ХУАН И ЭВИТА: Утраченные иллюзии

ХУАН И ЭВИТА: Утраченные иллюзии

Диктатор Хуан Перон и его жена Эвита — бывшая певица из ночного клуба — много лет правили Аргентиной. Прикрываясь благими намерениями, они ограбили миллионы людей, привели страну на край банкротства. И все это проделывалось якобы "во имя аргентинского народа".

Это была странная и на первый взгляд несовместимая парочка: певица с сомнительной репутацией и честолюбивый армейский полковник. Но они долго определяли курс латиноамериканской политики, и по сей день аргентинцы поминают их недобрым словом.

Мюзикл Эвдрю Вебера "Эвита" был не единственной причиной того, что Эва Дуарте, пассия аргентинского диктатора, приобрела скандальную известность. В стране, где перонизм стал почти религией, Хуан и Эвига были полубогами, которым поклонялись и которых ненавидели.

Люди без совести и принципов, они беззастенчиво присваивали миллионы из национальной казны, занося их на свои личные счета в швейцарском банке. Во время второй мировой войны они поддерживали фашистское движение в Европе, душили оппозиционную прессу, преследовали прогрессивных религиозных деятелей.

Перонизм по сути дела оказался хорошо организованным ограблением государства. До прихода Перона к власти Аргентина была одной из богатейших стран в мире. После него страна превратилась в банкрота.

Хуан Доминго Перон родился в 1895 году в бедной иммигрантской семье. Он поднимался по служебной лестнице благодаря усердию и способностям. Внешне обаятельный, атлетического сложения человек, в душе он был трусом и подлецом. Перон мечтал о громкой славе, и многие его абсурдные экономические реформы проводились ради аплодисментов толпы.

До 1943 года, когда произошел военный переворот, Аргентина находилась под властью президента Рамона Кастильо. Антиправительственный заговор возглавили армейские офицеры, объединенные в тайное общество "Молодые орлы". Среди них был и полковник Перон. Антифашистская позиция президента раздражала военных, среди которых было немало офицеров итальянского происхождения, боготворивших Муссолини.

Во время переворота Перон служил в военном ведомстве и считался одним из самых ярых профашистски настроенных офицеров. Новыми властями он был назначен на высокий пост в министерстве труда, созданном военной хунтой.

Рабочее движение в Аргентине традиционно контролировалось профсоюзами. Перон решил слить рабочих в один военизированный союз, где бы господствовали тоталитарные порядки, которыми он восхищался во время поездки в нацистскую Германию и фашистскую Италию.

Перон использовал все свое обаяние, чтобы привлечь на свою сторону руководителей профсоюзов, создать в глазах рабочих имидж "старшего брата", который стремится облегчить их экономическое и социальное положение.

Несколько месяцев назад этих же людей он называл коммунистическими подонками и отбросами общества. Но накануне выборов нужно было получить от народа мандат доверия, а Перон был уверен, что лесть — лучший способ добыть голоса избирателей.

Он добился того, чтобы переговоры о зарплате между рабочими и предпринимателями проходили через его ведомство. Перону это было выгодно, взятки от профсоюзных боссов и владельцев предприятий тайно переправлялись на его банковский счет в Швейцарии.

Перон ввел оплачиваемые отпуска, доплаты к Рождеству и другие льготы. В то время как трудящиеся приветствовали эти краткосрочные меры, предприниматели роптали из-за потери рычагов управления, а профсоюзы послушно следовали правительственной политике. И те и другие были жертвами попыток Хуана Перона ввести режим военной диктатуры, основанный на поддержке масс.

По мере того как в Европе рушились диктаторские режимы, которыми так восхищались аргентинские военные, в стране разрасталось движение в защиту демократии. В августе 1945 года было отменено чрезвычайное положение, введенное во время войны. В следующем месяце по улицам аргентинской столицы прошла полумиллионная демонстрация. Население требовало соблюдения прав человека. Это испугало правительство и вызвало волну арестов. А когда среди самих военных возникли разногласия и мнение многих из них совпало с позицией рабочих, Перон решил, что настало время подняться на вершину власти. Он выступил по радио, призывая рабочих к решительным действиям". Этот смелый, но демагогический призыв закончился арестом по обвинению в призыве к общественным беспорядкам и заключением будущего президента под стражу.

Когда Перона арестовывали, его любовница Эва Дуарте свирепо дралась с солдатами, выкрикивая ругательства, в то время как сам полковник не оказывал сопротивления. Эва устроила митинг в поддержку Перона, прибегнув к помощи профсоюзов, которые он опекал. Беспорядки на улицах Буэнос-Айреса продолжались двое суток. В конце концов военные уступили, и Перон был отпущен. Политический статус опального полковника повысился как никогда.

Поняв, что его мечтам о неофашистской рабочей милиции не суждено сбыться, Хуан Перон ушел в отставку и выступил в качестве лидера новой рабочей партии.

Первым шагом Перона на пути к диктатуре была ликвидация профсоюзов обувщиков и текстильщиков, которые не захотели подчиниться тоталитарным принципам организации профсоюзного движения.

В течение полугода со строптивыми руководителями рабочего движения было покончено, и поверженных лидеров выслали из страны.

Чтобы получить кредит доверия на предстоящих президентских выборах, Перону нужна была также победа над католической иерархией, особенно если учесть, что церковь публично осуждала его связь с Эвой Дуарте. Он развелся со своей женой, надеясь жениться на Эвите, которая была моложе его на 24 года. В 1945 году Перону наконец удалось убедить церковь, которая в то время не признавала разводы, сделать для него исключение и благословить брак с Эвитой.

В 1946 году Перон осуществил свою мечту на президентских выборах в Аргентине. В борьбе за власть он заручился поддержкой рабочих. Страна была готова принять нового лидера. Он пришел к власти на волне больших ожиданий и надежд. Богатая природными ресурсами Аргентина использовала войну, которая бушевала далеко от ее границ, для укрепления своей экономики. Бизнес процветал, и в банках накопились огромные суммы денег.

"Несомненно, Перон чрезвычайно плохо управлял системой, — писал английский историк Фернс в своем фундаментальном исследовании "Аргентина". — Как капризный ребенок, он хотел иметь все сразу. Он показал себя неспособным делать выбор и устанавливать приоритеты, которые необходимы для функционирования любой экономической системы. Он убеждал общество поверить в скорое и полное процветание. Но никто не мог предположить, что же ожидает страну в действительности".

В материалах по исследованию Аргентины Джоном Симпсоном и Джейн Бен- нет сказано: "Все это было своеобразной формой благотворительности Перо- на. Он заставил рабочий класс почувствовать собственное достоинство и свое значение в национальной жизни Аргентины. Задача состояла не в том, чтобы дать власть рабочему классу, а чтобы подкупить его и передать власть Перону".

Извращенные идеи социализма привязывали рабочих и предпринимателей к тоталитарному государству, которое открыто попирало демократию. Перон тратил огромные суммы государственных денег на национализацию пришедших в упадок железных дорог. Он стал мастером обещаний, которые никогда не выполнялись, любимцем рабочих, которые никогда не получали положенного от государства. Стремясь подкупить социальные низы, Перон установил для них щедрые льготы. Все это позднее привело Аргентину к экономическому краху, последствия которого не изжиты до сих пор.

К 1949 году пероновские планы съела инфляция. Начались выступления вконец обнищавших трудящихся. Перон отреагировал резко, арестовывая диссидентов, преследуя церковников. Был принят драконовский закон, по которому за оскорбление президента и государственных служащих следовало серьезное наказание. Газеты, критиковавшие Перона и Эвиту, были закрыты.

Например, влиятельная и некогда популярная "Ла пренса" была превращена в рупор прирученных правительственных профсоюзов.

Эва в эти годы активно изымала деньги у бизнесменов и землевладельцев, вкладывая огромные средства в то, что было названо крупнейшим в истории "взяточным" фондом. Он использовался для подкупа влиятельных лиц и проведения широко разрекламированных благотворительных кампаний. Эва действительно помогала строить школы и обучать детей, кормила голодных и открывала убежища для бездомных. Однако огромное количество собранных денег распределялось людьми, которые отвечали только перед нею. Ее эмиссары разъезжали по всем фабрикам, цехам, строительным площадкам, чтобы собрать взносы, которые требовала новая Клеопатра.

Предприятия, не внесшие средства добровольно, немедленно закрывались как нерентабельные.

По оценкам экспертов, Эвита похитила из этого фонда 100 миллионов долларов и поместила их на секретные счета в швейцарских банках.

Фонд, который создавался как общество, поддерживаемое добровольными взносами, вскоре стал напоминать мафиозную организацию. Эва решительно требовала платежей от каждого рабочего, который получал повышение, от каждого предпринимателя, который заявлял, что ему необходима государственная поддержка. Каждый возможный источник финансирования был основательно "выдоен", так что широковещательные признания супруги президента в любви к "простым людям" оказались не более чем мифом.

Это не была нежная и грациозная женщина, какой она старалась казаться окружающим. "Первая леди" уверенно опиралась на мощь армии и полиции.

Расходуемые ею суммы были напрямую связаны с интересами и потребностями диктаторского режима.

Больше денег, меньше любви

Автор книги "Эва Перон" Джон Барнс говорит, что после ее смерти следователи нашли 14 миллионов долларов в деньгах и драгоценностях, о которых она просто забыла. Несомненно, большая их часть была похищена из так называемого "фонда Эвы Перон".

"Любовь народа питает меня", — изливалась Эвита перед журналистами, в то время как огромные суммы непроверенных и неучтенных денег поступали на ее банковские счета. Целые государственные учреждения работали чуть ли не сутками, чтобы поддерживать "фонд" этими невидимыми деньгами. На правительственном уровне президент страны подкупал политиков, чтобы они направляли миллионы долларов из общественных фондов в ее организацию. До настоящего времени никто не знает точно, сколько Пероны украли у Аргентины. Но сумма исчисляется сотнями миллионов долларов.

Эва была столь же алчна, сколь и тщеславна. Газеты, которые не уделяли должного внимания ее пышным балам и высоким гостям, неожиданно обнаруживали, что запасы бумаги истощились и пополнить их нечем. Завоевав дешевую популярность среди социальных низов, она так и не была принята в высшем обществе.

Месть супруги президента снобистской элиты не знала границ. Однажды она щедро заплатила торговцу рыбой за то, чтобы он расположился около известного аристократического клуба в Буэнос-Айресе и торговал здесь в течение всего жаркого лета. А когда некий профсоюзный босс имел неосторожность где-то сказать, что Эвите лучше бы распоряжаться на кухне, чем лезть в политику, "первая леди" приказала арестовать вольнодумца и внушить ему уважение к властям с помощью электрического тока.

Другой "еретик" по имени Виктор Белардо был арестован, потому что заявил в радиоинтервью о своем согласии отдать все сбережения на благотворительные нужды при условии, что они не будут поглощены "фондом Эвиты".

Пероны аккумулировали многие миллионы от доходов, получаемых за импортно-экспортные лицензии. Предприниматели буквально осыпали их взятками, чтобы иметь возможность торговать с внешним миром.

Эва была непревзойденным организатором саморекламы. Однажды супруга президента пригласила женщин с детьми со всей страны, чтобы юные аргентинцы получили от нее подарки: дескать, для Эвы все дети — ее дети. Полиции пришлось потом разгонять многотысячную толпу, и по меньшей мере две матери вернулись домой без своих детей, погибших в давке.

В 1951 году политическая власть Хуана и Эвиты пошатнулась, но лозунг, выдвинутый Пероном и обращенный к рабочим: "Живи сейчас — плати позже", — еще обеспечивал им поддержку части аргентинского общества. Однако на выборах 1951 года, когда Перон предложил избрать вице-президентом свою жену, обоих ждало разочарование. Несмотря на то, что многие еще верили в благодеяния Эвиты, это все-таки было слишком. Мысль о том, что властолюбивая красотка может официально стать вторым лицом в государстве, бросала в дрожь военных, чьей поддержкой так дорожил президент. Не устраивал такой расклад сил и трудящихся. На стенах появился издевательский лозунг: "Да здравствует Перон-вдовец!" Другие произведения "настенной живописи" изображали Эвиту в обнаженном виде, шагающую, подобно Гулливеру, сквозь массы лилипутов. Хуан Перон уступил давлению церкви и военных, и имя его жены не появилось в избирательных бюллетенях.

Незадолго до очередных президентских выборов, которые Перон боялся проиграть, была предпринята еще одна попытка военного переворота, подавленная диктатором. Победа на октябрьских выборах была ему обеспечена. И действительно, Перон получил 62 процента голосов — значительно больше, чем в 1946 году. Народ все еще верил в обещанное тоталитарным режимом "светлое будущее".

В следующем году первое действие национальной драмы неожиданно завершилось печальным событием: Эвита умерла от рака. Ей было всего тридцать три года. Накануне супруга президента совершила кругосветное путешествие, привлекая сердца и умы жителей разных континентов к своей стране. Тем не менее безвременная смерть предотвратила падение ее популярности в глазах сограждан. Уйдя из жизни, Эвита осталась в памяти своих разоренных почитателей прекрасной дамой в мехах и бриллиантах, а не властолюбивой женой диктатора, который не без ее помощи лишил свой народ богатства, привел нацию на край банкротства, заставлял невинные жертвы стонать под пытками в грязных тюрьмах.

Вскоре экономическое положение в стране резко ухудшилось. Король становился голым в глазах его прежних поклонников, вынужденных нести на себе бремя инфляции и усиливающегося террора со стороны тайной полиции. Более того, католическая церковь — традиционный источник и вдохновитель благотворительности в стране — почувствовала ухудшение ситуации, потеряв место в обществе из-за "фонда" Эвиты Перон. Университетские кафедры пополнялись полуграмотными недоучками, которые получали престижные должности от коррумпированных чиновников за взятки. Отряды личной гвардии Перона разграбили богатейшую национальную библиотеку и музей изобразительного искусства в Буэнос-Айресе, откуда уникальные экспонаты перекочевали в домашнюю коллекцию диктатора.

В 1955 году самолеты повстанцев, поддержанных военными, атаковали президентский дворец. Бомбы не попали в цель, но погибли сотни мирных граждан. Вооруженные банды вышли на улицы, грабя магазины, офисы и даже церкви. Армейский гарнизон в Кордове поднялся против президента. Перон спешно покинул страну и на борту парагвайской канонерки отправился в изгнание.

Пещера Аладдина

После бегства диктатора аргентинцам было разрешено посмотреть, как в действительности жила их Эвита. Для широкой публики открылись порталы ее изумительного дворца.

"Это было зрелище, которое затмило бы пещеру Аладдина", — писал корреспондент "Дейли экспресс", после того как осмотрел несметные богатства покойной супруги аргентинского экс-президента. Стеклянные полочки ярус за ярусом отражали блеск выставленных драгоценностей, которые были оценены в два миллиона фунтов стерлингов. Немного дальше мерцали и вспыхивали бриллианты величиной почти с голубиное яйцо. Воротник, инкрустированный драгоценными камнями, был толщиной в пять сантиметров.

Я увидел по крайней мере четыреста платьев — все великолепного фасона и все безумно дорогие. А эксперты подсчитали, что Эвита имела столько пар туфель, что их хватило бы на четыреста лет. Все драгоценности, одежда и картины, как считают, — это только часть того, что Перон и его жена приобрели за неполные десять лет пребывания у власти. Правительство полагает, что большую часть богатства они переправили в Швейцарию. Перон однажды сказал: "Единственная драгоценность, которую я когда-либо подарил моей жене, было обручальное кольцо".

Эти события, случись они в любой другой части мира, а не в Латинской Америке, на том бы и закончились. Однако в 1973 году, после почти двадцатилетнего изгнания, Перон вновь вернулся к власти вместе со своей третьей женой. Из-за ностальгии по старым добрым временам, которых, впрочем, никогда и не было, люди приветствовали человека, который сделал головокружительную карьеру, заигрывая с рабочими. Многие из них так и не поняли, что Перон играл краплеными картами.

В 1974 году престарелый аргентинский диктатор умер, передав бразды правления Исабелите Перон, на которой он женился в шестьдесят пять лет. По масштабам коррупции она превзошла обоих — и мужа, и его предыдущую жену. Арестованная в 1976 году после смещения с поста президента, Исабелита была обвинена в хищении миллиона долларов, предназначенных для благотворительных целей. Обвиненная в присвоении денег и использовании государственного имущества в корыстных целях, Исабелита была заключена в тюрьму и вышла оттуда в 1981 году, отбыв две трети положенного срока.

Несмотря на все это, имя Перона до сих пор вызывает ностальгию у аргентинцев, многие из которых и сегодня привычно считают, что "сильный" означает "справедливый".