АФИНСКИЙ АКРОПОЛЬ

АФИНСКИЙ АКРОПОЛЬ

Слово «акрополь» в переводе с греческого означает «верхний город», а на Руси такие укрепленные верхние города называли кремлями. Некогда афинский Акрополь действительно был крепостью, и казалось, сама природа позаботилась о том, чтобы возвышающаяся на несколько десятков метров площадка холма с его отвесными склонами была неприступной для врагов. Афинская равнина со стороны моря открыта, а с остальных — окружена горными вершинами. Таким образом, Акрополь был доступен только с западной стороны, но, имея все географические выгоды, он даже не нуждался в защите. Кроме того, холм так густо порос оливами, что они и сами могли служить прекрасным средством обороны.

На развалинах Акрополя можно прочесть историю Греции от эпохи легендарного царя Кекропа до турецкого владычества. Начало греческой столицы теряется во временах столь древних, что они кажутся баснословными. В середине XIX века до нашей эры, как пишет древнегреческий историк Геродот, прибыл в Аттику царь Кекроп, рожденный землей и имевший туловище змея. Он построил на Акрополе крепость с царским дворцом,[2] и основанный царем город стали называть Кекропией, а его жителей — кекропидами. Сначала Акрополем владел Зевс-громовержец, но когда на земле Аттики появился новый город, за владение им поспорили бог Посейдон и богиня Афина. При царе Кекропе и состоялся этот известный спор за обладание Аттикой.

Олимпийские боги во главе с Зевсом выступали судьями в этом споре, когда Афина и Посейдон принесли свои дары городу. Ударом трезубца рассек Посейдон скалу, и из камня хлынул соленый источник. Глубоко в землю вонзила свое копье Афина, и на этом месте выросла олива. Все боги поддержали Посейдона, а богини и царь Кекроп сочли оливу более полезным подарком для Аттики.[3] Разгневанный проигрышем бог Посейдон послал на равнину, расстилавшуюся вокруг города, огромные волны, от которых можно было укрыться только в крепости Акрополя. За жителей вступился громовержец Зевс, да и сами горожане умилостивили Посейдона, пообещав воздвигнуть в его честь храм на мысе Сунийон, что впоследствии и сделали.

Несмотря на природную защищенность, Акрополь еще в древние времена был укреплен стеной, которую называли Пеласгийской. По предположению некоторых ученых, это произошло около 1100 года до нашей эры, когда сюда из Беотии (по другим сведениям — из Сицилии) прибыли пеласги, славящиеся своим искусством возводить стены. Персидский царь Ксеркс, захватив в 480 году до нашей эры Афины, повелел разрушить эти стены, но остатки их сохранились и до настоящего времени.

Превращать Акрополь из крепости в святилище первым стал правитель-тиран Писистрат. При нем на месте царского дворца был возведен Гекатомпедон (стошаговый, стофутовый), посвященный богине Афине. Греки так высоко чтили свою покровительницу, что отпустили на волю всех рабов, участвовавших в строительстве этого храма. В 479 году до нашей эры Гекатомпедон разрушили персы во время краткой оккупации Афин, но остатки фундамента этого храма и сейчас видны рядом с Эрехтейоном.

После изгнания Писистратов на Акрополе уже вовсе не было жилых домов, только храмы, жертвенники и статуи. При храмах жили жрецы и жрицы со своими помощниками и служителями.

Захват персами Акрополя, считавшегося неприступным, очень обеспокоил греков, и после их изгнания они начали большие работы по его укреплению. Афинянам пришлось не только восстанавливать укрепления, но и заново возводить почти все храмы. Была расширена площадка на вершине холма, при восстановлении Пеласгийской стены прежняя ее линия была значительно раздвинута, в особенности на север и северо-запад, так что часть долины, простиравшейся между холмами, присоединилась к древней крепости. В пространство между старыми и новыми стенами засыпали развалины храмов, остатки зданий и разбитые скульптуры. При этом древние авторы отмечали, что фрагменты старых храмов и обломки посвященных богам статуй были захоронены «с величайшим тщанием, уважением и почестями», чтобы никогда больше вражеская рука не надругалась над древними святынями.

Вероятно, около 460 года до нашей эры из Делоса в Афины была перенесена союзническая казна, а до этого город не имел своего сокровища. Первоначально богатства из касс союзников хранились скорее всего в святилище Афины, выстроенном на северной оконечности Акрополя. Сначала в храме хранились священные предметы спора между Посейдоном и Афиной — олива и трезубец, соединяя, таким образом, культы обоих божеств и знаменуя последовавшее после спора примирение между ними. Но храм сильно пострадал от персов и не мог больше быть надежным местом для хранения казны. Афины к этому времени достигли уже такого могущества, что можно было заботиться не только о военных сбережениях: своей доли внимания требовали и памятники искусства. Поэтому греки стали использовать союзническую казну не только на сооружение флота, но и на украшение Акрополя. Председателем строительной комиссии народ выбрал Перикла, который вместе с гениальным художником и скульптором Фидием составил план грандиозной реконструкции Акрополя.

Теперь, в эпоху своего процветания, стоя на вершине могущества и славы, Афины более чем когда-либо должны были выразить своей богине чувство признательности за те дары, которыми она их осыпала. Поэтому поистине величественной была идея Перикла превратить Акрополь в священную ограду Афины, а бывшую крепость — в единый архитектурный ансамбль Народ охотно согласился на значительные затраты для нового строительства и в течение многих лет поддерживал приведение этого плана в исполнение Плутарх в своем сочинении «Перикл» писал, что на Акрополе стали подниматься величественные строения, неподражаемые по красоте и изяществу. Все ремесленники старались друг перед другом довести свое ремесло до высшей степени совершенства.

На самом высоком месте Акрополя высится Парфенон, который кажется продолжением скалы, завершением всего окружающего. Известно, что строить его было трудно и дорого, однако следов человеческих усилий в нем даже незаметно: храм возник как бы сам собой, не было никакого насильственного вторжения в ландшафт, наоборот, — полное единство «замыслов» природы и архитектора.

Парфенон был выстроен на месте древнего святилища, разрушенного персами. Каждый фронтон Парфенона содержал группу скульптур, объединенных определенным сюжетом. Например, на восточном фризе изображено рождение богини Афины, на западном — ее спор с Посейдоном, а завершал скульптурный декор Парфенона фриз, на котором была представлена торжественная процессия во время праздника Великих Панафиней (то есть «всеафинских»).

Панафинеи сначала были сельским праздником урожая: по преданию, Тесей ввел его для всех жителей Аттики, объединившихся в одно государство. Первый день праздника посвящался музыкальным состязаниям, которые проводились в Одеоне — специально построенном Периклом театре. Затем следовали гимнастические игры, хоры, бег с факелами и состязание триер. Победители получали оливковый венок или красивый глиняный сосуд, наполненный оливковым маслом.

Внутри Парфенона, в восточном отделении храма, стояла богиня Афина в окружении двухъярусной колоннады, имевшей форму буквы «П». Павсаний в своем «Описании Эллады» сообщает, что статуя Афины изображает ее во весь рост в хитоне, до самых ног; у нее на груди — голова Медузы из слоновой кости, в руке она держит изображение Ники приблизительно в четыре локтя, а в другой руке — копье. В ногах у нее лежит щит, а около копья — змея. Посредине ее шлема сделано изображение сфинкса… по обеим же сторонам шлема сделаны изображения грифонов. На постаменте статуи изображено рождение Пандоры — первой женщины.

Все части статуи были покрыты рельефами: на сандалиях богини показана схватка лапифов с кентаврами, на лицевой стороне щита — битва с амазонками, на внутренней — сражение олимпийских богов с титанами. Перед статуей Афины был устроен небольшой бассейн, чтобы испарения воды не давали пересыхать слоновой кости.

После завершения строительства Парфенона греки принялись за сооружение Пропилеи, которые по ширине своей занимают весь западный склон холма. На Акрополь и в наши дни можно попасть лишь по извилистой широкой тропинке, высеченной в скалах. Ступенчатая дорога приводит сначала к торжественному монументальному порталу — знаменитым Пропилеям с колоннами в дорическом стиле Они целиком построены из белого пентелийского и фиолетового элевсинского мрамора архитектором Мнесиклом в 437–432 годах до нашей эры.

Пропилеи были одним из самых знаменитых и любимых памятников древних Афин. Ораторы VI века до нашей эры указывали народу на Пропилеи как на символ и славу афинского величия, а некоторые античные авторы ставили их архитектуру даже выше архитектуры Парфенона Строительство этих величественных ворот потребовало огромных средств, однако в связи с рядом поражений в Пелопоннесской войне и началом упадка Афинского государства Пропилеи так и остались недостроенными.

Но прежде чем войти в эти величественные мраморные ворота, каждый невольно оборачивается вправо. Там, на высоком пьедестале бастиона, некогда охранявшего Акрополь, высится маленький изящный храм богини победы Ники Аптерос, украшенный невысокими барельефами на темы греко-персидских войн. На массивном выступе акропольской скалы легкий, воздушный храм поставлен так, что своей белизной он вырисовывается не на фоне других архитектурных сооружений, а на фоне синего неба. Это хрупкое, похожее на изящную мраморную игрушку здание, возведенное архитектором Калликратом во второй половине V века до нашей эры, как будто улыбается само и заставляет улыбаться многочисленных посетителей Акрополя.

Внутри храма была установлена деревянная позолоченная статуя богини, и она так понравилась грекам, что они простодушно упросили скульптора не делать ей крыльев, ведь победа непостоянна и перелетает от одного противника к другому. Афиняне изобразили Нику бескрылой, чтобы она не могла покинуть их прекрасный город, так недавно одержавший великую победу над персами.

После Пропилеи афиняне выходили на главную площадь Акрополя, где стояла бронзовая статуя Афины Промахос (Воительницы) высотой 8,5 метра. Статуя богини была сооружена за счет десятой части добычи, захваченной греками в битве при Марафоне. Об этом же гласила и надпись на каменном пьедестале: «Афиняне посвятили от победы над персами». Скульптор Фидий исполнил ее в полном вооружении: в шлеме, с копьем, щитом и с эгидой[4] на груди. Пьедестал был высоким, и позолоченный наконечник копья богини, сверкая на солнце, был виден далеко с моря и служил для мореплавателей своеобразным маяком.

Самым священным, самым таинственным и загадочным храмом Акрополя считается Эрехтейон, связанный с сокровенными событиями мифологической истории Афин и Аттики. Строительство его велось с большими перерывами, в свободное от войн время: Эрехтейон был заложен в 421 году до нашей эры и окончен после побед Алкивиада в 409–408 годах до нашей эры.

Древнегреческий миф рассказывает, что Эрехтей (или Эрихтоний) был сыном богини Геи и бога Гефеста и имел полузмеиное-получеловеческое тело. Младенцем его взяла на воспитание богиня Афина и отдала дочерям Кекропа в закрытом ларце, строго-настрого запретив открывать его. Но две из сестер — Герса и Аглавра — были очень любопытны и заглянули в ларец. Увидев там младенца, которого охраняли две змеи, они очень испугались и, охваченные насланным на них безумием, бросились со скалы Акрополя и разбились. Третья сестра, Пандора, была послушна воле Афины и впоследствии получила на Акрополе свое святилище.

Эрехтейон стоит в той части Акрополя, где еще в догомеровские времена располагался царский дворец. История не сохранила имен создателей этого храма, так как он возводился уже после Перикла и Фидия. Те, кто сооружал это замечательное здание, столкнулись с чрезвычайно сложными строительными проблемами. Прежде всего Эрехтейон должен был связать воедино несколько святилищ, давно существовавших на своих ритуально-неприкосновенных местах, к тому же располагавшихся на разных уровнях.

Строителям пришлось практически оставить этот неприкосновенный рельеф площадки и возводить храм из частей, сооружаемых на разной высоте. В результате появилось весьма сложное здание с четырьмя портиками, которое не имеет аналогов в греческой архитектуре.[5] Например, восточной частью своей южной стороны Эрехтейон соединяется с северо-восточным углом фундамента Гекатомпедона; также невидимо он сохраняет связь с камнями царского дворца микенских времен.

Фриз, опоясывавший Эрехтейон, представлял собой сплошную ленту из темно-синего элевсинского мрамора, украшенного скульптурным рельефом из желтоватого паросского мрамора. Между центральной дверью северного портика и дверью портика кариатид находилось продолговатое помещение. С внутренней стороны его западной стены располагался колодец-расщелина, через которую можно было видеть «море Эрехтея» — источник соленой воды. Возле западной стены храма и находится святилище Пандоры, в котором растет священная олива, подаренная Афиной. Дерево всегда оставалось такой же величины, каким впервые появилось после удара копья богини. Предание повествует, что на следующее утро, после того как в 479 году до нашей эры священную оливу сожгли персы, она дала мощный побег и за ночь выросла на 45 сантиметров.

В Эрехтейоне были приделы, имевшие особое назначение, и боковые коридоры, которые использовались для проведения религиозных церемоний. В нише одного из коридоров располагалось укромное место священного змея — любимца Афины, которого жрецы вскармливали медовыми пряниками.

В отличие от Парфенона, который являлся приемным залом богини, Эрехтейон — святая святых Афины, ее дом. Здесь Афина жила в небольшом храме, располагавшемся возле могилы первого греческого царя Кекропа. Эта самая древняя статуя была окружена тайнами и легендами, и считалось, что она не была сделана руками скульптора, а «изображение ее упало прямо с неба». Оливковую статую Афины омывали в море и облачали в одежды, вытканные с особой тщательностью. Плутарх сообщает, что, когда жрецы снимали с богини весь убор и окутывали ее особым покрывалом, афиняне старались провести этот день в бездействии, так как благотворящее могущество Афины в этот момент как бы отключалось от них.

Оливковая статуя Афины называлась «Палеон», перед ней всегда горел огонь в золотом светильнике, изготовленном знаменитым ювелиром Кал-лимахом. Светильник наполняли маслом один раз в год, а фитиль его делали из асбеста. Дым от светильника отводили к потолку по бронзовой трубе, сделанной в виде ствола пальмы. Перед этой статуей проводились самые таинственные священнодействия жрецов и аррефор, тщательно скрываемые от непосвященных.

Две девочки, назначаемые ежегодно, жили в небольшом домике возле Эрехтейона. Это и были аррефоры (носительницы тайны), которым в один из дней после сева предстояло испытание, требовавшее немалого мужества. Жрица богини Афины давала им нечто закрытое, чего никто не должен был видеть. Девочки-аррефоры спускались с этой ношей под землю и по потайному ходу проникали в глубь акропольской скалы — в тайник непослушной Аглавры. Там следовало оставить принесенное и взять другое, тоже закрытое и никем не виденное, а потом вновь подняться на поверхность.

Но в 426 году император Феодосии II приказал разрушить все языческие храмы, и Парфенон превратился в христианскую церковь Святой Софии. При переделке здания сильно пострадала скульптурная группа его восточного фронтона. Уничтожаются все метопы (кроме южных), в восточном фронтоне прорубается окно. Над юго-западной частью Парфенона воздвигается колокольня, в восточной части пристраивается апсида, причем гибнет почти все убранство восточного фасада. Статую Фидия перевезли в Константинополь, где она погибла во время пожара.

В 1460 году, после завоевания Афин турками, Парфенон стал мечетью. Но самый страшный удар был нанесен ему в 1687 году во время войны турок с Венецией. Парфенон был превращен в пороховой склад, и при обстреле в него попала бомба. От сильного взрыва средняя часть сооружения рухнула, и пострадали многие скульптуры. После победы над турками Ф. Морозини решил привезти в Венецию в качестве трофеев коней с колесницы Афины (западный фронтон). Однако их спускали на землю так небрежно и неумело, что великолепные скульптуры упали и разбились.

Но и сейчас среди божественных развалин Акрополя можно оставаться часы и дни, бродить среди них и рано утром, и при ярком свете полуденного солнца, и при обманчивом лунном освещении — вы все равно не исчерпаете всеобъемлющей красоты всего того, что вас окружает. Здесь вы стоите лицом к лицу с Афинами V–IV веков до нашей эры, и Акрополь представляется вам почти таким же, каким его видели великие мужи Древней Греции. Окружающая его природа за столетия не изменилась, исчезли лишь деревни, обсаженные оливами и виноградниками. Веками стоит Акрополь под палящими лучами солнца, и мрамор его как будто с каждым днем все больше и больше приобретает золотистый цвет.

Лишь увидев с Акрополя расстилающуюся у ваших ног Аттику, можно понять, что только здесь и мог расцвести эллинский гений, только среди этой природы и обстановки ясно предстанет перед вами законченная форма идеала. Потому что прекраснейшие древнегреческие сооружения, представ даже в остатках и развалинах, являют собой всю мощь эллинского духа и величайшего человеческого творчества.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.