ПАЛАТА № 6

ПАЛАТА № 6

Хотя о существовавшей в Питере во второй половине 70-х группе ПАЛАТА № 6 сегодня вспоминают прежде всего по той причине, что в ней начиналась музыкальная биография Виктора Цоя, на самом деле ее основным действующим лицом и движущей силой был одаренный певец, музыкант и автор песен, а еще позже театральный актер Максим Пашков.

Максим родился 8 августа 1962 года в Питере. Его родители, военный инженер и переводчица, не имели прямого отношения к миру искусства, но увлекались современной музыкой и собирали ее записи. По воспоминаниям Пашкова, его первым увлечением стал джаз – он с удовольствием слушал Дюка Эллингтона и других звезд мэйнстрима, – и только подростком переключился на Элвиса, Джонни Холлидея и, конечно, THE BEATLES, музыка которых повлияла на него сильнее, чем что-либо другое. В 1969-м Максим поступил в 232-ю английскую спецшколу, а в пятом классе родители определили его еще и в детскую художественную школу на канале Грибоедова. К тому времени он – с помощью отца, который неплохо играл на семиструнке, – освоил гитару, а потом ф-но и другие инструменты.

Чуть ли не все ученики художественной школы бредили рок-музыкой, однако Пашков оказался единственным из них, кто умел ее играть. В первый же год обучения он познакомился с Цоем, который владел старенькой гитарой и знал пару простых аккордов. Некоторое время они вдвоем бесцельно бренчали на гитарах – благо у Пашкова-старшего их было несколько, – после чего Максим решил сколотить из одногруппников трио, которое ему пришлось учить играть на своих инструментах: так Виктор Цой стал бас-гитаристом («у баса всего четыре струны, да и партии попроще»), а Виталий Соколов – барабанщиком. Экипировка группы потребовала больших финансовых вливаний: Цою в конце концов вскладчину купили в комиссионке бас-гитару, а Виталику пришлось довольствоваться пионерским барабаном и какими-то железяками.

Еще никак не называвшаяся группа проводила много времени у магнитофона, на слух снимая партии инструментов, играла все подряд, правда, отдавая предпочтение BLACK SABBATH («у них был тот же набор инструментов, ясные мелодии и, что нам импонировало, мрачные тексты») и изредка выступала на школьных вечерах. Так прошло четыре года. К концу этого времени Пашков окончательно потерял интерес к рисованию, решив посвятить себя музыке, а Цой еще надеялся стать художником, поэтому после восьмого класса ушел из общеобразовательной школы и поступил в училище им. Серова.

Тем не менее группа, которая к этому времени получила многозначительное имя ПАЛАТА № 6 (мол, понимаем, в какой стране живем), не развалилась, а переехала в Серовку, где был кое-какой аппарат и уже существовала группа ГОЛУБЫЕ МОНСТРЫ. Виталий Соколов пропал из виду, но в училище отыскался новый барабанщик, Анатолий Смирнов – разносторонне одаренный художник и музыкант, который уже тогда поглядывал в сторону профессиональной сцены.

ПАЛАТА № 6 исполняла материал BLACK SABBATH, DEEP PURPLE (с непременной «Smoke on the Water») и песни самого Макса, которые можно было определить как мелодичный хард с нарочито чернушными текстами. Группа регулярно и с успехом выступала у себя в Серовке, а также гастролировала по соседним школам. Цой, который все первые годы посвятил борьбе с бас-гитарой, мало-помалу освоился на сцене, а также начал проявлять себя как интересный аранжировщик. Помимо того он славился умением точно снимать партии любых инструментов, а на записях играл отдельные гитарные партии и пел вторым голосом (делать это на сцене он покуда не решался).

К началу 1980-го Смирнов начал пропускать репетиции и концерты, поскольку в поисках приработка постоянно где-то халтурил. В этих случаях его подменял Владимир Дорохин из группы с эксцентричным названием ЭЛЕКТРОФРИКЦИОННЫЕ КОЛЕБАНИЯ КАК ФАКТОР ИЗНОСА ТРАМВАЙНЫХ РЕЛЬС. Дорохин также отметился в как минимум двух номерах альбома «Слонолуние», который ПАЛАТА № 6 в то время записывала дома у Пашкова в Мучном переулке, используя два бытовых магнитофона.

В июне 1980-го ПАЛАТА № 6 выступила на выпускном школьном вечере вместе с чуть более известным ПИЛИГРИМОМ, в котором играли Дюша Михайлов, Алексей Рыбин, Олег Валинский и Борис Ободовский. Тем же летом Пашков поступил в Театральный институт на курс В. В. Петрова, и активность ПАЛАТЫ № 6 начала сходить на нет. К тому же и сам Цой был принят в реставрационное училище на пр. Стойкости, где той же осенью стал гитаристом группы РАКУРС.

Правда, в начале 1981 года ПАЛАТА № 6 выступила на сэйшене в общежитии на ул. Здоровцева в компании с ПЕПЛОМ, где к ним присоединился флейтист Борис Ободовский из только что распавшегося ПИЛИГРИМА, но той же весной ПАЛАТА № 6 окончательно ушла в прошлое.

Цой, который продолжал играть в РАКУРСЕ, в то время сошелся с панковской компанией Свиньи и пару раз исполнял роль бас-гитариста в АВТОМАТИЧЕСКИХ УДОВЛЕТВОРИТЕЛЯХ. Летом 1981-го они с Лешей Рыбиным объединились под именем ГАРИН И ГИПЕРБОЛОИДЫ, из чего к началу следующего года родилось КИНО. Смирнов ушел на эстраду. Ободовский позднее играл с группами ШТОРМГЛАС и ПЕПЕЛ. Что же до самого Пашкова, то он с 1980-го по 1984-й осваивал актерское мастерство, на последнем курсе ЛГИТМиК сделал еще одну попытку записать свой материал, в чем ему помогал новый гитарист КИНО Юрий Каспарян, а по окончании института на два года ушел в армию.

Отслужив, Максим вернулся домой и обнаружил, что в Питере начался новый бум русского рока, а его бывший бас-гитарист стал одной из его звезд. Сам он к тому времени переключил внимание с тяжелого рока на новую волну, а также начал сочинять романтичные песни в бардовском ключе. Он хотел было реорганизовать ПАЛАТУ № 6, вернее, собрать группу для исполнения своего нового материала, для чего снова привлек Дорохина (который после ПАЛАТЫ № 6 играл в ХАМЕЛЕОНЧИКЕ ЗА и ПЕПЛЕ) и ряд других знакомых музыкантов, но время уже было упущено – вскоре Пашков стал актером Театра им. Ленинского комсомола и год отыграл на его сцене.

В ноябре 1987-го Дюша Михайлов пригласил Максима в группу НЕВЕСТА, которая возникла за полгода до этого на обломках КСК. Они много репетировали, но выступили всего несколько раз, поскольку сам Дюша много гастролировал с ОБЪЕКТОМ НАСМЕШЕК, а их клавишник Павел Кондратенко был крайне загружен в АЛИСЕ. Весной 1988-го Пашков ушел из НЕВЕСТЫ и на некоторое время покинул музыку.

Он устроился в театр «Народный дом», возникший на базе Мюзик-холла (его возглавил Лев Рахлин-младший), где была поставлена пьеса «Играем короля», которую Максим сочинил в соавторстве с Борисом Бирманом. В спектакле звучало несколько песен, специально написанных для него Пашковым. Театр представлял «Короля» на питерской сцене, а также вывозил в Европу. В 1989 году «Народный дом» поставил еще одну пьесу Максима «Если кошку ободрать, она точь-в-точь кролик». Пьеса вызвала острое недовольство у чиновников, зато пользовалась успехом у публики во Франции, Дании, Югославии и т. д.

Все это время Пашков продолжал поддерживать творческие контакты с бывшим бас-гитаристом НЕВЕСТЫ Михаилом Дубовым, который высоко ценил его песни, поэтому в середине 1990 года, после того как неугомонный Дубов, кочевавший из группы в группу, расстался с ДУХАМИ, они собрали ПИТЕРСКИЙ БЛЮЗ, получивший свое название от одного из главных хитов в репертуаре Максима. В состав группы вошел барабанщик Игорь Артеменко (экс-ОПАСНЫЕ СОСЕДИ) и его жена, бывшая саксофонистка ЭКС-МИССИИ Жанна Озгибцева. Они периодически выступали (в т. ч. в клубе «Nord», где Дубов одно время был кем-то вроде арт-директора), но к 1992 году группа незаметно распалась, а Максим окончательно ушел в мир театра.

Большую часть 90-х и начало следующего десятилетия Пашков провел, гастролируя в Европе с различными театральными проектами, сотрудничал с «Парамон-театром» ныне живущего в Германии режиссера Григория Коффа (его питерский «Театр на Перекупном» осенью 1996-го дал жизнь клубу «Молоко»), руководил детскими театральными кружками, а иногда выступал как музыкант; в частности, в 2004 году в Кельне он дал импровизированный концерт с Дубовым и его немецкими музыкантами.

• Дискография:

Слонолуние (1979)

Данный текст является ознакомительным фрагментом.