Глава 2. РАССТРОЙСТВО СЕКСУАЛЬНОГО ВЛЕЧЕНИЯ

Глава 2. РАССТРОЙСТВО СЕКСУАЛЬНОГО ВЛЕЧЕНИЯ

Среди супружеских пар, обращающихся к сексопатологам, жалобы на отсутствие сексуального влечения встречаются наиболее часто, причем у женщин это расстройство встречается чаще, чем у мужчин

Расстройства сексуального влечения американские психиатры Г.Каплан и Б.Сэдок условно подразделяют на два типа:

а) снижение или отсутствие сексуального влечения, характеризующееся недостатком или отсутствием сексуальных фантазий и желания сексуальной активности,

б) расстройства, связанные с отвращением к половым сношениям, отсутствием полового удовольствия и избеганием сексуальных контактов

В первом случае снижение или отсутствие сексуального влечения может быть связано с некоторыми психическими заболеваниями, замедленным или недостаточным половым созреванием, нарушениями в эндокринной системе.

Снижение сексуального влечения и отвращение к половым сношениям бывает у некоторых людей, которых с детства воспитывали в чрезвычайной строгости и прививали им отрицательное отношение к сексу как "греху", чему-то низменному, грязному. Аскетическое воспитание с презрительным отношением ко всему "плотскому" бывает в религиозных семьях, у членов некоторых сект.

Неправильное половое воспитание бывает и в неполных семьях, где мать рано лишилась мужа или родители разошлись, и мать не выходила замуж повторно, избегая сексуальных контактов с мужчинами и прививая собственное негативное отношение к сексу своему ребенку.

Клинический пример

Геннадий С., 34 года. Образование высшее, инженер. Женат, имеет сына.

Родители в разводе. Мать — женщина примитивного интеллекта, властная, скорая на расправу, вспыльчивая. Если считала, что сын в чем-то провинился — ругала, обзывала и даже била его. В детстве Геннадия воспитывала бабушка. Она пыталась защитить внука от гнева его матери, скрывала от нее все его проступки, из-за чего они часто скандалили. Вспылив, мать Геннадия могла даже оскорбить собственную мать, замахнуться на нее.

Бывшего мужа мать Геннадия ненавидела, обзывала грязными словами, называла "кобелем" и "развратником". Ругая его, она не стеснялась в выражениях. С детства внушала сыну, что половая жизнь — это "скотство", и его отец был "скотом", с ее слов, "ему нужно было только одно — чтобы она раздвинула ноги". Твердила сыну, чтобы он никогда не брал пример со своего отца. Для подтверждения своих слов однажды заставила сына наблюдать случку двух собак, сопровождая увиденное грязными комментариями и проводя аналогии с половой жизнью людей. Мальчик не хотел смотреть на это, но он очень боялся матери и не смел ослушаться, хотя и не понимал, чего она от него добивается.

С детства у него сложилось представление, что все женщины похожи на его мать, они непременно будут кричать на него, обзывать и унижать.

Друзей ни во дворе, ни в школе у Геннадия не было, он сторонился и мальчиков, и девочек. Он рос тихим, запуганным ребенком, все время проводил дома с бабушкой. Она рассказывала ему сказки, которые сама для него придумывала, или истории из своей жизни. Только рядом с нею он ощущал себя в безопасности. Геннадий считал самыми счастливыми те дни, когда мать работала в вечернюю смену, и ее не было дома во второй половине дня, когда он возвращался из школы, и они с бабушкой были одни. Самыми несчастными были выходные дни, когда мать была дома и "цеплялась" к нему по малейшему поводу.

Закончив школу, Геннадий по совету бабушки поступил в Московский авиационный институт. Мать была против, устроила по этому поводу скандал, заявив, что больше не намерена «кормить этого дармоеда, пусть он сам зарабатывает». Но бабушка твердо настояла, что намерена все свои сбережения и свою пенсию тратить на то. чтобы внук получил образование.

Геннадий никогда не проявлял интереса к девушкам. В студенческие годы в их группе было две девушки, но Геннадий с ними почти не разговаривал. Ни с кем из сокурсников тоже не сблизился. Все считали его замкнутым и необщительным.

Закончив институт, по распределению стал работать инженером на заводе. Когда ему было 27 лет, у матери диагностировали неоперабельный рак молочной железы, и спустя год она скончалась

Бабушка была уже старенькой и часто с грустью говорила, что мечтает перед смертью побаюкать правнука. Геннадий отмалчивался, но сам понимал, что с ним что-то не в порядке. На работе были замужние и разведенные женщины, и они отнюдь не были такими "мегерами", какими Геннадий представлял себе женщин. Но хотя он это осознавал, но тем не менее, не мог себя пересилить. Ни одна из них ему не нравилась. О сексе он даже не думал. Периодически у него были ночные поллюции, но Геннадий никогда не пытался мастурбировать.

Когда ему было 32 года, бабушка слегла. До этого она справлялась с домашними обязанностями, а теперь ухаживать за ней и выполнять домашнюю работу пришлось Геннадию. Получалось у него неважно, готовить он не умел, хотя с уборкой квартиры более-менее справлялся. Бабушка снова заговорила о том, что ему давно пора жениться, и не только затем, чтобы жена вела хозяйство, но и ради того, чтобы иметь детей. Она взяла с него слово, что он обратится к психиатру, и Геннадий после долгих сомнений пришел на консультацию

Он посещал наш коммерческий медицинский центр около года, и за это время в его жизни произошли благоприятные перемены. Бабушка стала себя лучше чувствовать и могла самостоятельно передвигаться по дому, а

Геннадий познакомился с хорошей девушкой и подумывал о женитьбе. Смущало его то, что невеста моложе его на 13 лет, а он, несмотря на свой возраст, еще девственник.

Долгое время он никак не мог решиться на какие-либо эротические действия, ухаживал, был внимателен к своей знакомой, дарил ей цветы и подарки. Потом все же дело дошло до объятий и поцелуев, но на половую близость Геннадий так и не решился. Его очень угнетало, что он не испытывает к своей знакомой сексуального влечения. Она была ему симпатична, ему нравилось проводить с нею время, он был рад, что она понравилась его бабушке, а бабушка была просто счастлива и торопила его со свадьбой. "Стерпится — слюбится", — говорила она Геннадию, и он тоже надеялся, что после женитьбы у него все наладится.

Потом я не видела Геннадия около года, а затем он пришел сияющий, сказав, что забежал ко мне, чтобы поделиться своей радостью — у него родился сын. Семейная жизнь благополучна. Молодые живут вместе с бабушкой, Геннадий хорошо ладит с женой. Бурной страсти он к ней не испытывает, но она спокойная, мягкая по характеру, и он считает свой брак удачным, а став отцом — тем более.

Бывают и такие случаи, когда мать ведет распущенный образ жизни, беспорядочную половую жизнь, пьянствует и совершает половой акт со случайными партнерами на глазах у своего ребенка, и у него формируется непреодолимое отвращение к сексу. Став взрослым, такой человек не может избавиться от воспоминаний своего детства и относится к сексуальной жизни не как к естественному слиянию двух любящих людей, а как к чему-то отвратительному, как к удовлетворению самых низменных потребностей. Если он (она) встретит в своей жизни достойного человека, который поможет ему (ей) освободиться от такого неверного убеждения, то в дальнейшем все может нормализоваться, и у него (нее) будет нормальное сексуальное влечение. Но в ряде случаев такие люди избегают всего, что связано с сексуальной деятельностью, и остаются одинокими на всю жизнь.

Отвращение к сексуальному контакту возникает и при многих других вариантах неправильного воспитания в детстве, а также в случаях физического или сексуального насилия над ребенком в детском или подростковом возрасте.

Клинический пример

Марина К., 28 лет, не замужем. Обратилась с жалобами на пониженное настроение, отсутствие интереса к жизни, чувство безысходности. Периодически возникают мысли о нежелании жить

Отец ушел из семьи, когда дочери было 5 лет, переехал в другой город, с тех пор с ним не виделась. Мать больна алкоголизмом, ранее была актрисой, в настоящее время не работает, пьет.

Больная родилась в срок, от нормальной беременности, нормальных родов. Раннее развитие своевременное. Из перенесенных заболеваний — детские инфекции без осложнений, ОРЗ, грипп, хронический тонзиллит. С 12-летнего возраста — ревматический миокардит. Тонзилэктомия в 13-летнем возрасте

По характеру в детстве была спокойной, вежливой, послушной, в меру общительной, подруги были, но общалась избирательно. Не любила шумных подвижных игр со сверстниками, сидела где-нибудь в стороне с подружкой. В подростковом возрасте после изнасилования стала замкнутой, скрытной, подавленной, сверстников стала избегать

После развода родителей мать стала много пить. По вечерам запирала 5-летнюю дочь дома одну и уходила на работу, если у нее был вечерний спектакль, возвращалась поздно ночью, нетрезвая

С 6-летнего возраста отдала дочь в детский сад на 5-дневку, забирала только вечером в пятницу. Уезжая на гастроли, оставляла дочь на попечении соседей.

Девочка очень скучала без матери, в детском саду вначале все время плакала, потом привыкла, привязалась к своей воспитательнице. Та знала о ее проблемах и очень жалела. Она жила рядом с детским садом и иногда, если мать была на гастролях, и за девочкой не приходила, брала ее к себе домой. У нее было двое своих детей, и Марина чувствовала себя почти членом семьи. Впоследствии мать регулярно оставляла дочь у воспитательницы, не считая нужным как-то компенсировать той расходы на питание ребенка и покупки для нее, так как сама забывала купить ей чулки, белье и другие необходимые ребенку вещи.

Через год Марина пошла в школу. 1-го сентября мать отвела ее в школу, а дальше девочка уже ходила в школу одна, хотя надо было переходить через дорогу с оживленным движением. Но девочка с детства привыкла к самостоятельности, готовила себе простую пищу, так как матери чаще всего днем и вечером не было дома. Научилась сама мыть посуду, стирать, прибираться по дому. Сама готовила дома уроки, гуляла на улице с подружками или шла к своей бывшей воспитательнице, потом возвращалась домой и ложилась спать.

Мать пила все больше. Вначале она выпивала после спектакля у своих многочисленных любовников, но домой всегда приходила одна. Потом с работы ее уволили. Она стала чаще бывать дома, но стали появляться мужчины. Со временем из всех поклонников у матери остался один, который стал жить у них постоянно, и они регулярно напивались вместе с матерью Марины. Выпив, мать скандалила с сожителем или засыпала крепким сном. Впоследствии у матери было еще несколько сожителей. За одного из них она вышла замуж.

Отчим с самого начала стал оказывать Марине, которой тогда было 12 лет, знаки внимания — иногда приносил конфеты или цветы, трепал по щечке, слегка щипал или похлопывал по плечу, гладил по голове.

Из всех сожителей матери он нравился Марине больше всех — мало пил, и при нем мать вначале старалась пить меньше, был галантен, дарил подарки обеим, говорил комплименты. И когда они поженились, Марина была рада, что наконец-то прекратятся пьяные скандалы матери, и она станет меньше пить.

Вначале действительно они жили спокойно. Но через несколько месяцев мать стала днем, когда отчим был на работе, уходить из дома и возвращалась уже навеселе. Говорила, что ездила к своим друзьям-актерам, так как очень скучает без работы. Отчим был сдержан, пытался поговорить с нею только когда она была трезвой. Она обещала, что это больше не повторится и держалась некоторое время, потом все повторялось снова.

Однажды, когда матери не было, Марина принимала ванну, и к ней вошел отчим. Он сказал, что просто зашел помыть руки, а потом присел на край ванны и грустным голосом сказал: "Опять наша мама нас с тобой бросила и загуляла, бедные мы, бедные…"

От этих слов Марина разрыдалась, она очень страдала от пьянства матери, ей было стыдно перед своими одноклассниками, что мать ни разу не пришла ни на одно родительское собрание, в последние два года на них ходил ее отчим, и она была к нему привязана не меньше, чем к матери. Он ее утешал, положив руки ей на плечи, потом завернул ее в махровую простыню, перенес на постель и сам прилег рядом.

Когда он начал поглаживать ее, просунув руку под одеяло, она вздрогнула и отпрянула, но он так ласково и спокойно с нею говорил, что она боялась его оттолкнуть, для нее он оставался самым близким человеком после матери, а той вечно не было дома или она спала, будучи пьяной.

И Марина почти не сопротивлялась, когда отчим овладел ею, хотя ей было очень страшно, стыдно и противно. После этого она убежала в ванную и долго плакала, а когда она вышла, отчим был еще более ласков и сказал, что ничего плохого не произошло, все это естественно, она "хоть и маленькая, а женщина", а он мужчина, ее мамы постоянно нет дома, а Марина так напоминает ему маму и так далее.

Но она ему не поверила и с нетерпением ждала возвращения матери, чтобы ей все рассказать, но мать явилась поздно и вдребезги пьяная, еле стояла на ногах и сразу рухнула в постель. Утром, когда Марина собиралась в школу, мать еще спала. А вечером ее опять не было. А отчим был дома, и все повторилось.

На этот раз Марина отчаянно сопротивлялась, царапалась, плакала, просила оставить ее в покое, но он вначале пытался ее уговаривать, потом овладел силой. А потом строго сказал, чтобы она не вздумала ничего говорить матери, иначе он отправит ее на принудительное лечение от алкоголизма, удочерит Марину, и они все равно будут жить вместе.

Так повторялось каждый раз, когда матери не было дома или когда она спала. Иногда отчим проводил с Мариной всю ночь.

Марина стала подавленной, рассеянной, стала хуже учиться, ходила с опушенной головой, прятала глаза, избегала подруг. Ей казалось, что все догадываются, что с нею проделывает отчим почти каждую ночь. По ночам долго не могла уснуть, в ужасе ожидая, что сейчас скрипнет дверь, и опять войдет отчим. После его ухода долго плакала, не могла заснуть, постоянно не высыпалась, утром вставала вялой, разбитой, по любому пустяку на глазах появлялись слезы.

От ее прежней привязанности к нему не осталось и следа. Она не очень понимала, что происходит, но было ощущение чего-то мерзкого, грязного. Отчиму было более пятидесяти, Марине — 15 лет

Ей некому было рассказать о происходящем, мать совершенно опустилась, пила уже с утра и в течение всего дня. Марина не раз пыталась с нею заговорить, но та смотрела на нее с бессмысленной улыбкой, держа рюмку в руке, и девочка молчала, сознавая, что та ее понять не способна, а скорее всего опять раскричится.

Отчим не скрывал, что терпит поведение матери только из-за Марины, а если она будет сопротивляться или кому-то расскажет, то он их бросит, им не на что будет жить, мать заберут в больницу, а Марину отдадут в детский дом

Единственным близким человеком оставалась бывшая воспитательница из детского сада, с которой Марина давно не виделась. Но однажды она решилась, пошла к ней и все рассказала. Та была простой женщиной. растерялась, хотя и очень сочувствовала Марине и сказала, что если ей совсем невмоготу, пусть остается у нее. И Марина осталась, в чем была, даже не зашла домой за вещами.

Но уже через неделю отчим подкараулил ее у школы и велел немедленно возвращаться домой. И опять начались ее мучения.

Но как-то ночью мать проснулась и. не обнаружив отчима в спальне, прошлась по квартире, затем вошла в комнату Марины и включила свет. Реакция ее была ужасной. Она визжала, таскала Марину за волосы, била по лицу, оскорбляла.

Почему-то ее возмутило не поведение мужа, а поведение дочери. В конце концов она вышвырнула полуодетую плачущую Марину из квартиры, следом выбросила первые попавшиеся под руку вещи, прокричав, что больше видеть ее не желает.

Девочке опять пришлось искать пристанища у своей бывшей воспитательницы, но в школу она больше не ходила, боясь, что там ее опять найдет отчим. Воспитательница помогла Марине забрать документы и перейти в вечернюю школу. Днем Марина работала санитаркой в больнице. После 8-го класса поступила в медицинское училище, работала медицинской сестрой.

С тех пор боялась всех мужчин, никому не доверяла, от мальчиков в своей группе, а