Сибирь советская и постсоветская

Сибирь советская и постсоветская

После изгнания белогвардейцев в 1920 г. и до середины лета 1921 г. высшие партийные и советские органы – Сибирское бюро ЦК РКП (б) и Сибирский революционный комитет размещались в Омске. Но 25 мая 1925 г. статус Омска понизился – был образован Западно-Сибирский край, центром которого стал Новониколаевск. Началось восстановление народного хозяйства Сибири. Вместо губерний были образованы два края – Сибирский (1925) и Дальневосточный (1926). В 1930 г. Сибирский край разделили на Восточно-Сибирский и Западно-Сибирский края. В 1937–1938 гг. образован ряд областей. Созданы автономные республики: в 1922 г. – Якутская, в 1923 г. – Бурят-Монгольская (с 1958-го – Бурятская АССР), в 1922 г. – Ойротская автономная область (с 1948-го – Горно-Алтайская АО, ныне – Республика Алтай), национальные округа и национальные районы. В ходе индустриализации создана 2-я угольно-металлургическая база страны – Урало-Кузнецкий комбинат. Началось освоение открытого Алданского золотоносного района. В Сибири возникли новые отрасли промышленности – энергетическая, машиностроительная, химическая, производство строительных материалов и др. Реконструировалась Транссибирская ж/д магистраль (сооружались вторые пути). Осваивался Северный морской путь, районы Крайнего Севера. В результате сплошной коллективизации в Сибири прошло раскулачивание – многие крепкие крестьянские хозяйства были ликвидированы, а «кулаки» репрессированы и отправлены на каторжные работы в ГУЛАГ В 1937 г. колхозы уже объединяли 93 % крестьянских хозяйств и 99,6 % посевных площадей.

В период Великой Отечественной войны 1941–1945 гг. Сибирь стала наряду с Уралом и Поволжьем крупнейшим арсеналом страны. В годы войны здесь созданы авиационная и танковая промышленность, тракторостроение, освоено производство шарикоподшипников, новых видов станочного оборудования, инструментов, приборов. Выпуск валовой продукции промышленности возрос в 2 раза. В 1942 г. получен первый никель, а на следующий год – первая плавка электролитной меди на Норильском металлургическом комбинате на Таймыре. В 1945 г. в Сибири выплавляли 21 % стали и 18 % чугуна, добывали 32 % угля, производили значительную долю оборонной продукции страны. В 1941–1944 гг. Сибирь дала 11,2 млн т зерна (16 % всего заготовленного в стране). В 1954–1956 гг. в результате освоения целинных земель на юге Сибири организованы высокорентабельные зерновые и мясомолочные хозяйства, созданы многочисленные населенные пункты.

В послевоенные годы роль Сибири в жизни страны еще более возросла. Сибирь стала полигоном новых идей и революционных технологий. В центре этих процессов – созданное в 1957 г. Сибирское отделение Академии наук с президиумом в Новосибирске и научными центрами в Томске, Омске, Тюмени, Кемерово, Иркутске, Улан-Удэ. Открыты Западно-Сибирский железорудный бассейн и новые месторождения на Алтае и в Забайкалье. В июле 1964 г. дал стране первый чугун знаменитый Запсиб. В Сибири выгодно сочетаются богатства земли с огромными топливно-энергетическими возможностями. С началом освоения нефтегазовых месторождений Западной Сибири созданы крупнейшие в стране нефтеперерабатывающие комбинаты и нефтехимические комплексы.

Разрабатывать месторождения в сибирских условиях стоит немало усилий, но запасы так велики и столь удачно сконцентрированы, что сырье здесь обходится сравнительно дешево. Почти 10 лет после войны искали геологи в Западной Сибири газ и 15 лет – нефть. Западно-Сибирская равнина – одна из величайших в мире – стала энергетической кладовой империи. Сургутское, Усть-Балыкское, Мегионское, Правдинское, Мамонтовское, Салымское нефтяные месторождения; Уренгойское, Медвежье, Заполярнинское, Губкинское, Тазовское газовые месторождения и, конечно, люди, разведавшие и освоившие их, – слава и богатство, гордость России.

Сибирские лагеря

Традиция использовать сибирские просторы для наказания преступников, политических заключенных и ссыльных родилась еще в XVI в., практически сразу после того, как началось освоение Сибири. Однако царская каторга и ссылка не шли ни в какое сравнение с лагерями смерти, которые создала за Уралом советская власть.

В 1930-1950-х гг. в Сибири действовало несколько крупных исправительно-трудовых лагерей, относившихся к системе НКВД: Сибирский (СИБЛАГ), Норильский (НОРИЛЬЛАГ), Томск-Асинский (ТОМАСИНЛАГ), Тайшетский (ТАЙШЕТЛАГ), Красноярский (КРАСЛАГ), Байкало-Амурский (БАМЛАГ), контролировавший огромную территорию от Тайшета до Охотского моря, Енисейский (ЕНИСЕЙ-ЛАГ), Енисейжелдорлаг («Стройка 503»), а также Енисейстрой (не ИТЛ, а отдельное Главное управление, которому подчинялись свои лагеря). Некоторые из них закрылись сразу после смерти Сталина, некоторые, многократно преобразованные, продолжают действовать и в наши дни.

Количество заключенных, прошедших через систему сибирского ГУЛАГа, оценивается по-разному. По подсчетам зарубежных историков, в 1938 г. их было около 2 млн, но наивысшего пика репрессии достигли к 1950 г.: тогда в сибирских лагерях содержалось более 2,5 млн чел. Масштаб репрессий, развязанных в то время, не мог быть обоснован ни «обострением классовой борьбы», на которую обычно ссылались коммунисты, ни особенностями личности Сталина – вообще ничем, кроме экономической целесообразности. Осилить и завершить гигантские «стройки социализма» в предельно сжатые сроки в суровых условиях сибирского климата можно было только при использовании рабского труда, ценность которого, как и ценность трудящейся личности, была сведена к нулю.

Как правило, каждый лагерь специализировался на чем-то своем: например, Норильлаг был промышленно-строительным лагерем, узники которого добывали цветные металлы. Их каторжным трудом в заполярной таймырской тундре создан город Норильск и горно-металлургический комбинат, речной и морской порты в Дудинке, железная дорога от Дудинки до Норильска, шахты Кайеркана и др. Заключенные Енисейлага строили спиртовые и гидролизные заводы в Красноярске и Усть-Абакане (Хакасия), а узники Енисейжелдорлага должны были воплотить в жизнь сталинский «проект века» – построить в тундре ж/д Салехард – Игарка. На этой дороге применяли следующую схему стимулирования: заключенных целый день не кормили, а еду клали в том месте, до которого они должны были проложить рельсы за день. Если зэкам удавалось довести дорогу «до стола», они могли поесть. Если нет, оставались голодными еще на сутки. Во многих лагерях заключенных использовали на лесоповале. Смертность была настолько высока, что иногда из партии, прибывшей с очередным этапом, не выживал никто, но тут же приходил следующий этап. Во всех лагерях применялась изощренная система пыток, изучать которую перед войной приезжали «товарищи» из нацистской Германии.

Этнический состав заключенных был чрезвычайно пестрый. Летом 1941 г. в Краслаг пригнали многотысячный этап литовцев. Почти все они погибли в 1941–1942 гг., а оставшихся в живых в начале 1943 г. осудили особым совещанием. Многие получили срок уже посмертно. Большинству дали от 5 до 10 лет, а некоторых приговорили к «высшей мере наказания» и расстреляли в Канской тюрьме. В январе 1942 г. в Краслаг попало несколько тысяч поволжских немцев – до этого они уже отбывали ссылку в Красноярском крае. Из них тут же организовали «трудармию», но условия содержания были точно такие же тяжелые, как и у остальных узников. В 1945–1946 гг. в Краслаг стали приходить этапы с Западной Украины, в основном из Львова.

Нечеловеческие условия приводили к серьезным волнениям. Так, например, в Горлаге (входил в Норильлаг) летом 1953 г. произошла крупная забастовка (Норильское восстание), в результате которого зэки взяли под контроль территорию жилых зон и выдвинули ряд требований не только к лагерному начальству, но и к правительству СССР. Несмотря на трагический конец большинства восставших, эта забастовка наряду с Воркутинской стачкой подорвала основы лагерной системы. А Кенгирская стачка 1954 г. (в Степлаге) привела к упразднению системы «особых лагерей».

Ныне большинство лагерных сооружений заброшено и разрушено, но некоторые сохранились почти в первозданном виде. В 2003 г. одна из красноярских турфирм решила переоборудовать теплоход для туристических поездок вверх по Енисею. В программе посещение нескольких бывших ИТЛ и осмотр «лагерных достопримечательностей». Предполагается, что 12-дневный тур будет стоить около 800 долларов и пользоваться успехом у иностранцев, падких на «русскую экзотику». У россиян лагерная тема спросом не пользуется. Да и чего можно ждать от граждан, большинство которых, по социологическим опросам, считает, что о ГУЛАГе нужно как можно скорей забыть, как о досадной «чернухе», портящей «славное историческое прошлое» страны.

…Где бродили по зоне КаЭры,

Где под снегом искали гнилые коренья,

Перед этой землей – никакие премьеры,

Подтянувши штаны, не преклонят колени!

Над сибирской Окою, над Камой, над Обью

Ни венков, ни знамен не положат к надгробью!

Лишь, как Вечный огонь, как нетленная слава —

Штабеля! Штабеля! Штабеля лесосплава!

А. Галич, «Баллада о Вечном огне», 1968.

Одна из основных проблем, угрожающих Сибири в XXI в., -быстрое сокращение численности населения, так называемое «демографическое сжатие». Только за последние 3 года из Сибирского федерального округа уехало более 100 тыс. чел., в некоторых районах население уменьшилось наполовину. До революции и в советское время численность населения регулировалась просто: число сибиряков постоянно пополнялось арестантами и ссыльными, затем молодыми людьми, отправленными по комсомольским путевкам на стройки социализма. Когда эти схемы переставали работать, власть задумывалась об экономических методах стимулирования населения и вводила «северные надбавки». Ситуация изменилась коренным образом после распада СССР. Обратная миграция приняла катастрофические масштабы. У социологов даже появился термин «западный дрейф»: сибиряки всеми правдами и неправдами стремятся переехать в европейскую часть страны. Следом за специалистами, работавшими в Сибири по найму, начали уезжать коренные жители. Прогнозы неутешительны: миграционный отток в ближайшие годы будет продолжаться.

Вторая проблема – нестабильная экономическая ситуация. Местная экономика неконкурентоспособна из-за высоких тарифов на электроэнергию и плохо развитой транспортной системы. Рост промышленного производства достигается только за счет предприятий, работающих на экспорт (добывают и перерабатывают сырье или древесину). Эффективность использования других предприятий пока что низка.

И наконец, еще одна важная проблема – плохая экологическая обстановка. Несмотря на то, что Сибирь считается «легкими планеты», половина самых экологически неблагополучных российских городов находится именно на ее территории. На сибирские предприятия приходится до трети вредных выбросов в окружающую среду.