Как выглядела понёва?

Как выглядела понёва?

В «Антоновских яблоках» И. Бунина есть такое описание одной из крестьянок: «молодая старостиха, беременная, с широким сонным лицом, и важная, как холмогорская корова. На голове ее «рога» – косы положены по бокам макушки и покрыты несколькими платками, так что голова кажется огромной; ноги в полусапожках с подковками стоят тупо и крепко; безрукавка – плисовая, занавеска длинная, а понёва – черно-лиловая с полосами кирпичного цвета и обложенная на подоле широким золотым «прозументом».

Отделанная яркой (золотой, серебряной или медной) тесьмой (позументом) понёва считалась праздничной. Иногда ее украшали разноцветной шерстью или кружевом.

Используя просторечие, Бунин указывает на место действия своего рассказа, которое происходит на юге средней полосы России. Кроме того, очевидно, что понёва была крестьянской одеждой. Об этом же свидетельствуют и другие источники, где описывается крестьянский быт. Говорят, когда дворовая девка впадала в немилость, ее одевали в понёву.

Итак, в рассказе Бунина речь идет о народной одежде. В зависимости от мест, где она была распространена, данный элемент костюма назывался панёвой, понявой, поней или понекой – все это одежда замужней женщины.

Во время свадебного обряда понёву одевали на кнут, «вот тебе гроза и воля, и вся твоя судьба», а затем все это опускали на невесту. Считалось, что после этого жена всегда будет покорна мужу. Невеста с громким плачем отвечала: «На что девичью красу снимаете, бабью сухоту надеваете».

У белорусов и русских, прежде всего живших в южных областях России, где в основном и носили понёву, представлявшую собой открытую спереди или сбоку юбку, вначале так же называли и полотняную ткань, и нижнюю женскую тонкую рубаху.

На Руси понёва была распространена еще в X–III веках. Ее надевали поверх рубахи. На талии ее перехватывали поясом – гашником (ремнем, веревочкой, шнурком, тесьмой), так что свободные края ее расходились. В середине виднелась расшитая рубаха.

Вероятно, к XVI веку окончательно определилось назначение понёвы и ее покрой. Три прямоугольных полотнища соединялись между собой двумя швами и собирались на шнурок («вздержку»).

Ткань на понёву шла домодельная – шерстяная или полушерстяная. Кроме запашной, существовала еще и глухая понёва, которая имела дополнительное четвертое полотнище («прошву» или «вставку») из другой, чаще фабричной ткани. У глухой поневы полотнища были сшиты полностью.

«Прошва» помещалась спереди и закрывалась передником – «запоном» или «завесой». Бунин упоминает о длинной занавеске. Сама же понёва была короткой, спускалась чуть ниже колена.

Отделка понёвы зависела от положения женщины и ее мастерства в рукоделии. Молодые, только что вышедшие замуж женщины расцвечивали традиционные орнаменты бисером, шнуром, блестками. А то и вовсе щеголяли в понёве «хвостом» (удлиненным задним полотнищем) из красного сукна, который украшали разноцветными шелковыми лентами, позументом, бархотками и пуговицами. Например, молодухи Тульской губернии на заднее полотнище своего наряда нашивали розетки (небольшие розочки), изготовленные из ярких лент и собранных вместе на пуговицу или бусину.

Поскольку деревенские модницы не только не могли позволить себе кринолин или корсет, тем не менее они сообразно своим вкусам, не хуже барынь, прибегали к всевозможным ухищрениям. Понёву подворачивали спереди набок и затыкали за пояс другой стороны, отчего сзади получалось нечто вроде «кулька». Естественно, что при этом открывалась рубаха, разукрашенная вышивкой и аппликацией.

Бывали и более экстравагантные наряды. Все в той же Тульской губернии модницы украшали свои понёвы бубенцами. Правда, все это гремящее и сверкающее одеяние приводило к тому, что его вес мог доходить до 5–6 килограммов. Конечно, такие понёвы не носили каждый день, они считались праздничными.

Вообще, в гардеробе каждой женщины должно было присутствовать несколько понёв на разные случаи жизни. Понёву «добрую» можно было надеть, как говорят в народе, и в пир, и в мир, и в добрые люди; «хожалая» – служила для повседневной жизни; «посвятная» представляла собой праздничный наряд; а вот «последнюю» ее владелица хранила «на смерть». В ней ее несли на погост.

Понёву шили из ткани в мелкую клеточку или полоску. Деревенские мастерицы, чтобы получить понёву в складку, по этим полоскам закладывали складки, которые называли соответственно «ласки» или «гранки», затем перевязывали полотнища веревочкой и отправляли под горячий каравай. Так получали плиссе – мелкие незастроченные приглаженные складки.

Молодые женщины выбирали для своих понёв яркие расцветки, женщины в возрасте – темные. Понёвы также делились на синятки (однотонные синие) и краснятки с тканым узором.

Специалисты по народному костюму считают, что выбор женщинами сочных тонов был не случаен. Насыщенные сочетания белого, красного, синего и зеленого в наряде хозяйки хорошо гармонировали с темным деревом крестьянской избы и представляли собой декоративный элемент ее убранства.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.