КОГДА ЕДУТ МИЛИЦЕЙСКИЕ КРЫШИ

КОГДА ЕДУТ МИЛИЦЕЙСКИЕ КРЫШИ

Поделиться свалившейся на Василия Гургеновича радостью во всем доме, кроме друга-соседа, было не с кем: вряд ли кто другой понял бы, что значит телеграмма от частного детектива о найденном автомобиле, похищенном у Василия полгода назад. Ибо сосед Василия Гургеновича был его братом по несчастью — и он по чьему-то злому умыслу и той же зимой лишился своих новеньких «Жигулей».

…Разделив нечаянную радость, сосед в тот вечер театрально достал из кармана аккуратно сложенную телеграммку и с гордостью похвастался:

— Гляди, Вась, у меня такая же… — и удивленно добавил: — это ж надо! Машины у нас с тобой угнали с разницей в один месяц. Нашли с разницей в один день. И в подъезде у нас с тобой разница в один этаж… Чудеса!

Наутро братья по счастью, каждый сам по себе, отправились по указанным в телеграммах адресам, к новым хозяевам своих автомобилей. И у подъезда дома № 12 по улице Лебедянской столкнулись… нос к носу.

Ведь новые владельцы похищенных у «братьев» автомобилей тоже жили в одном доме.

С разницей… в один этаж.

Почуяв неладное, Василий Гургенович и его сосед решили не заниматься самодеятельностью и направили свои стопы в родное ОВД «Восточное Измайлово», то самое, которое возбуждало уголовные дела по факту хищения у них новеньких «Жигулей».

Соседу повезло больше: оперуполномоченный, едва услышав о найденном автомобиле, в тот же день потащил его к дому на Лебедянской. Новой собственницы двенадцатой модели «Жигулей», как выяснилось позже — привлекательной юной особы по фамилии Лисичкина, дома не оказалось. Испуганный голос из-за двери сообщил, что она на работе — в магазине автозапчастей на Липецкой улице.

На удостоверение оперуполномоченного Лисичкина отреагировала убийственно спокойно:

— Да сдалась мне ваша машина! Как купила, так и продала… — И, подбоченившись, многозначительно добавила: — Отберите, если сможете. На ней, между прочим, ездит сам Царан.

Заявление Лисичкиной, как выяснилось через пару минут, не было пустым колокольным звоном: из директорского кабинета вышел вызванный по команде «Полундра!»… начальник отделения уголовного розыска ОВД «Бирюлево Восточное» майор милиции Александр Царан.

Оценив оперативную обстановку профессионально наметанным глазом, майор понимающе развел руками:

— Ну, коль такое дело, я вам эту машину сам завтра же пригоню.

Однако ни завтра, ни послезавтра, ни машина, ни начальник уголовного розыска в поле зрения соседа так и не появились…

А утром следующего дня оперуполномоченный ОВД «Восточное Измайлово» посадил в служебный автомобиль Василия Гургеновича и повез к дому на Лебедянской улице — к новому владельцу его одиннадцатой модели «Жигулей», некоему Золотову.

— Отсутствует, — прошамкал из-за двери чей-то приглушенный голос. — На работе он.

— Уж не в магазине ли запчастей? — осведомился оперативник, задумчиво оценивая собственную шутку.

— В магазине, — проскрипела дверь.

На Липецкой улице, в уже хорошо известном измайловским операм магазине «Автозапчасти», достали Золотова — человека с не слишком лазурным прошлым. От машины он тотчас же открестился:

— В глаза ее не видел… Только доверенность на нее выдал… Даже не знаю кому.

Понимая, что над магазином запчастей и аферами его сотрудников окончательно захлопнулся милицейский колпак, директор магазина, по случайности оказавшийся отцом Лисичкиной, попытался дело замять:

— Господа, сейчас все уладим. Клянусь: через десять минут ваш автомобиль будет здесь.

Директор магазина слово сдержал — его подручные пригнали автомобиль под двери магазина в мгновение ока.

Взглянув не него, Василий Гургенович ахнул:

— Это не мой автомобиль! Это машина моего соседа!

Лисичкин побагровел:

— Извини, отец… Бес попутал. Потерпи до завтра — пригонят и твой автомобиль…

Но ни завтра, ни послезавтра свой автомобиль Василию Гургеновичу увидеть так и не довелось…

Тем временем, пока счастливый сосед праздновал воссоединение со своим железным имуществом, Василий Гургенович обивал пороги Управления собственной безопасности столичного ГУВД.

Закрытое дело о хищении автомобиля, хотя и неохотно, все же возобновили по вновь открывшимся обстоятельствам. Но вызывать на допрос нового владельца автомобиля — Золотова, равно как его покровителей и подельников, не торопились: следователи ОВД кидали дело со стола на стол и приговаривали: «Ну, блин, некогда…».

Когда же кидать стало уж совсем неприлично, перед следствием предстали Лисичкина и Золотов…

Первую скрипку подельники вручили Лисичкиной — именно ей отвели роль главного героя покрытой мраком истории:

— Я мечтала о двенадцатой модели «Жигулей», искала новый автомобиль, но подешевле… Нашла некоего Иван Ивановича по объявлению в газете, но у него двенадцатых не оказалось, и он уговорил меня купить одиннадцатую. Оформила ее на Золотова — он за сотню «зеленых» для этого дал ксерокопию своего паспорта. И поставили машину в мой гараж. А через неделю мне позвонил тот же Иван Иванович и сказал, что лично для меня нашел двенадцатую модель. Я купила ее и зарегистрировала на себя, а уже ненужную одиннадцатую, оформленную на Золотова, мы вернули тому самому Ивану Ивановичу…

В случившейся вокруг похищенных автомобилей заварушке одиннадцатая модель канула, таким образом, в неизвестность. Вместе с ней исчез из поля зрения Василия Гургеновича и начальник отделения уголовного розыска ОВД «Восточное Измайлово» Осипов, поклявшийся честью офицера, что машину Василию Гургеновичу обязательно вернет.

Следствие в растерянности остановилось. При наличии гигантского количества участников криминальной сделки и ее свидетелей установить и обнаружить личность поставщика ворованных машин Ивана Ивановича ему не удалось.

На свое в отчаянии написанное в Управление собственной безопасности столичного ГУВД обращение Василий Гургенович получил весьма неожиданный ответ из Нагатинской прокуратуры: спите, Василий Гургенович, спокойно — «по причине отсутствия в ваших действиях состава преступления (ложного доноса) возбуждать уголовное дело в отношении вас нет оснований».

И уголовное дело по факту хищения автомобиля снова — уже в который раз — закрыли.

К криминальным автомобилям у правоохранительных органов случился совсем непрофильный интерес: сотрудники милиции — от рядового до начальствующего состава — в последнее время, увы, все чаще с удовольствием приобретают в собственность или берут в пользование по доверенности машины, имеющие весьма сомнительную биографию.

И в этом — свой резон.

Человеку с погонами приобретать и пользоваться автомобилем, по праву ему не принадлежащим, чрезвычайно выгодно: вряд ли воровская малина осмелится продать сотруднику милиции краденый автомобиль как невинно чистый. А значит, имущество с темной биографией, как правило, оценивается для крышующих милиционеров едва ли не в полцены.

И весьма удобно, ибо риск расстаться с похищенным ничтожно мал: вместо документов на автомобиль сотруднику ДПС на дороге достаточно предъявить удостоверение даже обыкновенного опера, чтобы избежать нежелательных проверок и как следствие — задержания. Ведь не осмелится же гаишный сержант требовать у майора Царана (а не дай бог, у чина повыше…) открыть капот…

По оценкам экспертов, количество похищенных автомобилей, волею случая или по заказу ставших собственностью сотрудников МВД, регулярно и с завидным постоянством растет.

А это значит, что до тех пор, пока блюстители порядка пребывают в положении неприкасаемых, ныне существующими примитивными средствами розыска (типа «Ваши документики…») обнаружить примерно 57 процентов похищенных автомобилей будет едва ли возможно.

…По прогнозам экспертов, к началу 2007 года эта цифра при сохранившейся тенденции к росту увеличится как минимум вдвое…