ИОСИФ ВИССАРИОНОВИЧ СТАЛИН (1879–1953)

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

ИОСИФ ВИССАРИОНОВИЧ СТАЛИН

(1879–1953)

Политический и государственный деятель СССР. Руководитель Коммунистической партии и Советского государства (1924–1953). Маршал Советского Союза (1943), Генералиссимус Советского Союза (1945).

Иосиф Виссарионович Джугашвили (Сталин) родился 21 декабря 1879 года в грузинском городке Гори в семье сапожника Виссариона. Мать его Екатерина Геладзе происходила из семьи бывших крепостных. В 1888 году Иосифа отдали в местное духовное училище. После смерти мужа Екатерине Джугашвили пришлось пойти в прачки, чтобы дать сыну образование. В июне 1894 года он окончил училище в числе лучших. В сентябре того же года его определили в Тифлисскую православную духовную семинарию. До мая 1899 года это учебное заведение оказывало решающее влияние на его духовное развитие.

Крутой поворот в жизни Джугашвили произошел в 1898 году, когда он вступил в ряды грузинской социал-демократической организации «Месаме даси» («Третья группа»). Позднее Сталин будет считать эту дату началом партийного стажа.

В ноябре 1901 года Джугашвили стал членом Тифлисского комитета Российской социал-демократической рабочей партии и отправился в Батуми. Здесь он взял себе псевдоним Коба, по имени героя романа Александра Казбеги «Отцеубийца» — сильного, немногословного, бесстрашного мстителя.

В 1903 году Джугашвили женился на Екатерине Сванидзе, простой грузинской девушке, глубоко религиозной. Она не разделяла революционных взглядов мужа. Екатерина родила сына Якова (1908), но через год заболела и умерла. Впоследствии ребенка растила сестра Екатерины.

В период с 1902 по 1913 года Джугашвили шесть раз подвергался арестам. Столько же его ссылали, и четыре раза ему удавалось бежать. В декабре 1905 года в финском городе Тамземерфорсе, где проходила I конференция РСДРП, Джугашвили познакомился с В.И. Лениным. Коба занимался революционной агитацией, руководил экспроприациями на Кавказе. В феврале 1913 года по доносу провокатора Малиновского он был арестован в Петербурге и сослан в Туруханский край. В годы ссылки он взял псевдоним Сталин.

Он вернулся из ссылки 12 марта 1917 года, сразу после Февральской, революции. На Апрельской конференции он был выбран в ЦК, чему способствовал Ленин. На конференции Сталин выступал с докладом по национальному вопросу. Впоследствии он вошел в состав Совнаркома и был назначен наркомом по делам национальностей. Затем он стал членом Реввоенсовет та Республики, а через месяц членом ВЦИК.

В 1919 году Сталин женился на Надежде Сергеевне Аллилуевой, дочери старого революционера Сергея Аллилуева, с которым Коба познакомился: в 1904 году. Надежда Аллилуева, вступив в партию в 1918 году, некоторое время работала в Царицыне. Разница в возрасте между ними была существенная — 23 года. В семье родились дочь Светлана и сын Василий. В 1932 году Надежда Аллилуева покончила жизнь самоубийством, что явилось тяжелым ударом для Иосифа Виссарионовича.

После Гражданской войны Сталин был назначен наркомом по делам национальностей. В апреле 1922 года он был избран Генеральным секретарем ЦК ВКП(б). Хорошо организованный Сталиным партийный аппарат уже в то время мог противостоять любой оппозиции.

В предвоенные годы благодаря энтузиазму советских людей страна достигла немалых успехов. Как вполне справедливо заметил уже после смерти Сталина У. Черчилль, «он принял Россию с сохой, а оставил ее с ядерным оружием». И в то же время под руководством Сталина была проведена беспрецедентная по жестокости кампания коллективизации.

В 1927 году Сталин говорил о советской стратегии почти в тех же выражениях, как Ленин десятилетие назад: «…Очень многое… зависит от того, удастся ли нам оттянуть войну с капиталистическим миром… до того момента… пока капиталисты не передерутся между собой…» Во внешней политике Сталин не делал различий между отдельными капиталистическими государствами. Его истинное мнение по поводу стран, проповедующих добродетели всеобщего мира, недвусмысленно высказано после подписания в 1928 году пакта Бриана — Келлога: «Они болтают о пацифизме; они говорят о мире между европейскими государствами. Бриан и Остин Чемберлен обнимаются друг с другом… Все это чепуха. Из истории Европы мы знаем, что как только подписывались договоры, предусматривавшие новую расстановку сил для новых войн, их называли договорами о мире…»

В результате ожесточенной борьбы Сталин после XVII съезда партии (1934) стал практически единоличным властелином огромной империи. Убийство Кирова явилось сигналом к организации больших процессов. Более 12 миллионов сограждан были сосланы в ГУЛАГ и тюрьмы.

30 января 1933 года Гитлер стал канцлером Германии. Сталин имел тайное намерение направить экспансию Гитлера против Англии и Франции. В конце 1920-х — начале 1930-х годов он заявлял, что главным противником Советского Союза являются западные демократии — Англия и Франция.

Постоянно растущая агрессивность Гитлера и заключение антикоминерновского пакта между Германией и Японией (1936) вынуждали Сталина искать союзников. В 1935–1937 годах Сталин интенсивно занимался созданием коалиции против Гитлера, о чем свидетельствует заключение пакта о взаимопомощи с Францией. Но в отношениях Советского Союза с Западом преобладало недоверие друг к другу. Сталин подозревал — и не без основания — западные демократические страны в том, что они подстрекают Гитлера напасть на СССР.

В делах международной политики Сталин проявлял себя мастером холодного расчета и весьма гордился тем, что не позволял себя спровоцировать на поспешные шаги, особенно капиталистическими лидерами, чью способность понимать соотношение сил он ставил значительно ниже собственной. Нерешительная позиция западных держав в вопросе «коллективной безопасности» только укрепила Сталина в его подозрениях. Мюнхенские события 1938 года доказали, что идея совместного фронта обороны против Гитлера обречена на неудачу. Поэтому Сталин решил, что Советский Союз должен самостоятельно решать проблему своей безопасности.

3 мая 1939 года Литвинов был снят с поста народного комиссара СССР по иностранным делам, и его место занял Молотов. Отстранение Литвинова произвело на Гитлера впечатление, на которое и рассчитывал Сталин, поскольку оно произошло в тот момент, когда фюрер вынашивал мысль о нападении на Польшу и поэтому нуждался в соглашении со Сталиным.

Немецкий посол в Москве сообщил Молотову о том, что правительство Германии готово начать переговоры с Советским Союзом. 20 мая Сталин через Молотова и Шуленбурга уведомил Гитлера, что Советское правительство, исходя из имеющегося у него опыта ведения дел с Германией, заявит о своем согласии на возобновление переговоров о торговле тогда, когда для этого будет создана необходимая «политическая основа». Теперь не оставалось никаких сомнений, что Сталин стремится к взаимопониманию с Гитлером. Это подтверждали сдержанность, которую проявлял Сталин по отношению к западным державам, и упорство, с которым он в переговорах с ними настаивал на условиях, которые заведомо не могли исполнить Англия, ни Франция.

17 августа Сталин сообщил послу Германии, что первым шагом к улучшению отношений может стать заключение договора о торговле и кредит. Это противоречило его собственному заявлению, сделанному 20 мая, о том, что для переговоров о торговле необходима «политическая основа», было характерно для Сталина — он, используя любые возможности произвольно менял свою позицию невзирая на сделанные раньше заявления. Однако переговоры все же закончились успешно после того, как Сталин убедился, что Гитлер намерен напасть на Польшу, что должно было привести к войне между Германией и западными державами. Предложенный Гитлером пакт о ненападении и Дополнительный секретный протокол дал Сталину огромные преимущества, поскольку эти соглашения ограждали Советский Союз от непосредственной угрозы нападения со стороны Германии и гарантировали начало войны между Германией и западными державами без одновременного втягивания в войну Советского Союза; без всякого сопротивления передавали в собственность Советского Союза важнейшие стратегические позиции (прибалтийские государства); наконец, позволяли ускоренными темпами вести вооружение своей страны.

Таким образом, Сталин имел все основания быть довольным соглашениями, достигнутыми 23 августа 1939 года между Германией и Советским Союзом. Это подтверждают его внимание к подписанию договора Молотовым и Риббентропом и забота, с которой он следил за проведением его в жизнь.

В последующие недели Сталин также лично появлялся на переговорах с представителями Германии. Именно он в ночь с 16 на 17 сентября поставил графа Шуленбурга в известность о том, что Красная армия в течет следующих четырех часов начнет продвижение на территорию Польши. 25 сентября 1939 года в беседе с Шуленбургом Сталин предложил внести изменения в Дополнительный секретный протокол от 23 августа 1939 года, в результате чего в сферу влияния СССР попадала бы, кроме Латвии и Эстонии, также Литва. В ходе переговоров о границах именно Сталин начертил линию, в соответствии с которой пограничные комиссии затем должны были проложить границы.

В период между подписанием пакта о ненападении (23 август 1939 года) и началом войны между Германией и Советским Союзов (22 июня 1941 года) Сталин допустил несколько просчетов. Разумеется, он сумел извлечь из достижения взаимопонимания с Гитлером немалые выгоды для Советского Союза, который получил часть Польши, прибалтийские государства и Бессарабию и увеличил тем самым свое население на 13 миллионов. Однако одновременно Сталин продемонстрировал недостаточную осведомленность о соотношении сил между Германией и Польшей, в значительной степени переоценив предполагаемое сопротивление Польши нападению Германии.

Когда 10 мая 1940 года Гитлер приготовился нанести решающий удар по Франции, Сталин был убежден в том, что линия Мажино окажется непреодолимым препятствием для агрессора и обе стороны будут втянуты в изматывающую позиционную войну. Вместо этого уже 17 июня 1940 года он был вынужден через Молотова передать послу Германии в Москве «самые теплые поздравления Советского правительства по случаю блестящего успеха немецких войск».

Пакт о дружбе и ненападении, подписанный Сталиным 5 апреля 1941 года с Югославией и положивший начало военной агрессии Германии против Югославии и Греции — еще одна политическая ошибка Сталина. Пакт так и не привел к отсрочке нападения Германии на Советский Союз. Сталин считал, что на Балканах немцы встретят достойное сопротивление, но этого не произошло. 13 апреля 1941 года он был вынужден заверить посла Германии в том, что «Германия и Советский Союз — друзья и он, посол, должен сделать все для сохранения такого состояния».

Начиная с этого момента Сталин проводил по отношению к Гитлеру политику умиротворения: он разорвал дипломатические отношения с Югославией, Норвегией, Бельгией и Грецией под тем предлогом, что эти страны вследствие немецкой оккупации утратили суверенитет; он отдал приказ о бесперебойном снабжении Германии советским сырьем, хотя она давно имела задолженность по поставкам в Советский Союз. Политика Сталина, направленная на умиротворение Гитлера, оказалась одной из самых больших тактических ошибок, поскольку она не произвела на Гитлера ожидаемого впечатления. Гитлер рассматривал попытки Сталина поддержать в нем хорошее расположение духа как признак слабости и теперь окончательно укрепился во мнении, что никогда ему не представится более благоприятной возможности для того, чтобы разбить Советский Союз, уничтожить советский режим и обеспечить немецкому народу «дополнительное жизненное пространство» путем захвата русских и украинских территорий.

Сталин до последнего дня пребывал в уверенности, что Гитлер не отважится напасть на Советский Союз, а концентрация его войск на советской границе — всего лишь блеф, предпринятый с целью добиться уступок в экономической или территориальной сфере.

Таким образом, зародившиеся 23 августа 1939 года германо-советские «дружественные отношения» закончились 22 июня 1941 года объявлением войны Советскому Союзу.

19 июля Сталин занял пост наркома обороны, а 8 августа он был назначен Верховным Главнокомандующим Вооруженными Силами СССР. Современники единодушно отмечают его удивительную способность разбираться в обстановке.

В связи с заключением в мае 1942 года англо-советского союзного договора англичане заявляли, что «между правительствами Великобритании и Советского Союза существует согласие относительно необходимости открытия второго фронта в Европе в течение 1942 года». Сами же не торопились его открывать. Это вызывало наибольшую озабоченность Сталина и стало предметом его личного столкновения с Черчиллем во время визита последнего в Москву в августе 1942 года. Английский премьер-министр дал понять, что второй фронт будет открыт не ранее 1943 года. В действительности же это произошло лишь 6 июня 1944 года, то есть 16 месяцев спустя после победы, которую одержала Красная армия под Сталинградом!

В ноябре 1943 года, в Тегеране состоялась конференция трех держав, на которой была принята Декларация о совместных действиях против Германии. США и Англия не могли остаться в стороне от предстоящего раздела мира и сфер влияния. К тому моменту Советская армия находилась в ста километрах от Берлина. Черчилль в мемуарах отмечает «располагающую манеру вести себя, которой Сталин умело пользовался всегда, когда хотел добиться какой-либо определенной цели».

Член советской делегации А А. Громыко вспоминал: «Именно тогда Сталин несколько раз пытался получить ответ от Черчилля, когда начнется высадка союзников в Европе, то есть когда будет открыт второй фронт. Но он так и не получил этого ответа. Однажды, едва сдержавшись, Сталин поднялся с кресла и сказал Ворошилову и Молотову: „У нас слишком много дел дома, чтобы здесь тратить время. Ничего путного, как я вижу, здесь не получается…“ Черчилль в замешательстве, боясь, что конференция может быть сорвана, заявил: „Маршал неверно меня понял. Точную дату можно назвать — май сорок четвертого“».

Так Сталин получил от Черчилля и Рузвельта заверения в том, что летом 1944 года будет создан второй фронт — произойдет вторжение во Францию. Дальнейшим успехом явилось также признание линии Керзона восточной границей Польши.

В 1944 году Красная армия освободила территорию СССР. Сталин отошел от непосредственного руководства военными операциями: его занимало решение политических проблем, среди которых в первую очередь его волновали планы раздела Европы на сферы влияния. В вопросе об организации политической жизни в будущей советской зоне Сталин проявил дальновидность и целеустремленность, выдвинув требование о соблюдении следующих принципов: в странах, граничащих с Советским Союзом, «устанавливается демократический строй» и «правительства этих стран должны быть дружественно настроены по отношению к Советскому Союзу».

17 января 1945 года советские войска в рамках освободительного наступления, предпринятого ими по просьбе союзников, заняли Варшаву.

Таким образом, когда 4 февраля 1945 года «большая тройка» прибыла на Ялтинскую конференцию, на которой обсуждалось послевоенное обустройство Германии и Европы. Сталин мог наслаждаться сознанием того, что внес решающий вклад в победу. В противном случае ему, возможно, не удалсь бы в Ялте преодолеть сильнейшее сопротивление Черчилля и добиться признания за великими державами права вето в будущей Организации Объединенных Наций. Здесь же был решен вопрос о вступлении в войну против Японии. На конференции решалось будущее Германии. «Большая тройка» достигла договоренности о безоговорочной капитуляции гитлеровской Германии. В основу будущего этой страны был положен принцип демократизации и демилитаризации.

К моменту отъезда Сталина на Потсдамскую конференцию, которая проходила с 17 июля по 2 августа 1945 года, Рузвельта уже более трех месяцев не было в живых. Его преемник Гарри Трумэн был новичком в дипломатии и, соответственно, держался неуверенно. К тому же в середине конференции Черчилля сменил Эттли, поскольку в Англии у руля власти встала партия лейбористов. Прибывшие на конференцию министры иностранных дел Англии и США также были новыми людьми и в силу отсутствия опыта уступали Сталину. Сложившаяся ситуация дала Сталину возможно смоделировать не одно выгодное для себя компромиссное решение. И все-таки главным итогом конференции явилась выраженная тремя державами-победительницами воля не допустить, чтобы с германской земли вновь, исходила агрессия.

Непосредственно после Потсдамской конференции, 8 августа 1945 года Советский Союз вступил в войну с Японией. Расчет Сталина оказался верным, поскольку в тот день, когда он объявил о вступлении СССР в войну, США нанесли по Японии второй атомный удар. Примечательно, что свое нападение на Японию Сталин преподнес русскому народу как реванш за поражение, нанесенное Японией Российской империи в 1904–1905 годах. С 9 августа по 2 сентября 1945 года в ходе проведения советскими войсками Маньчжурской операции была разгромлена Квантунская армия, что привело к капитуляции Японии и окончанию Второй мировой войны. Однако этим был положен конец лишь боевым операциям на суше и на море.

Решение Сталина распространить свою власть не только иа Восточную и Центральную Европу, но и на Ближний и Дальний Восток, стало очевидным уже в сентябре 1945 года на первой конференции совета министров иностранных дел держав-союзников в Лондоне, где Молотов заявил о претензиях СССР на непосредственное участие в японском вопросе. Эта претензия была отклонена западными державами, однако в декабре 1945 года в результате переговоров, состоявшихся в октябре между Сталиным и американским послом Гарриманом, СССР удалось добиться участия в Дальневосточной комиссии и в Совете союзников по вопросам Японии. Северная Корея до 38-й широты была признана зоной советской оккупации; тогда же была установлена власть Советского Союза над Румынией и Болгарией.

В первые дни марта 1946 года между западными державами и Советским Союзом вспыхнул серьезный конфликт, поскольку советские войска не ушли из северной части Ирана к установленному сроку — 2 марта. 5 марта Черчилль отреагировал на это гневной речью в Фултоне. Он также в резких выражениях высказался против попытки СССР организовать коммунистическую Германию. Ответом на эту речь Черчилля было интервью Сталина от 13 марта, в котором он называл Черчилля «поджигателем третьей мировой войны» и сравнивал его с Гитлером. Под давлением западных держав, занявших жесткую позицию, Сталин вывел советские войска из Ирана и в последующих интервью старался высказываться с подчеркнутой сдержанностью. Однако мартовские события 1946 года нанесли доверительным отношениям, возникшим во время войны между Сталиным и Черчиллем, смертельный удар.

С 1947 года, после встречи в Москве министров иностранных дел держав-союзников, выявившей острые противоречия между ними в отношении Германии, начался период холодной войны.

Образование блока социалистических стран явилось большой дипломатической победой Сталина. В Венгрии, Румынии и Польше социалистические партии были объединены с коммунистическими. В конце февраля 1948 года коммунисты Чехословакии захватили власть в Праге. Правда, в Югославии СССР потерпел неудачу, поскольку Тито отказывался выполнять волю Кремля. В результате в июне 1948 года произошел разрыв между Восточным блоком и Югославией.

В августе 1949 года в СССР была испытана атомная бомба, а осенью было провозглашено создание КНР, что также следует отнести к успехам советской дипломатии.

В октябре 1952 года в течение 10 дней заседал XIX съезд КПСС, первый после 13-летнего перерыва и последний при жизни вождя. Сталин выступил на нем лишь один раз, с заключительным словом. В последние годы своей жизни он страдал гипертонической болезнью, у него прогрессировал атеросклероз сосудов головного мозга.

В ночь на 2 марта у него произошло кровоизлияние в мозг. 6 марта 1953 год диктор Левитан зачитал по радио правительственное сообщение:

«5 марта в 9 часов 50 минут вечера… перестало биться сердце соратника и гениального продолжателя дела Ленина, мудрого вождя и учителя Коммунистической партии и советского народа — Иосифа Виссарионовича Сталина».

Каким он был дипломатом, можно судить из следующих высказываний!

Министр иностранных дел Великобритании А. Иден: «Сталин с самого начала произвел на меня сильное впечатление, и мое мнение о его способностях никогда не менялось. Его личность оказывала влияние на соб седника без каких-либо видимых усилий с его стороны… В качестве переговорщика маршал Сталин был самым серьезным партнером. Более того, если бы мне пришлось, используя свой примерно тридцатилетний опыт участи в конференциях, подбирать команду для круглого стола, Сталин был бы моим самым первым кандидатом». Г. Киссинджер, госсекретарь США: «Истинный монстр, в вопрос проведения внешней политики Сталин, однако, был в высшей степени идеалистом: терпеливым, проницательным и непреклонным — Ришелье своего времени… Лидеры демократических стран не могли уразуметь, что тяжеловесными, несколько теологическими по построению речами Сталина кроется целенаправленная жестокость мысли и действия. И все же эта жестокость — следствие незыблемой верности коммунистической идеологии — не мешала ему проявлять, где необходимо, исключительную тактическуя гибкость».

Данный текст является ознакомительным фрагментом.