Призрак разинских сокровищ

Призрак разинских сокровищ

«Он много кладов закопал — казну свою хоронил. О тех кладах и посейчас слух идёт, да все те клады заговорены. Немало было охотников взять их, но никто не может похвастаться удачей — не даются разинские клады. То незадачливого кладоискателя отбросит ветром за несколько вёрст, а то покажется клад, да уйдёт глубже в землю, и сколько ни копай — не докопаешься. Сторожат разинские клады черти, а заговорены те клады на головы: на место, где клад зарыт, надо принести двенадцать голов, шесть женских и шесть мужских».

Так или приблизительно так рассказывали в народе о легендарных кладах Степана Разина. Правду в этих рассказах настолько невозможно отделить от вымысла, что многие исследователи отказывались вообще принимать их всерьёз. Это во многом справедливо, особенно если понимать «клады Разина» как «настоящие» золото и серебро. Но легенды о кладах Разина прежде всего подчёркивают, что Разин был «колдун», «еретик», могучий чародей. А, как мы помним, в фольклоре клад — это не просто деньги или ценности, но и магическая «сила». Вот и верили в народе, что Стенька прятал свою «силу» в виде зачарованных кладов. Это подтверждает и бытующее в народных преданиях убеждение, что Стенька клал свои клады не с тем, чтобы взять их обратно, а потому, что некому было их передать на сбережение — не было достойного человека. Если такой человек найдётся, то ему и достанутся сокровища Разина. А от недостойных людей разинские клады заговорены крепкими заклятьями.

Есть поверье, что по ночам Разин стережёт свои клады, являясь скачущим на белом коне или плывущим по Волге в ладье с шёлковыми парусами.

Стенька Разин еретик,

Днём в могиле лежит,

Ночью телеса наводятся —

По свету ходит,

Поклажи свои сторожит.

Самый большой клад Разина, по преданию, укрыт близ села Шатрашаны Буинского уезда Симбирской губернии. Этот клад — «всем кладам отец». Говорили, что на эти сокровища можно купить всю Симбирскую губернию. Около села за рекой тянется земляной вал, в этом валу вырыта пещера — «выход», частично обвалившаяся. В глубине пещеры, за железной дверью, хранится сорок пудов золота и множество сундуков с жемчугами. Здесь также стоит икона Божьей Матери, а перед ней горит неугасимая лампада. Кто отыщет список этой иконы, тот отроет и клад, а кто станет рыть клад без этой иконы, тот тотчас же и уснёт. При рытье ударит двенадцать громов, явится всякое войско, и конное, и пешее, и будут всякие привидения, только бояться этого не надо. Этот зачарованный клад неоднократно пытались добыть с помощью знахарей-«ворожцов».

А в четырёх верстах от села Труслейки, говорят, Разин в подземном срубе спрятал клад в 104 миллиона рублей золотом. Там находится жестяная таблица, прибитая к матице из чёрного дуба. В выходе стоит стол, на столе лежит Евангельская книга, тут же стоит и блюдо, а на блюде лежит Камень-самосвет, весом в полтора фунта, и Камень невидимый. В углу выхода поставлены сорок два ружья, вокруг них — медная шпоночка, блестящая, как золото. В выходе же стоит часовня, а в ней находится Крест Животворящий да Арсидима Божья Матерь и Никола Милостивый. Перед их иконами горит большая неугасимая свеча. В кладу положено двойное золото, серебро — все крестовики, жемчуг и медные деньги, все с конями. Около клада стоит пристав-чёрт и никому не даёт денег. Кто возьмёт этот клад, тому построить собор-церковь и поставить в ней Животворящий Крест, находящийся в часовне, а икону Арсидимы Божьей Матери отнести в Соловецкий монастырь. Камень же самосвет и Камень Невидимый отослать к царю. Невидимый камень нужно носить на груди, а в карман не класть. От Невидимого камня много пользы: если царь обойдёт с ним всю Россию, то она сделается невидимой для неприятеля. Есть поверье, что если кто начинает копать этот клад, то из-под земли слышит слабый женский голос: «Не усиляйся, раб Божий, своей силой поднять казну! Найди разрыв-траву и выручи Божью Матерь из неволи, и тогда всему твоему роду и породью будет царствие небесное».

А около села Стемаса под Алатырем, в крутом овраге, зарыл Стенька двенадцать бочек золота. Стерегут его двенадцать чертей с ружьями, а чтобы взять этот клад, надо из рук этих чертей принять и выпить «ведро соплей с харкотиной»…

А в горе близ Сенгилея, под названием Шиловская шишка, устроил Стенька, как рассказывают, подвал, а в нём на цепях четыре бочки золота, сторожит их большой медведь…

И таких рассказов бытовало по всему Поволжью, от Астрахани до Жигулей, десятки, а может быть, и сотни. Рассказывали и про затопленную лодку с серебром; про сундук, что полон драгоценного платья, а сверху, как жар, горит икона, а заклята та поклажа на 300 лет; про 12 нош (ноша — мера веса, которую способен зараз унести на себе бурлак или крючник) серебра в чугуне, зарыт в горе, покрыт железным листом. Рассказывали и про две бочки серебра, зарытых у села Промзино Городище в Алатырском уезде — один мужичок взялся их отыскать, копал-копал, и дошёл уже до каменной плиты, которая те бочки покрывала, да тут вдруг видит — идёт прямо на него войско с ружьями, солдаты в него целятся… Побросал все лопаты-скребки кладоискатель, да бежать! Утром вернулся на то место, смотрит — нет ни скребка, ни лопаты. А вот если бы не струсил, то клад бы ему достался.

Стенькино колдовство пытались преодолевать и с помощью «ворожцов»-знахарей. К примеру, в селе Кувай под Алатырем Разин, по легенде, оставил в одном из курганов большой клад. И вот в 1840-х годах появился в селе некий человек, пришёл он, как сам говорил, из степей, от «Каспинского» моря. У этого человека были старинные письма от «товарищей Стеньки Разина», и в этих письмах говорилось, что в Кувае, в урочище Городок, сокрыт клад: «Под этим курганом зарыто множество золота и серебра; одних наших братских денег положено в кладу до 10 тысяч золотых, а атамановой казны и не перечесть, над этим кладом висит на золотой цепи икона Богородицы в золотой ризе». Немедленно из кувайских мужиков составилось товарищество желающих искать сокровища, а для преодоления разинских чар был вызван ворожец из города Корсуня — большой мастер, «у которого все клады были наперечёт». Знахарь, прибыв в село, принялся гадать: пошептал над водой, посмотрел на дно чашки и сказал: «Весь Кувай стоит на кладах!» Ворожца повели на место предполагаемого клада. «Третьим глазом» он зорко таращился по сторонам и то и дело вскрикивал.

— Смотри-ка, смотри-ка — денег-то, денег тьма какая! Весь Кувай в огнях — как жар горит! Это золото и серебро в кладах горит!

Но мужики, сколько ни пялили глаза — ничего не видели. Пришли на место, стали копать. На глубине трёх сажен наткнулись на крышку медного котла. Ворожец кинулся в яму и котёл тащит, а мужики заспорили — как клад делить. Клад меж тем стал в землю уходить — никакое колдовство не помогает! Так и ушёл. Ворожец из ямы вылез, ругается:

— Что ж вы, — говорит, — не добыв клада, делить его вздумали? А теперь он наружу выйдет лет через пять или через десять.

В преданиях клады Разина имеют три общих черты: они непременно заговорены (ведь Разин, говорят, сильным колдуном был!), укрыты с применением сложных подземных инженерных сооружений (каменные подвалы с железными дверями, многокомнатные подземелья и т. п.) и содержат просто-таки баснословные сокровища. Дыма без огня не бывает, но здесь и то, и другое, и третье вызывает явные сомнения и заставляет критически отнестись к самому факту существования разинских кладов.

Но в основе этих легенд лежит один исторический факт. История разинских кладов начинается от Фрола Разина, Степанова брата.

Во время казни мятежников, когда потащили их на плаху, перепуганный до жалости к себе Фрол крикнул: «Государево слово и дело за мной!» Степан успел рявкнуть: «Молчи, собака!» Но тут палач отсёк ему голову. А Фрола снова поволокли на допрос. Он под пыткой показал, что «были у моего брата воровские письма, присланные откуда ни на есть, и эти всякие бумаги он зарыл в землю… собрал их в денежный кувшин, засмолил и зарыл в землю на острове на Дону, на урочище Прорва под вербою, а эта верба посередине крива, а около ней густые вербы; а около острова будет версты две или три». Кроме того, рассказал Фрол, брат его «награбил зело много добра всякого», а после разгрома восстания увёз с собой на Кагальник «сундук с рухлядью». В числе этой «рухляди» был некий «костяной город, образцом сделан будто Цареград».

Фрола повезли со стрельцами на Дон. Пять лет он искал там клады, водил стрельцов по разным урочищам, утверждая, что не может найти приметный большой камень, пещеру или дерево. Надоело это властям, привезли его обратно в Москву и голову ссекли. Правда, есть свидетельства, что Фрола приговорили к вечному заточению.

С тех пор клады Разина пытаются найти на протяжении трёхсот лет. В центре внимания кладоискателей прежде всего находились многочисленные урочища на Дону и Волге, связанные с именем Разина. Одним из таких мест считалось городище Увек в 12 верстах от Саратова. Некогда здесь располагался золотоордынский город. Один из заросших лесом оврагов вблизи Увека называют «Стенькиным оврагом», в котором находилась «Стенькина пещера». Пещера эта обвалилась ещё в середине XIX столетия. Из неё шёл подземный ход на вершину горы, откуда открывался вид на Волгу и Саратов. Было видно на 12 вёрст вокруг. В 1860-е годы овраг и остатки пещеры осматривал историк В. Крестовский. Он обнаружил остатки кирпичной облицовки стен пещеры, золотоордынские монеты, предметы периода Золотой Орды.

А сколько гуляло по рукам «кладовых записей» на разинские клады! В конце 1893 года масштабные поиски кладов Разина в Лукояновском уезде Нижегородской губернии вёл некто Ящеров. Он основывался на попавшей в его руки фантастической «кладовой записи». Против потуг Ящерова с аргументированной критикой выступили члены Нижегородской учёной архивной комиссии, однако авантюристу удалось получить разрешение на раскопки от Императорской Археологической комиссии. Пока суд да дело, настала зима и поиски были отложены. В ожидании раскопок, как водится, история стала раздуваться прессой — сенсация, однако! Кладоискатель меж тем не спешил приняться за дело и, погревшись немного в лучах славы, исчез в неизвестном направлении…