Миссия в Монтевидео

Миссия в Монтевидео

На самом пороге Второй мировой войны, почти за две недели до её начала, командование военно-морских сил Германии решило принять превентивные меры по блокированию трасс морских грузовых перевозок в Южной Атлантике. Оттуда в Западную Европу и, в частности, в Англию, поступали нефть, продовольствие и множество иных стратегических грузов.

Для проведения боевых операций вдали от своих баз решили направить построенный в 1934 году в нарушение Версальского договора линкор военно-морского флота Германии «Граф Шпее», названный так в честь графа Максимилиана фон Шпее, погибшего на флагмане «Шарнхорст» в битве с английской эскадрой у Фолклендских островов во время Первой мировой войны. Этот корабль считался практически непотопляемым, мог развивать скорость до 28 узлов, имел экипаж численностью в 1150 человек и был вооружён шестью 11-дюймовыми орудиями, восемью 6-дюймовыми пушками и нёс на борту восемь торпедных аппаратов. Командовал линкором капитан Ганс Лангсдорф.

21 августа 1939 года он получил запечатанный сургучом конверт из плотной бумаги с орлами, в котором находился приказ адмирала Редера выйти в море и взять курс на Южную Атлантику. В тот момент там не отмечалось присутствия ни одного военного корабля потенциальных противников Германии, поэтому в штабе немецких военно-морских сил полагали, что выполнить задуманное не составит особого труда.

Однако британская разведка заранее приложила немало усилий, чтобы получить возможность иметь самую свежую информацию о любых перемещениях германского флота — на Островах прекрасно понимали: война не за горами! Агентура английской разведки донесла о выходе из порта линкора «Граф Шпее» и даже сообщила, куда и зачем он направляется. Эти сведения в срочном порядке поступили в Лондон, где «Интеллидженс сервис» передало их в Адмиралтейство. Там приняли решение — для противоборства с немецким линкором срочно отправить в тот же район Южной Атлантики британские крейсеры «Экзетер» и «Аякс», а для усиления придать им новозеландский крейсер «Ахиллес». Предполагалось, что эти корабли должны нести боевое охранение у берегов Рио-де-ла-Платы, где непременно появится германский линкор. Англичане сумели проделать всё очень скрытно, и их боевая эскадра ушла с базы незаметно для немецкой агентуры.

1 сентября 1939 года, в четыре часа сорок семь минут, силы вермахта начали массированное наступление на территорию Польской Республики на всех участках границы. Вскоре, подавив первое слабое сопротивление, немецкие танки, окрашенные в зловещий чёрный цвет, вышли на дорогу к Ченстохове.

Началась Вторая мировая война. И в тот же час в Южную Атлантику, командиру линкора «Граф Шпее» Гансу Лангсдорфу ушла радиограмма из штаба военно-морских сил Германии:

«Открыть огонь!»

Немцы безнаказанно разбойничали в Южной Атлантике почти три месяца и казались неуловимыми: английские моряки иногда даже поминали потихоньку «старого Ника» — дьявола, — уж не помогает ли он продавшим ему душу проклятым бошам? Кстати, капитан цур зее герр Лангсдорф к концу первой декады декабря потопил уже девять английских грузовых пароходов с продовольствием для воюющей Европы, взял в плен немало моряков и даже не подозревал о присутствии в этих водах английских военных кораблей.

Тем временем разворачивались ожесточённые баталии и на дипломатическом фронте. Великобритания начала предъявлять ряду латиноамериканских стран вполне обоснованные претензии, предполагая, что они предоставляют немецким эсминцам и броненосцам доки для ремонта, разрешают пополнить в их портах запасы воды и продовольствия. В частности, британское Адмиралтейство в достаточно жёсткой форме потребовало от бразильских властей навести порядок в торговле нефтью. Английская нефть для немецких танкеров должна продаваться исключительно через бразильские порты, чтобы топливо не использовалось для дозаправки немецких эсминцев, действовавших в этом регионе.

И вот, наконец, англичанам несказанно повезло. 13 декабря 1939 года, недалеко от берегов Уругвая, немецкий броненосец «Граф Шпее» внезапно «напоролся» на боевую эскадру флота Его Королевского Величества. Прямо скажем, эта встреча оказалась неожиданной для обеих воюющих сторон, хотя британцы давно и настойчиво выслеживали немцев. И вот они сошлись в открытом бою.

Морское сражение продолжалось более четырнадцати часов. Англичане знали по сообщениям из Лондона, что немецкий линкор имеет на боргу порядка шести десятков пленных британских моряков с потопленных пароходов. Однако сейчас важнее было думать, как самим выстоять в бою и победить грозного противника — «Граф Шпее» считался одним из сильнейших линкоров мира!

Британские моряки сумели жёстко блокировать немцев и не дали им возможности уклониться от сражения. Затрещали колокола громкого боя, загремели по трапам ботинки матросов, начали щупать горизонт синеватые линзы дальномеров, и корабельная броня дрогнула от первых залпов. Англичане дрались яростно и отважно, но немцы не уступали им и с отчаянием обречённых бились не на жизнь, а на смерть.

Довольно быстро немецким артиллеристам удалось сильно повредить английский крейсер «Экзетер» и практически вывести его из строя. Зато «Ахиллес» и «Аякс» вцепились бульдогами и без устали молотили по «Графу Шпее» бронебойными снарядами, как крестьяне цепами на току. Вскоре у немцев на борту оказалось уже до сотни человек убитых и раненых, линкор получил ряд серьёзных повреждений, но упорно продолжал огрызаться огнём отважным броненосцам королевского флота.

Справиться с оставшимися в строю «англичанами» немцам так и не удалось, но опытный капитан Лангсдорф сумел воспользоваться выходом из боя крейсера «Экзетер» и вырвался из кольца блокады. Уповая на ещё сохранившиеся остатки прежней быстроходности, «Граф Шпее» взял курс на Монтевидео. Британские корабли неотступно преследовали его.

Немецкий линкор буквально полз к ближайшему порту нейтрального Уругвая, где он рассчитывал хотя бы временно укрыться в бухте Монтевидео. Местные власти разрешили ему зайти в порт и на берег переправили раненых и тела убитых. Капитан Лангсдорф попросил дать ему две недели на ремонт повреждённого в бою корабля, но уругвайские власти, не желавшие портить отношения ни с Гитлером, ни с Британской империей, поразмыслив, приняли соломоново решение — они дали немцам двое суток! Не отказали, но и не позволили долго задержаться. Да ещё пригрозили: если немцы не выполнят поставленные условия, то экипаж линкора будет арестован.

На набережной собралась шумная толпа: поглазеть на огромный боевой корабль. И ещё одно редкое зрелище привлекало экспансивных латиноамериканцев — у выхода из бухты ясно виднелись силуэты стоявших под парами британских крейсеров. Они уже срочно вызвали по радио подкрепление и теперь караулили «Графа Шпее», оказавшегося в порту Монтевидео, как в мышеловке. Англичане были полны суровой решимости непременно во что бы то ни стало довершить начатое дело и пустить немецкий линкор на дно. Они не сомневались: капитан Лангсдорф вряд ли осмелится повторить подвиг русского капитана Руднева, командовавшего крейсером «Варяг» в Русско-японскую войну, и не выйдет, как русские моряки, навстречу смерти, предпочитая её позору своего флота. Рано или поздно немцы сдадутся. А нет — так на дно их!

В воскресенье 17 декабря 1939 года, около 18 часов немецкий линкор «Граф Шпее» поднял якоря и буксиры медленно потащили его к выходу из бухты. На набережную высыпали десятки тысяч «монтевидианос», чтобы последний раз взглянуть на фашистского бронированного монстра. Все с интересом ждали: что последует дальше? Ведь англичане по-прежнему караулили добычу! Спустя несколько минут линкор остановился, тянувшие его буксиры отвалили в стороны. Капитан Лангсдорф ещё раз перечитал полученную накануне из Берлина шифровку и кивнул первому помощнику:

— Пора!

На глазах изумлённой толпы зевак «Граф Шпее» сделал несколько непонятных и беспорядочных манёвров, а потом вдруг из его трюмов вырвались огромные столбы чёрного дыма и заволокли половину неба. Грохот страшного взрыва донёсся до города — это рванули артиллерийские погреба линкора. Взрывной волной разом вышибло все стёкла в домах на набережной и в прилегающих к ней кварталах. Корпус корабля раскололся, и спустя несколько минут линкор «Граф Шпее», являвшийся гордостью нацистского надводного военно-морского флота, затонул. Немцы не решились повторить подвиг русских, но и не пожелали сдаваться на милость англичан.

Экипаж линкора во главе с капитаном Лангсдорфом и вместе с пленными английскими моряками добрались до берега и были интернированы уругвайскими властями. Как выяснилось позднее, Гитлер лично отдал приказ об уничтожении корабля, чтобы он не попал в руки противника. Через три дня капитан Лангсдорф обернул себя нацистским военно-морским флагом и застрелился.

— Что вы об этом скажете? — в сочельник перед Рождеством 1939 года спросил адмирал Карл Дёниц у адмирала Канариса. — Я всегда считал, что подводный флот менее уязвим и способен нанести больший урон противнику. О, если бы «Граф Шпее» был подводным линкором!

— Далеко не все наши мечты сбываются, — философски заметил Канарис. — Но я думаю, что поражение ещё можно попытаться обернуть победой!

Глава абвера не без оснований считался отличным знатоком Латинской Америки: ещё в период Первой мировой войны он успешно действовал на южноамериканском континенте при поддержке немецкой агентуры. И сейчас адмирал решил разработать и начал осуществлять операцию под кодовым наименованием «Миссия в Монтевидео». В её ходе в Уругвай под видом родственников, адвокатов, нотариусов и просто дельцов, старающихся оказать помощь интернированным морякам линкора, потекли профессиональные разведчики и агенты абвера.

— У нас там уже есть почти тысяча человек, — рассуждал Канарис. — Конечно, кто-то из них вернётся в Фатерланд, но кто-то останется в Уругвае или согласится специально остаться, став нашим самым верным помощником. Плюс мы умело добавим им «родни» и прочей публики. Так образуется пусть сначала небольшая, но наша колония, которую мы сделаем опорной базой своей разведки. Используем возможности уже имеющейся в Южной Америке агентуры, постепенно рассредоточим людей и начнём активную работу.

Всё получилось именно так, как планировал адмирал Канарис. Часть моряков со взорванного линкора «Граф Шпее» вернулась в Фатерланд, а часть осталась в Уругвае — подальше от страшной войны. Многие превратились в нацистских агентов. Один из них приобрёл на отдалённом пляже уругвайского курорта Атлантида небольшой ресторанчик, который располагался в голове огромного каменного орла, высеченного из возвышавшейся над побережьем скалы: весьма оригинально и… очень полезно для немецких подводных лодок! По ночам глаз каменной птицы зловеще светился — он превращался в маяки, оттуда мигал сильный прожектор, подавая в море условные сигналы нацистским субмаринам, подходившим почти к самому берегу. Адмирал Дёниц не скрывал восторга.

— Очень любопытное и полезное дело, — заметил о «Миссии в Монтевидео» рейхсфюрер СС Генрих Гиммлер.

Конечно, он знал об этой операции, поскольку имел своих осведомителей даже в абвере. Вскоре эсэсовцы заставили абвер взять их «в долю» и несколько потесниться на насиженном месте: Гиммлер и Борман заранее создавали секретные базы на случай полного краха рейха, и в этом отношении Уругвай являлся одной из очень перспективных точек.

После покушения на Гитлера в 1944 году, когда все спецслужбы Третьего рейха оказались полностью подчинены РСХА и лично рейхсфюреру СС Гиммлеру, операция «Миссия в Монтевидео» тоже полностью перешла в ведение эсэсовцев. Известно, что нацистские подлодки не раз высаживали под покровом ночи неизвестных людей на пляжах Атлантиды. Но вся работа в этом направлении скрыта тайной, документы практически полностью уничтожены, и почти все участники тех событий перешли в мир иной.

Тайна осталась неразгаданной. Кого и что доставляли подлодки Дёница на подготовленный Канарисом, использованный Гиммлером и Борманом плацдарм в Уругвае?

Данный текст является ознакомительным фрагментом.