СТРЕССНЕР АЛЬФРЕДО (род. в 1912 году)

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

СТРЕССНЕР АЛЬФРЕДО

(род. в 1912 году)

Президент Парагвая в 1954–1989 годах, фактически диктатор. Генерал. Свергнут, бежал из страны.

Редкий пример политической долгожителя на южноамериканском континенте, Альфредо Стресснер являлся президентом и диктатором Парагвая в течение 35 лет. Он приютил у себя в стране многих военных преступников из фашистской Германии, сумевших укрыться от правосудия после Второй мировой войны.

Альфредо Стресснер родился в 1912 году в семье немецкого пивовара. Предки Стресснера переселились в Парагвай из Баварии. В 16 лет, после окончания школы, Альфредо поступил в Государственное военное училище. Он проявил неординарные способности и был замечен преподавателями. В 1940 году Стресснер получил чин майора, а в 1946 году стал членом Генерального штаба парагвайской армии.

В 1947 году диктаторская внутренняя политика тогдашнего президента Парагвая Мориниго привела страну к гражданской войне, длившейся восемь месяцев. Пока позиции Мориниго были сильны, Стресснер поддерживал «законного» президента, но вскоре переметнулся на сторону Фелипе Моласа Лопеса, которому помог совершить успешный переворот. Лопес недолго удержался на президентском кресле. Его сменил, опять-таки не без помощи Стресснера, Федерико Чавес.

Наградой для будущего диктатора стала должность командующего всеми вооруженными силами Парагвая. Так в 1953 году Стресснер вышел на финишную прямую в своем стремлении к власти.

В начале 1954 года главнокомандующий совершил поездку в США, где имел встречи с сотрудниками госдепартамента. На обратном пути он остановился в Рио-де-Жанейро и встретился с американским военным атташе и с офицерами бразильской армии, выступавшими за военный союз с США. Вернувшись в Парагвай, 42-летний генерал выдвинул лозунг: «Смести с пара-гвайской политической арены все группы и партии, сопротивляющиеся американским замыслам!».

Ход событий был ускорен приближением очередных выборов, назначенных на 1955 год.

В августе 1954 года в Парагвае под полным контролем армии состоялись спешно организованные «всеобщие выборы», на которых была выставлена единственная кандидатура — генерала Стресснера. И он стал конституционно избранным президентом. Не успели еще поостыть предвыборные страсти, как США решили предоставить парагвайскому правительству новый заем в 7 миллионов 500 тысяч долларов. В Соединенных Штатах понимали, что их убежденному союзнику нужна на первых порах крепкая поддержка. В стране не прекращались волнения, и Стресснер был вынужден ввести режим осадного положения. С тех пор каждые 90 дней он его продлевал. Подобного рода практика прекратилась только в восьмидесятых годах.

Установив в стране жесткий диктаторский режим, Стресснер каждый год регулярно проводил президентские выборы. Девять раз подряд его неизменно «выбирали» президентом. В Парагвае даже легально действовали оппозиционные партии (кроме коммунистической). Парламент собирался на сессии, и конгрессмены оппозиционных партий горячо осуждали действия правительства. В Парагвае существовала конституция, где записаны демократические гарантии. «Мы законно гордимся, что укрепили основы нашей демократии во имя гарантирования индивидуальных и коллективных прав», — заявил Стресснер в одном из своих выступлений.

Особенно ярко проявлялось «укрепление демократии» на выборах. Они обычно проходили в обстановке террора, фальсификации, угроз. Стресснеру и партии «Колорадо» заранее обеспечивалась победа. В правящую партию «Колорадо» формально входило почти все взрослое население Парагвая. Не принадлежа к этой «ассоциации», невозможно было получить не только место на службе, но зачастую даже кредит в банке.

Легальной оппозиции на выборах Стресснер обычно оставлял не более 10 процентов голосов. Часто на избирательных участках не бывало бюллетеней оппозиции, кабины для голосования ставились под открытым небом, и выборы происходили под прямым наблюдением полиции.

В 1976 году получил широкий отклик в прессе своеобразный юбилей, который отмечал Луис Альфонсо Реек — лидер умеренной христианско-демократической партии Парагвая. Он «праздновал» освобождение после сотого ареста. Оппозиционный политический деятель рассказывал, что его пытали самыми разными способами: электрическим током, избивали, погружали в воду с нечистотами.

Парагвайские тюрьмы при Стресснере всегда были переполнены. Сотни заключенных томились за решеткой и им не предъявлялось никакого обвинения. Страну покрывала сеть из более чем двадцати концлагерей. Охрану для них нередко муштровали бывшие нацистские преступники, получившие в Парагвае новые паспорта. Стресснер не побоялся принять в страну даже палача с медицинским образованием Менгеле, который ставил изуверские медицинские эксперименты на живых людях в концлагерях великого рейха.

В стресснеровских застенках побывал каждый четвертый парагваец. Общественные и политические деятели бесследно исчезали среди бела дня. Все запросы властям об их судьбах оставались без ответа, лишь иногда обезображенные тела находили в реках или на улицах городов. Спасаясь от террора, около 1,5 миллиона граждан Парагвая вынуждены были бежать из страны.

Стресснер заботился о сохранении строгой системы, с помощью которой привилегированная верхушка страны могла править по-феодальному. Хотя в Парагвае реально не существовало каких-либо рабочих или крестьянских организаций, способных противостоять правительству, власти периодически проводили облавы в отдельных районах, акции охоты на людей, проводившиеся с шумом, стрельбой.

Насилие и убийства стали естественным образом жизни для многих парагвайских руководителей. Любимым развлечением, например Умберто Домингеса Диба, зятя Стресснера, было участие в пытках политзаключенных.

Годы правления Стресснера обернулись трагедией для индейского населения Парагвая. От племени индейцев гуарани, насчитывавшего четверть миллиона человек, осталось только около 30 000. На индейцев устраивали настоящую охоту. Их травили собаками, разбрасывали отравленную пищу, ставили капканы. Живую добычу, особенно девочек, продавали на невольничьих рынках. Самый известный центр работорговли в Парагвае — это городишко Сан-Хуан Непосумено на востоке страны. Индейский малыш там стоил от 20 до 80 долларов.

Вместе с индейцами исчезал целый пласт неповторимой культуры; исчезала часть многоликого человечества, а правительство Стресснера не видело в этом ничего предосудительного. Как заявил один из чиновников министерства обороны: «Невозможно квалифицировать преступление как геноцид, поскольку налицо нет доказательств мотивов этого преступления». Другими словами, как писала асунсьонская газета, «истребление индейцев не является умышленным убийством».

Поистине трагично сложилась судьба индейского племени аче, находящегося на первобытном уровне развития. От некогда многочисленного племени осталось 500 человек. Возможно, к настоящему моменту племя вымерло полностью. Аче истребляли белые и презирали их соплеменники — «цивилизованные» гуарани, перенявшие образ жизни белых. Племя аче больше известно под названием гуайяки, что в переводе с языка гуарани означает «крыса».

Возмущение мировой общественности никак не повлияло на политику геноцида в Парагвае. «Несмотря на всю критику по нашему адресу, мы будем продолжать действовать в том же духе, потому что не хотим оставлять работу незаконченной», — цинично заявил полковник Инфансон, директор департамента по делам индейцев.

Парагвайский антрополог Мигель Сарди говорил, что своими глазами видел головы индейцев-гуайяки в домах фермеров. Племя аче сгоняли в резервации, где индейцы гибли от болезней и непосильной работы.

В конце 1975-го — начале 1976 годов под предлогом «борьбы с партизанами и происками коммунистов» правительство Стресснера развернуло новую волну репрессий. Были арестованы более 2000 крестьян, рабочих, студентов и священников. Военные обыскали резиденцию парагвайского епископата. Многие религиозные колледжи подверглись налетам. Преподавателей высылали из страны. Еще более суровые репрессии обрушились на массовые светские клерикальные организации, в частности, были арестованы и подвергнуты пыткам бывшие активисты Союза католической рабочей молодежи.

Вплоть до свержения Стресснера церковь выступала с критикой властей, отстаивая идею «национального диалога», но безрезультатно. Стресснер стремился распространить террор и за пределы Парагвая. Он посылал войска в Доминиканскую Республику в 1965 году для участия в свержении там демократического правительства. Надо, правда, заметить, что тогдашнее доминиканское правительство считалось демократическим только по меркам Латинской Америки. Стресснер также предлагал использовать парагвайские воинские части в войне во Вьетнаме.

Переворот, совершенный генералом Бансером в Боливии, был подготовлен на территории Парагвая.

По причине своей крайней одиозности режим Стресснера находился в частичной международной изоляции. Стресснер вынужден был общаться главным образом с такими же диктаторскими тоталитарными режимами, как и тот кровавый режим, который установился в Парагвае. Наилучшие отношения у генерала сложились с чилийскими властями и расистским режимом Южно-Африканской Республики.

В апреле 1975 года он побывал с визитом в ЮАР. В результате переговоров были подписаны соглашения о сотрудничестве между двумя странами в политической, научно-технической и культурной областях.

Трогательной получилась встреча Стресснера с Пиночетом, прибывшим в мае 1974 года в Парагвай. При свете юпитеров и под стрекотание киноаппаратов Стресснер вручил Пиночету высший военный орден Парагвая. Пиночет же в благодарственной речи отметил исключительную важность дружественной позиции парагвайского руководства по отношению к Чили.

Неразвитость внешнеполитических связей стресснеровского режима затрудняла и экономическое развитие страны. В годы правления Стресснера парагвайская экономика подверглась широкомасштабной экспансии капитала США.

Лидер «второго возрождения», как угодливо называли Стресснера его министры, распродал страну с молотка. Иностранный капитал, в первую очередь североамериканский, не только взял полностью в свои руки добычу нефти, но и утвердился в лесном и плантационном хозяйстве, внешней торговле, мясной промышленности, транспорте.

Главная отрасль экономики — сельское хозяйство — велась самыми устаревшими методами. Большая часта обрабатываемых площадей — латифундии. Львиная доля земли принадлежала иностранным компаниям. В то же время с середины семидесятых не менялось число безземельных крестьянских семей — от 100 до 150 тысяч.

В начале семидесятых стресснеровское правительство попыталось провести аграрную реформу, сводившуюся к выделению безземельным и малоземельным крестьянам земель в труднодоступных и почти ненаселенных местах. Реформа забуксовала с самого начала, так как трудно было найти охотников отправляться в неведомые дали и влачить там почти первобытное существование.

Безработица даже в лучшие годы составляла около 40 процентов. Средняя продолжительность жизни в Парагвае едва превышала 50 лет. Около 10 процентов парагвайцев не доживало до 4-летнего возраста. Уровень детской смертности был одним из самых высоких в западном полушарии. Около 50 процентов населения не умело читать и писать. Медицинское обслуживание, кроме как в столице и крупнейших городах, вообще отсутствовало.

Экономическая политика Стресснера привела к тому, что Парагвай полностью зависел от импорта продукции А импорт чаще всего осуществляется с помощью контрабанды — пожалуй, единственной тогда процветающей «отрасли экономики» в Парагвае.

Причем масштабы деятельности мелких контрабандистов не идут ни в какое сравнение с нелегальной деятельностью главарей режима. Для того чтобы обеспечить лояльность вооруженных сил, Стресснер распределил функции в контрабандной торговле, включая «экспорт и импорт», между различными родами войск. Флот при нем занимался всем, что провозится с помощью водного транспорта или через таможню. Конная гвардия монополизировала контрабандную торговлю виски и сигаретами. Подразделения внутренних сил специализировались на торговле скотом, главным образом с Бразилией. У полиции была монополия на автомобили. Пастор Коронел, будучи директором парагвайского департамента уголовной полиции, одновременно являлся главным организатором торговли героином. Главный же контрабандист страны — зять Стресснера генерал Родригес, который в конце концов и сверг постаревшего диктатора.

Вся структура власти в Парагвае была поражена вирусом коррупции. В окружении Стресснера воровали и занимались махинациями практически все. Во главе мафии стояли и стоят самые высокие государственные чины.

Генералы не стеснялись выставлять свои богатства напоказ, демонстрируя при этом поистине солдафонскую изысканность. Их особняки могли напоминать то Белый дом, то Шамборский замок, то дворец какого-нибудь древнескандинавского короля.

Вся власть во времена Стресснера была повязана круговой порукой общего воровства и вымогательства. Коррупция постепенно подтачивала и так далеко не благополучную экономику страны. В начале восьмидесятых разразился кризис. Бездействовала половина мощностей отраслей обрабатывающей промышленности, уровень безработицы достиг 30 процентов. В сельском хозяйстве насчитывалось более 100 000 безземельных и малоземельных крестьян.

Вместе с экономической разрухой росла политическая активность масс. Безземельные крестьяне создали свою Постоянную ассамблею, требовали аграрной реформы, протестовали против насильственного выселения крестьян с земель латифундистов. Возникли «комиссии соседей» для организации крестьянской взаимопомощи.

В мае 1985 года молодые парагвайские профсоюзы объединились в Межпрофсоюзном движении трудящихся.

Для противодействия нарастающему рабочему движению Стресснер возродил «городскую гвардию» — полувоенные, полууголовные формирования, сыгравшие свою грязную роль еще в мае 1954 года, во время прихода диктатора к власти.

В 1986 году Асунсьон потрясли самые крупные за 32 года стресснеровской диктатуры выступления. Несколько недель подряд полиция воевала с демонстрантами, применяя автоматические винтовки, слезоточивый газ, водометы и полученные незадолго до этого из США электрические дубинки.

Окружение президента стало спешно распродавать недвижимость, а сам Альфредо Стресснер на всякий случай начал консультации по вопросу возможного предоставления ему убежища в Германии (Бавария) или на Тайване. Однако режим выстоял и перешел в наступление. С 20 мая 1986 года прекратила существование единственная оппозиционная радиостанция «Ньяндути». Оппозиция оказалась слишком слаба, чтобы возглавить сопротивление диктатуре. Среди оппозиционных лидеров отсутствовали четкие представления о путях и методах борьбы, о перспективах дальнейшего развития страны, много разногласий вызывал вопрос о власти.

Выручила Стресснера в трудный момент и поддержка силовых структур. Действующая армия Парагвая составляла 14 000 человек. В запасе находились до шестидесяти тысяч резервистов. В любой момент могли быть поставлены под ружье до 100 000 членов Национальной и территориальной гвардий. В постоянной готовности находился пятитысячный отряд полиции.

К середине восьмидесятых правящая партия «Колорадо» раскололась на два лагеря. Первый — «активисты» — это наиболее фанатичные приверженцы диктатуры. Второй — «традиционалисты» — это сторонники режима, недовольные тем, что партия правит формально, а реальная власть сосредоточена в руках военной верхушк.

По всему было заметно, что Стресснеру осталось недолго править. Соединенные Штаты, не желая выпускать инициативу из своих рук, занялись поиском преемника постаревшему генералу. Американский посол в Парагвае Клайд Тэйлор стал активно встречаться с политическими деятелями и предпринимателями, вызвав тем самым сильное недовольство диктатора.

В 1988 году партия «Колорадо» фактически распалась на две противоборствующие группировки из-за разногласий в том, кому быть председателем партии. Партию до съезда возглавлял Хуан Рамос Чавес — традиционалист. На его место претендовал министр внутренних дел Сабино Аугусто Монтатаро. Во время голосования полиция просто-напросто не пустила в зал значительную часть традиционалистов. Монтатаро одержал победу, но ценой этому оказался раскол многомиллионной партии.

После съезда недовольные депутаты собрались на загородной вилле генерала Родригеса, чтобы принять план создания единой коалиции всех отколовшихся от «Колорадо» группировок и наметить черновой план переворота. В этом же 1988 году у Парагвая стали портиться отношения с США. Конгресс отказал Парагваю в торговых льготах, наложил вето на выделение помощи со стороны таких международных финансовых институтов, как Международный валютный фонд, Международный банк реконструкции и развития, США стали сворачивать военные поставки Парагваю. Стресснер понял, что пора уходить. В ночь на 3 февраля 1989 года в Парагвае произошел дворцовый, в некотором роде «семейный», переворот Генерал Андрее Родригес, дочь которого замужем за одним из сыновей Стресснера, отстранил последнего от власти.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.