Сословия

Сословия

Сословия – Понятие С. по терминологии действующего законодательства весьма неопределенно: в Своде Законов термин этот встречается всего несколько раз и притом употребляется в разных значениях: иногда под С. разумеются юридические лица вообще (Св. Зак. том Л, ч. 1, изд. 1887 г., Зак. Гражд., ст. 415: «имущества частные суть все те, кои принадлежат частным дицам и сословиям лиц, как то: компаниям, товариществам и конкурсам»; ср. ст. 406 и 698 Зак. Гражданских и заголовок отделения IV, главы 1, раздела II, книги 1 Законов о состояниях, Св. Зак. том IX); иногда же сословием называются государственные учреждения вообще. Так, сословием назван государственный совет (Учреждение Госуд. Совета, ст. 1); в указе 4 апреля 1803 г. (1 Полн. Собр. Зак., № 20701) С. назван виленский университет; в указе 3 марта 1814 г. – синод и сенат; существовавший при Павле Петровиче государственный совет тоже назывался С. (Арх. Госуд. Сов., том II, стр. 7). Нередко наименованию государственного совета С. придают особое значение, видя в этом наименовании стремление императора Александра Павловича придать этому установлению особую важность или даже самостоятельность (гр. Корф, «Жизнь гр. Сперанскаго», 1, стр. 119; Пыпин, «Общественное движение при Александре 1», 146), но, как видно из приведенных примеров, термин С. едва ли имел в эпоху составления «Образования Государственного Совета» (1810) какой-либо политический оттенок.

Обыкновенно термином «сословие» обозначают отдельную группу подданных, своим юридическим положением каким-либо определенным образом отличающихся от остального населения, причем отличия эти передаются по наследству. В нашем законодательстве этому понятию соответствует термин «cocтояниe»; изредка, впрочем, в законе и в этом смысле тоже употребляется термин «сословие» (Св. Зак., т. IX, ст. 3). Наука государственного права долгое время не различала С. от классов населения; понятия эти смешиваются еще Р. Молем. Резко обособлены были эти понятия Л. Штейном, который под различием отдельных классов понимал фактически существующие различия по имущественному положению, а под С. понимал те же имущественные классы, но уже признанные государством и получившие от него различные, по наследству передаваемые права. Впоследствии в учение Штейна были внесены некоторые поправки: различие классов начали усматривать не только в различии имущественного положения (различие профессий, образования, иногда происхождения); было установлено, что роль государства не ограничивается лишь признанием существующих различий отдельных классов и в санкционировании этих различий законодательством, но что государственная власть нередко и сама создавала сословные различия, совершенно произвольно соединяя в одну группу людей; по своим бытовым условиям представляющих весьма мало общего. Из всех европейских государств роль правительства в создании С. была наиболее видною в России: наши С. сложились преимущественно не только под влиянием, но и по инициативе государственной власти.

Глубокие сословные различия, составляя отличительную черту средневекового государства, продолжали играть весьма видную, но и весьма печальную роль в строе всех европейских государств вплоть до конца прошлого века (в некоторых государствах, напр. в Швеции, в Австрии и в Венгрии сословное начало не утратило юридического и политического значения и до сих пор), но в настоящем столетии сознание бесполезности С. в государственном отношении и несомненный вред в социальном отношении устанавливаемых ими наследственных различий распространяется все более и более. Все западноевропейские законодательства стремятся или ослабить значение перегородок между еще существующими С., или вовсе уничтожить следы бывших сословных различий. Во всех государствах Европы, а также во всех внеевропейских государствах, образовавшихся из европейских колоний, совершенно уничтожены сословные различия духовенства, горожан и крестьян. В значительном большинстве государств исчезли также всякие преимущества дворянства; это произошло во всех республиках, кроме Франции, а из монарxий – в Бельгии, Болгарии, Норвегии, Румынии и Сербии. Но и те преимущества дворян, которые еще сохранились, носят главным образом характер почетных отличий.

В России сословный строй покоится на реформах Екатерины II, главным образом на жалованной грамоте дворянству и грамоте на права и выгоды городов (1785). Организуя С., императрица Екатерина гораздо более руководилась западноевропейскими политическими учениями (Монтескье), чем фактическими условиями русской жизни того времени. Последовательно проведенные реформы Екатерины II положили сословное начало в основу всего местного управления и судоустройства, сообщив, таким образом, С. огромное государственное значение. Значение это было ими сохранено вплоть до того времени, когда правительство сознало необходимость приступить к коренной реформе суда и местного управления. В суде, построенном согласно техническим требованиям процесса, в полиции, отвечающей государственным потребностям, в местном управлении, преследующем интересы всего населения, а не определенных групп его, наконец, в войске, соответствующем потребностям государственной обороны, сословному началу места не оказалось. Судебные Уставы. 20 ноября 1864 г., реформа уездной полиции 1862 г.. земское положение 1 января 1864 г., городовое положение 16 июня 1870 г., устав о воинской повинности 1 января 1874 г. уничтожили государственное значение прежних С. Единственною крупной реформой, по необходимости носившею сословный характер, было освобождение крестьян; созданные 19 февраля 1861 г. органы крестьянского самоуправления, волости и сельские общества, были построены на узкосословном начале. Такой характер этих учреждений, к которым, в особенности к волости, правительство постоянно вынуждено прибегать, как к низшему органу общегосударственного управления, вызывает ряд практических неудобств, давно всеми сознаваемых, так что, по-видимому, отрешение волостного управления от строго сословного, крестьянского, характера, т. е. создание всесословной волости – не более, как вопрос времени. С проведением этой реформы у нас уже не будет учреждений общегосударственного управления, построенных на сословном начале. Но и независимо от крестьянских учреждений, общее значение сословного начала в нашем государственном строе еще весьма велико; так, Свод Законов 1832 г. был всецело основан на сословном делении всех подданных, и этот основной характер Свода не мог утратиться в тех частях его, которые подвергались только кодификационной переработке и которых не коснулась ни одна коренная реформа. Такими частями Свода, проникнутыми сословным духом, являются напр. устав о службе правительственной (Св. Зак. т. Ill, гл. 1) и устав о земских повинностях (Св. Зак. т. IV). Строгосословный характер всей системы, всей концепции Свода Законов нередко придает сословную окраску и таким включаемым в состав Свода законодательным актам, которые по замыслу своему этой окраски были совершенно лишены (переселенческое законодательство). В 80-х годах вопрос о сословном начале снова был поднят, главным образом в виде вопроса о необходимости материально поддержать дворян-землевладельцев и предоставить им большее значение в местном управлении. Этими стремлениями объясняются создание 3 июня 1885 г. госуд. дворянского земельного банка , выдающего потомственным дворянам ссуды под залог земли на условиях более льготных, чем это позволяли бы общие условия денежного рынка. Положение о земских участковых начальниках 12 июня 1889 г. и Положение о земских учреждениях 12 июня 1890 г. имели целью передать главную роль в делах местного управления, и отчасти суда, в руки дворянства.

Реформы Екатерины II-й создали четыре «главных рода людей»: дворян, духовенство, городских обывателей и сельских обывателей. Свод Законов и в издании 1899 г. (т. IX, ст. 2) кладет тоже деление в основу нашего сословного законодательства, но в действительности это начало в нем не проведено, и большинство из указанных в закон главных родов людей в настоящее время не составляет какого-либо определенного целого: дворянство делится на потомственное и личное, имеющие между собою весьма мало общего, духовенство разделяется по вероисповеданиям, городские обыватели делятся на 5 состояний, весьма различных по своему юридическому положению. В действительности, практически существенным является существующее в действующем законодательстве деление С. на «податные» и «неподатные». Различие это некогда обусловливалось тем, что часть населения империи подлежала рекрутской повинности и подушной подати и в фискальных интересах была подвергнута ряду правоограничений. С отменою рекрутской повинности (1874) и подушной подати (1883 – 1886) это различие потеряло главное свое значение, а вместе с тем утратили обоснование и все те ограничения (главным образом, свобода передвижения и выбора места жительства), которым ранее были подвергнуты лица"бывших податных состояний" (крестьяне и мещане). Тем не менее, большинство правоограничений еще продолжает существовать для «бывших податных состояний» . С. Екатерины II были в общем построены на принципе наследственности сословных прав и на начале корпоративной организации каждого С. В настоящее время оба эти начала значительно видоизменялись, благодаря тому, что дворянство личное, личное почетное гражданство, купечество и духовное состояние не наследственны. Духовное состояние и купечество даже непожизненны. Права, ими сообщаемые, подходят скорее под понятие профессиональных, чем сословных прав. Наконец, некоторые С., напр. цеховые, не удовлетворяют основному требованию сословности: им не присвоено никаких личных прав. Требованию корпоративного устройства большинство С. в настоящее время тоже не удовлетворяет. Личные дворяне, почетные граждане, потомственные и личные, духовенство и по закону не имеют никакой корпоративной организации. У остальных С., вроде дворян и крестьян, корпоративная их организация фактически находится в полном упадке. Л. Лазаревский.