Изобретатель-фальшивомонетчик

Изобретатель-фальшивомонетчик

25 апреля 1915 года газета «Петроградский листок» сообщала, что за быстрое и всестороннее раскрытие важного преступления по подделке и сбыту пятисотрублевых государственных кредитных билетов министр внутренних дел выразил искреннюю благодарность начальнику петроградской сыскной полиции В. Г. Филиппову.

Предыстория же этого краткого сообщения была такова.

В период с 1910 по 1912 год в денежном обороте ряда регионов Российской империи стали часто появляться фальшивые государственные кредитные билеты самых крупных номиналов — в 500 рублей. Это держало в постоянном напряжении все правоохранительные органы государства, принося им большие неприятности и постоянную критику за беспомощность в борьбе с фальшивомонетчиками.

В связи с большой серьезностью обстановки на денежном рынке страны было решено вместо находящихся в обороте пятисотрублевых кредитных билетов образца 1898 года выпускать билеты новых образцов. Постановлением правительства в 1913 году были выпущены кредитные билеты достоинством в 500 рублей образца 1912 года, имевшие более высокую художественно-полиграфическую степень защиты от подделок по сравнению с ранее действовавшими образцами.

Однако, к удивлению и досаде финансистов, вскоре после проведения указанного мероприятия в денежном обороте ряда регионов, особенно в Сибири, Поволжье, Крыму и других местах, появились фальшивые кредитные билеты только что выпущенного образца. Причем билеты были так искусно изготовлены, что даже опытные финансовые работники казначейств и банков не всегда могли их отличить от настоящих, напечатанных в Экспедиции заготовления государственных бумаг.

Такая нелепая и крайне неприятная ситуация сохранялась, несмотря на все принимаемые меры, до весны 1915 года, когда к раскрытию организации фальшивомонетчиков непосредственно не подключились начальник петроградской сыскной полиции В. Г. Филиппов и его друг, начальник московского сыска К. П. Маршалк. В середине марта московский детектив обратил внимание на государственный кредитный билет в 500 рублей, случайно обнаруженный в одной из меняльных лавок Москвы. Профессиональная интуиция подсказала детективу, что билет фальшивый, но он был так искусно изготовлен, что многократная экспертиза сотрудниками отделения Государственного банка Москвы не смогла подтвердить это предположение.

Однако опытного начальника сыска такой результат не убедил, и он решил все же проверить подлинность билета в Петроградской экспедиции заготовления государственных бумаг, где работали высококвалифицированные специалисты. Кредитный билет был доставлен Филиппову, который немедленно направил его на исследование. И вот — ошеломляющий результат: анализ и внимательное сравнение всех деталей орнамента присланного пятисотрублевого кредитного билета с подлинным не подтвердили подделку. Но неожиданно один из специалистов случайно обратил внимание на то, что на билете стояла подпись управляющего банком Коншина, тогда как выпущенные кредитные билеты подписывались уже вновь назначенным управляющим Шиповым. Следовательно, этот билет не изготавливался в экспедиции, а поэтому был фальшивым.

В это же время проводившему активные сыскные действия Филиппову благодаря агентурным сведениям удалось узнать, что в Петроград привезен, в качестве образца для сбыта в столичные банки большой партии подделок, такой же фальшивый пятисотрублевый кредитный билет. Было установлено, что так называемый «сбытчик» москвич Бородкин должен был договориться с одним из работников «Соединенного банка» в Петрограде о принятии на 200 тысяч рублей фальшивых кредитных билетов за покупку в банке процентных бумаг. Встреча эта состоялась, правда, вместо кассира банка прибывшего встретил опытный сыщик петроградской полиции. Арестованный Бородкин, понимая бессмысленность и опасность упорства, сразу же сознался, что кредитку получил от московского купца Соловьева.

Государственный кредитный билет достоинством 500 рублей образца 1912 года (лицевая сторона).

Государственный кредитный билет достоинством 500 рублей образца 1912 года (оборотная сторона).

В Москву по горячим следам немедленно выехал Филиппов. Первое, скорее интуитивное, подозрение у него вызвал некий Савицкий. Этот господин занимал в Москве видное общественное положение и состоял членом правления одного крупного лесопромышленного дела. В первый момент казалось даже невозможным заподозрить такого видного и респектабельного человека в совершении столь гнусного преступления. Однако экстренные полицейские запросы показали, что подозреваемый господин вовсе не Савицкий. Оказалось, что этот московский деятель на самом деле являлся лишенным всех прав бывшим штабс-капитаном В. В. Гидуляновым, осужденным за хищение 200 тысяч рублей казенных денег у своих сослуживцев — солдат и офицеров полка и скрывавшимся от ареста под чужой фамилией. Благодаря денежным аферам он в течение трех лет обеспечил себе солидное положение и стал зарабатывать крупные суммы денег. Он и был одним из организаторов изготовления фальшивых кредитных билетов.

Когда Филиппов показал Гидулянову разоблачающие его документы, тот, не запираясь, признался в совершенных преступлениях. Далее Филиппов установил, что основную роль в печатании фальшивых денег играл А. П. Пост, проживавший в Москве в меблированных комнатах доходного дома, имевшего громкое название «Лондон», но предназначенного для бедноты. Появление В. Г. Филиппова и членов московской полиции в комнате, где проживал Пост, так его поразило, что он упал и забился в истерическом припадке. Предварительным допросом было установлено, что Пост являлся гравером, причем настоящим художником в своем деле. Благодаря своему огромному таланту он создавал фальшивые кредитные билеты, с замечательной точностью копируя подлинники. Филиппов, арестовав Поста, приступил к розыску машин для печатания фальшивых кредитных билетов, а также уже изготовленных пятисотрублевых подделок. Печатный станок сыщики обнаружили в одном из мебельных складов, куда он был сдан на хранение в разобранном виде в большом сундуке, закрытом на несколько замков. Здесь же были найдены клише, валики, краски и все другие принадлежности, употреблявшиеся при печатании. Затем в несгораемом ящике хранилища одного из московских банков были обнаружены полностью готовые фальшивки.

Несколько позднее удалось установить место и роль в раскрытой преступной организации московского купца Н. А. Соловьева, на которого ссылался пойманный с поличным Бородкин. Оказалось, что в свое время, приехав из провинции в Москву, он был платным агентом московской сыскной полиции, получая за свои услуги по 50 рублей в месяц. Имея такой скромный заработок и обремененный семьей, он жил бедно, снимая плохую квартиру. Однако это было до тех пор, пока он не познакомился с Гидуляновым. Они вместе на деньги, украденные из казны бывшим штабс-капитаном, открыли торговый дом «Соловьев и Ко» по продаже лесных материалов. Предприятие стало быстро расширяться и процветать. Соловьев открыл торговые конторы, завел игорный дом, купил беговых лошадей. Во время приезда императора Николая II в Москву Соловьев создал одну из добровольных охранных дружин, куда вошел и Гидулянов. За участие в этом мероприятии оба сподвижника были награждены медалями.

Было установлено, что фальшивых кредитных билетов было отпечатано на сумму 220 тысяч рублей. Из них 200 тысяч рублей, находящихся в московском банке, предназначались для сбыта в столичные банки, a 20 тысяч рублей — для внедрения в обращение.

Несмотря на предпринятые фальшивомонетчиками меры предосторожности, крупное дело по изготовлению фальшивых пятисотрублевых кредитных билетов было оперативно раскрыто всего за четыре дня.

Казалось бы, что еще нужно таким достаточно богатым и живущим в свое удовольствие господам? Но, как часто бывает, они уже не могли остановиться в азарте наживы. Соловьев, учитывая прошлый опыт фальшивомонетчика Поста, решил заставить его снова приступить к изготовлению фальшивых пятисотрублевых кредитных билетов, поставив дело на широкую ногу. Сам он, обладая хорошими организаторскими способностями и связями, взялся за налаживание реализации фальшивых кредиток, искусно изготовляемых Постом. Так, в грандиозный план Соловьева входил массовый сбыт фальшивых пятисоток в районах боевых действий Первой мировой войны. Для этого он в конце 1914 года поехал в Петроград в квартиру военного министра В. А. Сухомлинова, с семьей которого познакомился при помощи друга — художника Григмана, бывшего своим человеком в этом доме. Соловьеву удалось войти в доверие семейства Сухомлиновых, и ему было обещано содействие в назначении начальником санитарного поезда и выдаче пропуска в район боевых действий. Однако оперативные действия сыскной полиции и аресты фальшивомонетчиков сорвали эту грандиозную аферу.

Особое внимание при предварительном дознании В. Г. Филиппов уделял выяснению личностей тех, кто сумел изготовить такие подделки кредитных билетов, которые не уступали по художественно-полиграфическому качеству государственным кредитным билетам. Ведь в создании настоящих кредиток участвовали сотни различных специалистов Экспедиции заготовления государственных бумаг, которая размещалась в нескольких больших зданиях.

Каково же было удивление Филиппова, когда он узнал, что фальшивки изготавливались только одним человеком, оказавшимся и художником, и мастером-гравером, и изобретателем станка, и печатником, и вообще всей «фабрикой». Пост признался, что станок для печатания денег изобретен им и изготовлен в Москве для подделок пятисотрублевых билетов за сравнительно короткий срок.

Филиппова да и всех полицейских поразило, что полная стоимость «фабрики» Поста составила, по оценкам научно-судебной экспертизы, всего 500 рублей, тогда как только одна машина экспедиции, на которой печатались государственные кредитные билеты, стоила не менее 300 тысяч рублей. Экспертизой был также установлен невероятный факт: фальшивомонетчик не знал того, что раскрыл тайну секретного «орловского» способа печати, запатентованного в России и за границей. Более того, ему даже удалось усовершенствовать этот способ…

На допросе Пост поведал начальнику петроградского сыска свою трагическую историю, которая со слов последнего была помещена в «Петроградской газете» от 28 мая 1915 года.

А. П. Пост родился в Лифляндской губернии, по национальности — латыш. До 18 лет работал и обучался специальности в оптическом магазине. Затем открыл мастерскую по изготовлению клише в городе Юрьеве (Тарту). Из «любви к искусству», не сознавая опасности, стал делать трехрублевые кредитные билеты. За это занятие был судим и приговорен к 2 годам и 8 месяцам каторжных работ на острове Сахалин. Там он отбыл срок и стал поселенцем. В этот период жизни он занялся самообразованием. Пытливый его ум остановился на успехах новой тогда науки — электроники, и он изучал ее, читая русские и немецкие книги. В голове Поста стали складываться идеи ряда изобретений.

Условия жизни ссыльного, да еще в отдалении от культурных и научных центров, не давали ему никакой возможности для реализации идей изобретений, и он, не выдержав этого, в 1911 году бежал на материк. Здесь первым его изобретением был прибор для определения местоположения руды, размера рудных пластов и глубин их залегания. Далее он занялся проблемами фотографирования на больших расстояниях.

Для реализации своих изобретений ему нужны были средства, и немалые, а их у него не было. И тут, на его беду, на него обратили внимание преступные люди, которые узнали как о его таланте художника-гравера, так и о его прошлой жизни. Они уговорами, обещаниями денег и угрозами разоблачения заставили Поста заняться подделкой пятисотрублевых кредитных билетов. Пост печатал фальшивые деньги, но все свободное время занимался изобретениями, на них же тратил выделенные ему скудные средства. Он жил в дешевых номерах, члены же шайки жили в роскоши, не жалея не ими добытые деньги.

Жизнь сыграла с несомненно талантливым человеком злую шутку. Имя Поста могло быть прославлено как имя талантливейшего изобретателя. Нельзя не отметить, что начальник сыскной полиции В. Г. Филиппов рассказывал о Посте с нескрываемой горечью за погубленный талант.

Громкое дело «О всероссийской шайке злоумышленников по подделке и сбыту пятисотенных кредитных билетов» продолжалось более полутора лет. Под судом, состоявшимся в Красноярске, находилось 28 обвиняемых из разных областей России. В результате А. П. Пост был приговорен к 15 годам каторжных работ, а организаторы шайки — В. В. Гидулянов и Н. А. Соловьев — всего к 6 годам каторги.

На этом завершается печальная история гениального изобретателя.