлианцами, храмы и общественные здания, пострадавшие от пожара 8 года, во время правления Тита. На всех постройках он указывал только свое имя, даже не упоминая прежних строителей. Но главные его усилия были направлены на сооружение великолепного дворцового комплекса на Палатине. Впоследствии дворцовый комплекс Домициана служил резиденцией всех императоров, пока они оставались в Риме.

Светоний утверждает, что император повелевал ставить в свою честь золотые и серебряные статуи, причем сам назначал их вес. Золотые статуи, повышение жалованья солдатам, денежные раздачи, бесчисленные зрелища, пиры и грандиозный размах строительства истощили го сударственную казну. Принцепс ищет дополнительные статьи дохода.

«Имущество живых и мертвых, — пишет Светоний, — захватывал он повсюду, с помощью каких угодно обвинений и обвинителей; довольно было заподозрить малейшее слово или дело против императорского величества. Наследства он присваивал самые дальние, если хоть один человек объявлял, будто умерший при нем говорил, что хочет сделать наследником Цезаря».

Домициан начал преследование наиболее богатых сенаторов, обвиняя их в оппозиционных настроениях. Вновь был включен механизм пресловутого закона об оскорблении величества, поощрялись и стали процветать доносы, начались казни и конфискации.

Отстранение сената и аристократии от государственной деятельности (и от связанных с ней доходов) вызвало крайнее недовольство сенаторов и выразилось в слухах и памфлетах, обличающих или высмеивающих императора. Он отвечает на это ссылкой нескольких сенаторов.

В 84 году по настоянию Домициана сенат вынужден присвоить ему пожизненное звание цензора. Тем самым сенаторы и вовсе отдают себя во власть императора. Любой из них может быть исключен из состава «высокого собрания», а затем стать жертвой мстительности принцепса. Домициан обнаруживает крайнюю жестокость. Светоий рассказывает о том, как он убил ученика пантомима Париса, совсем еще мальчика, только за то, что он лицом и искусством напоминал своего учителя Гермогена Тарсийского. Домициан казнил за намеки, которые он усмотрел в его «Истории», а писцов велел распять. Некоего отца семейства, заявившего, что гладиатор-фракиец не уступит противнику, а уступит распорядителю игр, то есть императору, Домициан приказал вытащить на арену и отдать на растерзание собакам.

Домициан ввел в придворный церемониал названия «господин и Бог», характерные для древневосточных царей. Торжественное облачение триумфатора, пурпурный плащ стали его повседневной одеждой. Пышный придворный церемониал должен был свидетельствовать об особом могуществе его власти. Принцепс, которому в начале правления «всякое кровопролитие было ненавистно», теперь редко упускает случай присутствовать при казни своих жертв.

Плиний Младший, современник Домициана, свидетельствует: «Домициан был устрашающего вида: высокомерие на челе, гнев во взоре, женоподобная слабость в теле, в лице бесстыдство, прикрытое густым румянцем. Никто не осмеливался подойти к нему, заговорить с ним, так как он всегда искал уединения в укромных местах и никогда не выходил из своего одиночества без того, чтобы сейчас же не создать вокруг себя пустоту».

Репрессии, казни, конфискации имущества множились. Напряжение в отношениях между принцепсом и аристократией росло. И наконец прорвалось восстанием. В 88 году легату Верхней Германии Луцию Антонину удалось взбунтовать против императора находившиеся под его командой легионы. Однако войска, стоявшие в соседних провинциях, не поддержали повстанцев. Мятеж был быстро подавлен местными силами.

Но император успел испугаться, и с тех пор страх неотступно преследовал его. Волна репрессий взметнулась еще выше и превратилась в кошмар террора.

Положение Домициана осложнялось неудачной внешней политикой, особенно на дунайском фронте. Здесь в конце I века к северу от Дуная сложилось сильное Дакийское царство, во главе которого стоял царь Децебал. Ему удалось отразить походы римских наместников и даже заключить почетный мир с Империей (89), по которому Домициан должен был выплачивать некоторые суммы денег, а Децебал обязывался не тревожить римские границы и даже защищать их от набегов других варварских племен на Дунае, в частности, сарматов, роксоланов. Правда, неудачи на дунайском фронте несколько компенсировались завоеваниями в Британии, где римляне практически захватили весь остров, за исключением Шотландии. Но из Британии римлянам пришлось уйти, а на Дунае их войска терпели одно поражение за другим. Император в нелепой попытке обмануть сограждан устраивает один за другим два фальшивых триумфа, где переодетые рабы изображали пленных варваров. Это вызывало насмешки римлян. Атмосфера презрения и ненависти сгущалась вокруг дворца.

Домициан превращает свой дворец в настоящую крепость. Рим и вся Италия находятся под неусыпным наблюдением тайных агентов принцепса. В 94 году по приказу императора казнены сенаторы Сенецион и Рустик, написавшие воспоминания о загубленном Нероном поборнике свободы Тразее Пете и его зяте Гельвидии Приске.

Рукописи приказано сжечь на форуме. Домициан выдворил из Рима евреев и христиан. В 96 году составился заговор сенаторов из ближайшего окружения Домициана. Непосредственным исполнителем стал доверенный слуга жены принцепса по имени Стефан. Заговор удался. 18 сентября 96 года Домициан погиб от удара кинжала.

«Никаких не только торжественных, но и просто публичных похорон не было. Тело убитого на дешевых носилках из дворца вынесли могильщики. Кормилица Домициана предала его сожжению в своей усадьбе, а останки тайно принесла в храм рода Флавиев и смешала с пеплом Юлии, дочери Тита, которую тоже выкормила она. Сенаторы и состоятельные граждане торжествовали. Статуи императора раззолоченные и бесчисленные, среди ликования народного были низвергнуты и разбиты в качестве искупительной жертвы. Народу доставляло наслаждение втаптывать в землю надменные лики этих статуй, замахиваться на них мечами, разрубать их топорами, словно каждый такой удар вызывал кровь и причинял боль.

Никто не мог настолько сдержать порыв своей долго сдерживавшейся радости, чтобы не дать волю своей мести и не крушить эти ненавистные изображения и не бросать затем обезображенные их члены и облом ки в огонь» (Плиний мл.).

Войско же, подкупленное повышением жалованья и все еще чтившее в принцепсе сына Веспасиана, негодовало. Светоний утверждает, что солдаты были готовы немедленно отомстить за него, но у них не нашлось предводителя. Спустя некоторое время им все-таки удалось добиться выдачи убийц императора на расправу.

Более четырнадцати лет продолжалось жестокое правление Домициана. С его смертью династия Флавиев прекратила свое существование.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.