ИНДОНЕЗИЯ

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

ИНДОНЕЗИЯ

Багорский ботанический сад

Багорский ботанический сад — своего рода „биологическая столица“ Индонезии Он расположен в городе Багор, что находится в предгорной западной части Явы, у подножия потухшего вулкана Салак (2211 м), в 60 км от Джакарты. Река Чиседани делит Багор на две части: на левой стороне расположены Ботанический сад, дворец президента, деловая часть, магазины, гостиница, на правой — виллы и особняки. Сад разбит на склоне вулкана Салак, на высоте 260 м над уровнем моря (18 мая 1817 года он был открыт). Багорский ботанический сад, без учета земель Дворцового парка, занимает площадь около 100 га, имеет отделения в Чибодасе, Пуровадади, Лаванге, Сиболангите на Суматре и Эка Карья на острове Бали.

Ботанический сад — любимое место отдыха горожан, сюда приходят целыми семьями с циновками и корзинками, полными еды.

Растения сада представлены 222 семействами, более чем двумя тысячами родов и почти 12 тысячами видов, собранными из разных тропических стран мира. Только на Яве, самом населенном острове Индонезии, произрастает около девяти тысяч цветочных растений. И почти все можно увидеть в этом саду.

Гордость сада — коллекция орхидей. Здесь собрано более 150 родов этих цветов. Наиболее ценные орхидеи выращиваются в специальной оранжерее.

В большом количестве представлены суккуленты из семейства кактусовых, которые достигают гигантских размеров. Особенно большим ростом отличаются цереус, опунции и африканские молочаи.

Весьма разнообразны пальмы: их более 200 видов, собранных со всего земного шара. Королевская, американская саболе с широкими мощными листьями. Пальма саговая, которая кормит индонезийцев. Гигантская Corypha с громадными веерными листьями. Нежная, травянистая Raphia. Изящная, невысокая Licuala grandis, с будто подстриженными листьями. Красавица Oreodoxa с прозрачным пучком рассеченных листьев, выходящих из зеленого „бутылочного“ ствола. Высокая кустистая пальма Oncosperma с острыми колючками. Колючая Zaiacca edulis (ее плоды, одетые „рыбьей чешуей“, — любимое лакомство индонезийцев).

Множество бамбуков, сапрофитов и лиан (одних из самых характерных растений тропических лесов).

Войдя в парк, попадаешь в тенистую аллею столетних деревьев, их кроны сомкнуты, а стволы увиты зеленью сапрофитов.

Некоторые лианы — истинное украшение сада. Например, Alsomitra tacrocarpa имеет плоды величиной с арбуз, которые при созревании лопаются и выбрасывают сотни семян-летучек, которые долгое время парят в воздухе. У входа в парк обращает на себя внимание древесная фасолевидная лиана, 40 см в диаметре, которая перекинулась с одной аллеи на другую, образовав над дорогой гигантские плети. Лиана под названием Пламя Ириана цветет крупными соцветиями с красно-коралловыми цветками, которые свисают гроздьями.

В саду есть участок, где произрастают пальмовые лианы, у которых узкий кожистый лист кончается острым крючком. Не дай бог войти в заросли этой ротанговой пальмы: острый шип разрывает рубашку и глубоко вонзается в тело. Эти пальмы-лианы можно узнать по нераскрытому перистому листу, который торчит над кроной, как антенна.

Вся территория сада разбита на участки, на которых представлены деревья по семействам.

В ботаническом саду можно видеть разнообразные деревья с досковидными корнями, или контрфорсами, которые достигают высоты 5 м и присущи только тропическим растениям. Иногда расширение ствола у основания бывает таким большим, что приобретает форму подставки и как бы распластывается по поверхности почвы. Например, мощные эвкалипты имеют булавовидное вздутие у основания ствола.

Некоторые ученые объясняют происхождение досковидных корней тем, что они характерны для деревьев самого высокого яруса — выше 30 м, поэтому высота деревьев и образование таких корней как-то взаимосвязаны. Однако досковидные корни часто встречаются не только у крупных деревьев, но и у представителей флоры с хорошо развитой поверхностной корневой системой. Кроме того, досковидные корни преобладают у растений, произрастающих там, где больше выпадает осадков (условия Багорского ботанического сада весьма благоприятны для успешного образования досковидных корней).

В Багорском саду на сухих высоких местах, хорошо дренированных почвах растут растения с ходульными корнями, относящиеся к роду Pandanus. Например, при входе в парк со стороны лаборатории имени Трейба можно видеть два пандануса высотой около 15 м, которые приподняты над землей метра на три на своих многочисленных ходульных корнях. Ходульные корни образуют и некоторые пальмы.

Многие деревья цветут и плодоносят непрерывно. Но цветки и плоды могут появляться последовательно, как бы волнами, причем цветение идет одно за другим с перерывами от нескольких дней до нескольких недель (например, у фикусов). Порой растения цветут лишь тогда, когда будут сброшены листья на цветущих ветках.

Растут здесь и деревья, цветущие один раз в году, но постоянно образующие новые листья или к моменту цветения полностью их сбрасывающие. Есть деревья, цветущие два и больше раз в году. Это вечнозеленые, дающие непрерывно молодые листья (например, кофе, некоторые фикусы) или сбрасывающие листья дважды в год.

Такие вечнозеленые деревья, как индийский лебурнум, изумительная лагерстремия, цветут поодиночке и в любое время года. Все они сбрасывают листья и цветут с перерывом в 7–9 месяцев.

Типичное явление для тропиков — каулифлория, при которой образование цветков происходит прямо на толстых деревянистых ветвях или на самом стволе. Наконец, можно встретить деревья, у которых цветки и плоды образуются как на ветках, так и на самом стволе. Так, у хлебного дерева крупные плоды весом до 16 кг висят на плодоножках прямо на стволе, такая же картина характерна и для фикусов.

Растет здесь удивительно красивое высокое дерево с раскидистой кроной Moquiha tomentosa (Rosaceae), со слегка удлиненными листьями, с сероватым восковым налетом; его молодые листья свисают вниз, как платки. Плоды дерева тоже слегка вытянутые, овальной формы, с легким восковым налетом.

Багорский ботанический сад прекрасен в любое время года. В сухой период под ногами шуршит листва, словно поздней осенью в нашем лесу. Постепенно сбрасывают листья канарии — типичные жители тропиков. Однако даже в сухой период далеко не все деревья расстаются с кроной, а поля и в это время бывают покрыты зеленью всходов риса.

А вот ливень, который случается здесь, совсем не похож на наш, неслучайно его называют тропическим. Вот как описали этот ливень Яковлевы: „Иногда дождь льет как из ведра Небо полыхает, и разряды грома почти без перерыва следуют друг за другом. Асфальтированная дорога быстро превращается в реку, и лишь стаи маленьких птиц не боятся дождя и летают. Но вот дождь кончается, и через час снова все сухо и можно идти в парк собирать материал. У нижней канариевой аллеи проходим висячий мостик. Нам хорошо видно, как вспучилась речка. Большие валуны ушли под воду, и все бурлит и пенится, на перекатах стремительно несутся кусты и целые стволы деревьев Висячий мостик словно уходит из-под ног. Такая мощь и сила водяной стихии! По-видимому, в предгорьях Салака прошел тропический ливень и вода дошла до нас. В саду тихо, величественно стоит роща масличных пальм, и чуть заметно колышутся ее большие листья, совсем неподвижны блестящие пластинки мощного фикуса. Воздух насыщен влагой, между деревьями повис туман“.

Вместе с дождями в парке увеличивается количество змей и летучих собак — врагов столетних деревьев. Размножаются летучие собаки быстро, давая три-четыре потомства в год; питаются плодами и часто опустошают фруктовые сады.

Бабочки здесь самых разных размеров — почти не видимые глазом и с летучую мышь. Множество птиц.

О. Брыкин рассказал об одном своем редком индонезийском приобретении — птице бэу: „Это черное-черное, как вороненый пистолет, создание с белым хвостом и желтой шейкой могло в буквальном смысле слова говорить на любом языке без акцента. Так она научилась индонезийскому у моей служанки, русскому — у меня, английскому — у моих гостей. Почти как попугай, но без акцента. У нее был мощнейший клюв, которым она могла разгрызть проволочную клетку. Когда она повзрослела (а я взял ее практически птенцом), пришлось купить стальную клетку“.

Багорский ботанический сад был создан группой ученых-инициаторов. Большая заслуга в развитии сада принадлежит ботанику Тейсману, который более 30 лет (1831 — 1869) собирал и пополнял ботанические коллекции. В память о Тейсмане на одной поляне в саду был сооружен небольшой обелиск.

В ботаническом саду ведется большая научная работа. На основе лаборатории имени Мельхиора Трейба был создан Институт ботанических исследований. Национальный биологический институт также связан с историей ботанического сада (сотрудники этого учреждения организовали сотни экспедиций в разные районы тропиков и собрали громадное число растений, образцы которых представлены в гербарии).

В 1894 году Мельхиор Трейб пригласил в ботанический сад одного ученого для сбора зоологических материалов. Позже здесь организовали выставку фауны Малайского архипелага, она и положила основу для создания Зоологического музея.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.