Ушаков

Ушаков

Ушаков (Симон или Пимен Федорович, 1626 – 86) – знаменитый московский иконописец, происходил, вероятно, из посадских людей и, по-видимому, очень рано получил основательную подготовку к своей специальности, так как, будучи всего 22-х лет от роду, был принят в царские «жалованные» (т. е. получавшие постоянное содержание) мастера Серебряной палаты при Оружейном приказе. Здесь прямыми его обязанностями было «знаменить», т. е. делать рисунки для разных предметов церковной утвари и дворцового обихода, преимущественно для золотых, серебряных и эмалированных изделий, расписывать знамена, сочинять узоры для рукоделий, чертить карты, планы и т. д. Усердно исполняя подобные работы, он писал, кроме того, образа для двора, церквей и частных лиц, причем приобрел вскоре известность лучшего на Москве иконописца. С переводом У. на службу из Серебряной палаты в Оружейную, в 1664 г., круг его деятельности расширился, а слава возросла еще более: он стал во главе прочих царских мастеров, образовал целую школу иконописцев, пользовался милостями царя Алексея Михайловича и его преемников на престоле, исполнял всяческие их поручения по художественной части и до самой своей кончины жил в довольстве и почете. Икон, писанных У., дошло до нас довольно много, но, к сожалению, большинство их искажено позднейшими записями и реставрациями. Как на сохранившиеся лучше других и особенно любопытные, можно указать на иконы: Благовещения, в которой главное изображение окружено композициями на темы акафиста Пресв. Богородицы (наход. в церкви Грузинской Божьей Матери, в М.), Владимирской Богоматери с московскими угодниками (там же), св. Феодора Стратилата (у могилы царя Федора Алексеевича, в Архангельском соборе), Нерукотворенного Спаса (в соборе Троицко-Сергиевской лавры), Сошествие Св. Духа (там же) и на икону-портрет царей Михаила Федоровича и Алексея Михайловича (в Архангельском соборе). Эти произведения, равно как и другие работы У. свидетельствуют, что он был человек весьма развитый по своему времени, художник талантливый, прекрасно владевший всеми средствами тогдашней техники и старавшийся вывести русскую живопись из застоя и рутины, в которых она находилась до его появления. Оставаясь на почве исконного русско-византийского иконописания, он не относился равнодушно к западному искусству, веяние которого вообще уже сильно распространилось в XVII стол. на Руси, писал и древним пошибом, и в новом. так назыв. «фряжском» стиле, улучшал первый заимствованиями из второго и, вместо рабского повторения одних и тех же типов икон, вместо изображения окоченелых, неестественных фигур, изобретал новые композиции, присматривался к западным образцам и к натуре, стремился сообщать фигурам характерность и движение, хотя достигал всего этого, конечно, лишь настолько, насколько было ему доступно при тогдашней зависимости искусства от церкви и от требований русского быта. В круг занятий У. входило изготовление рисунков для граверов. Д. Ровинский в своем «Подробном словаре русских граверов» указывает на два офорта, исполненных им самим. Ср. Г. Филимонов, «Симон У. и современная ему эпоха русской иконописи» (Москва, 1873).

А. С – в.