Маршрут 5 Вокруг мыса Кап Бон

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

Маршрут 5

Вокруг мыса Кап Бон

*Хаммамет – *Набёль – *Келибия – **Керкуан – Эль-Ауария – Сиди-Дауд – *Корбус – *Солиман – Громбалия – *Хаммамет (213 км)

Район мыса Кап Бонодин из самых плодородных и самых красивых районов Туниса. Кольцевой тур вокруг мыса позволяет туристу удачно сочетать впечатления от ландшафтов, осмотра археологических раскопок и местной кулинарии. На автомобиле по этому маршруту можно проехать за один день, на общественном транспорте за два, разделив маршрут на два этапа.

Начинаясь в зоне *Хаммамета-Набёля (с. 33), дорога тянется вдоль побережья через оживленные городки.

*Келибия (Kelibiaj, 70 км) издалека привлекает внимание путешественника своей крепостью, возвышающейся над маленьким, спокойным рыбацким поселком. Следы заселения относятся здесь к пунийским временам. Крепость основали еще византийцы; в XIII в. ее капитально перестроили Хафсиды. Замечательные песчаные пляжи в бухте у подножия скалы со стоящей на ней крепостью почти не освоены. Если будет реализован тунисско-итальянский проект «Келибия Ла-Бланш», то вскоре здесь, видимо, возникнет второй «Порт эль-Кантауи».

В настоящее время в ресторанах Келибии можно питаться добротно, во-первых, и по вполне приемлемым ценам, во-вторых. Обязательно следует попробовать изысканный белый мускат «Muskat de Kelibia».

Результаты раскопок в **Керкуане (Kerkouane), 83 км, расположенном примерно в 13 км от Келибии, представляют собой своего рода археологическую сенсацию. На первый взгляд места раскопок выглядят несколько разочаровывающе, поскольку помимо фундаментов обычных жилых домов вроде бы не на что и смотреть. Однако туристам следует иметь в виду, что в данном случае они стоят перед единственным пунийским городом, до сего времени найденным в Тунисе археологами. Туристы, имеющие достаточно времени для наблюдений, могут сделать любопытное открытие: пунийцы – в отличие от римлян – не строили общественных бань (терм): в каждом доме имелось санитарно-гигиеническое оборудование, и каждый дом был, соответственно, подключен к канализационной сети. Высеченные из камня сидячие ванны выглядят просто крошечными. Впрочем, столь же маленькими выглядят и фундаменты домов – по сравнению с помпезными римскими виллами Карфагена и Утики. На вопрос о том, богаты или бедны были керкуанцы, археологи пока не в состоянии дать ответа. Во всяком случае, им был известен такой весьма дорогой краситель, как пурпур, извлекаемый из сгнивших на берегу моллюсков определенного вида (иглянок). Места, где изготавливали пурпур, найдены археологами неподалеку от города. В Городском музее с прекрасно оформленными экспозициями представлены самые лучшие из археологических находок Керкуана ежедн. 9.00-19.00, зимой 9.00-16.30).

К сожалению, взглянуть на самую высокую точку мыса Кап Бон, удаленную от Сицилии всего на 140 км, не удастся, поскольку вершина кряжа ДжебельАбиод является охраняемой военной зоной. Неподалеку от него находится рыбацкое селение *Эль-Ауария (Еl-Haouaria), 94 км. В начале каждой весны это селение пробуждается к новой жизни, когда его мужчины отправляются охотиться на соколов-перепелятников. Птиц ловят сетями и обучают, чтобы использовать их в течение довольно короткого охотничьего сезона. С конца мая по начало июня соколятники отпускают своих птиц на волю – повод для восхитительного праздника, который привлекает в Эль-Ауарию многочисленных туристов. На расстоянии нескольких километров от селения находятся каменоломни римской эпохи Гар эль-Кебир (Ghar el-Kebir), в которых рабы добывали строительный камень для Карфагена. Подземные пещеры, которые образовывались при этом, приобретали бутылкообразную форму. При осмотре пещер обязательно следует воспользоваться услугами гида.

Питание:

La Daurade,

el haouaria,

тел.: 02/26 90 90.

Недалеко от каменоломен; подаются блюда из редких видов рыб. ОО

Сиди-Дауд (Sidi-Daoud), 102 км, расположен на западном побережье полуострова Основной доход местные жители получают от ловли тунца, точнее охоты на него. Каждая такая охота представляет собой кровавое зрелище, привлекающее в это безликое селение толпы любопытных. В частности, в конце XIX в. французский писатель Ги де Мопассан называл эти рыбацкие matanzas в СидиДауде (и вообще на восточном побережье Туниса) «чудовищно возбуждающими». Смысл matanzas заключается в том, что тунцы – посредством системы вершей и сетей – загоняются в специальные камеры, где и забиваются при помощи мачете.

*Корбус (Kourbous), 156 км. Курорт, о котором можно только мечтать Здесь искала исцеления еще римская знать. Теплые минеральные источники были забыты надолго – до тех пор, пока былую славу им не вернули Хусейниды.

Небольшой виллой в Корбусе владел Хабиб Бургиба. Имеет смысл осмотреть также оздоровительный центр, находящийся в бывшем дворце Хусейнидов, где турист может поправить свое здоровье на водах, содержащих минеральные соли. Возможно, что с течением лет потеряет силу местное, применявшееся столетиями чудо – лекарство от бесплодия: камень «зерзиха». Этот отшлифованный за века каменный блок обещает каждой женщине, которая проберется под ним, обрести счастье материнства в ближайшем будущем.

В Корбусе скалы круто обрываются в кристально чистое море. На участке длиной приблизительно 12 км прибрежная дорога совершает головокружительные повороты, извиваясь по суровым местам, не типичным для столь гостеприимного мыса Кап Бон.

*Солиман (Soliman), 174 км. Последняя остановка на маршруте вокруг мыса Кап Бон. Городок основан в начале XVII в. как место поселения беженцев из Андалусии. Во многих уголках селения еще проявляет себя андалусско-мавританское наследие. Это и минарет, отделанный изразцами, это и чудесные балконы, это и решетки на окнах жилых домов. Свое название селение получило от имени некоего крупного землевладельца, турка по происхождению, поселившегося здесь около 1600 г. Солиман – важный торговый центр. Он славится своими плодородными землями, дающими столице вино, овощи и фрукты.

От Солимана дорога идет к главному населенному пункту «Сада Туниса», промышленному городку Громбалия, 145 км, с оживленным рынком, торгующим по понедельникам Отсюда можно вернуться в *Хаммамет, 213 км, по автостраде или по шоссе Р1.

Пунийское наследие

Объекты пунийской материальной культуры погребены под мощными культурными слоями Рима, Византии. Если археологи в основном могут идентифицировать строительные методы пунийцев и в состоянии составлять планы их городов или храмов, то, столкнувшись с вопросом об образе жизни и характере этого народа, они вынуждены просто-напросто сложить оружие. Исходя из современного уровня знаний, ответить на вопрос о том, каковы же были пунийцы, объективно не представляется возможным.

Долгое время историческая наука довольствовалась тем, что разделяла греко-римские воззрения на пунийцев: жесточайшие люди, которые, пьянея от крови, приносили своих детей в жертву богам, жадные, мелочные, лукавые и всегда озабоченные единственно своей выгодой. Слова «Fides punica», т.е. «пунийская (не)верность» стали клеймом, которым в Риме награждали особенно ненадежных сограждан. То, что столь негативная характеристика была обусловлена конкурентной борьбой за контроль над торговыми путями в Средиземном море, совершенно очевидно.

После покорения Карфагена Рим весьма тщательно истреблял все пунийское. Горели библиотеки, из пунийской эпохи не осталось ни одного письменного памятника вплоть до восхваляющих божества надписей на тысячах надгробий.

Однако то, что из Карфагена исходило не только зловоние кровавых жертв, но и нечто иное, подтверждает сама латынь. Словами «Mala punica» римляне называли привозимые из Африки плоды граната, а термином «Pavimenta-punica» Катон Старший называл «украшенный утрамбованный пол», входивший тогда в моду в Риме. В Керкуане – подобные полы имеют многие дома.

Основой такого пола является слой красного цемента, в который вкраплены кусочки мрамора и других разно цветных камней. Такой пол, в сущности, – предшественник мозаики. Для пунийцев был вообще характерен выраженный интерес ко всему имеющему практическую ценность. Так, например, пособие по ведению сельского хозяйства, написанное пунийским агрономом Магоном, имело такое значение, что по решению римского Сената оно одно-единственное из пунийского письменного наследия было переведено на латынь. Заметим, что имение Магона было расположено как раз на мысе Бон.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.