ТАДЖ-МАХАЛ

ТАДЖ-МАХАЛ

На берегу реки Джамны, в двух километрах от индийского города Агра, высится мавзолей Тадж-Махал, возведенный в память о нежной любви падишаха Шах-Джахана, правителя из династии Великих Моголов, к своей красавице жене Мумтаз (в девичестве — Арджуманад Бану Бегам). В 19-летнем возрасте она вышла замуж за тогда еще принца Кхуррама, и во время свадебной церемонии отец жениха, грозный Джан-гир, нарек невестку (племянницу своей жены) Мумтаз Махал — „Украшение дворца“.

Молодые супруги нежно любили друг друга. Французский врач, философ и путешественник Ф. Бернье, проживший в Индии 12 лет, отмечал в своих записках, что „Шах-Джахан был так влюблен в свою жену, что не обращал внимания на других женщин“. А ведь у него, как у всякого восточного владыки, был гарем — и большой!

В 1629 году, через год после восшествия на престол, Шах-Джахан во главе войска вышел из Агры и направился на юг, чтобы покарать наместника мятежного Декана. Восстание было подавлено, наместник смещен, но в Агру Шах-Джахан вернулся один. Мумтаз Махал, никогда не разлучавшаяся с мужем, во время этого похода умерла у него на руках, родив ему четырнадцатого ребенка. Горе Шах-Джахана было так велико, что он хотел покончить с собой.

Сначала Мумтаз Махал похоронили в городе Бурзанпуре (территория нынешнего индийского штата Мадхья-Прадеш), поскольку в нем стояло лагерем войско Шах-Джахана. Через 6 месяцев гроб с ее телом перевезли в Агру, где впоследствии над могилой Мумтаз Махал вознесся мавзолей, который по замыслу падишаха должен был олицетворять красоту его усопшей супруги.

Возведение его стало делом государственным, и сначала был созван совет, после заседания которого гонцы поскакали во все соседние страны, приглашая в Агру искусных мастеров — архитекторов, художников, каллиграфов, каменщиков… И съехались в город мастера из Шираза и Самарканда, Бухары и Багдада, встретившиеся в Агре с лучшими индийскими мастерами. Правда, некоторые исследователи приписывают создание этого памятника мирового искусства европейским зодчим. Однако изучение архитектурных особенностей Тадж-Махала позволило сделать вывод, что в нем воплотились лучшие черты средневекового зодчества Ирана и Средней Азии, соединившиеся с монументальным искусством Древней Индии.

„Создатель Тадж-Махала, даровав своим искусством бессмертие Шах-Джахану, сам не пожал славы, хотя и создал творение, которое является самым значительным во всей истории индийской архитектуры. В те времена мастера оставались безымянными“, — с горечью писал впоследствии индийский исследователь С.Н. Канунго. Однако другие ученые автором этой „поэмы в камне“ называют нескольких вполне конкретных лиц. В Европе, например, подлинным творцом Тадж-Махала объявили итальянца Джеронимо Веронио, будто бы жившего в Индии более 350 лет назад.[42] Другие утверждают, что прославленный мавзолей возводился под руководством француза Аугустина де Бордо. Не исключено, что создателем одного из проектов Тадж-Махала был сам Шах-Джахан, обладавший незаурядным художественным вкусом.

Собранные в Агре мастера привезли с собой планы и чертежи всех выдающихся сооружений мира, известного тогда индийцам; были испробованы и отброшены многие варианты, ведь нужно было возвести здание, равного которому не было еще нигде. По существующей сейчас в науке версии в конце концов остановились на проекте индийского каменных дел мастера Устада Исы, предложившего вариант, понравившийся всем мастерам.[43] Шах-Джахан повелел вырезать из дерева модель будущего сооружения, одобрил ее, и только после этого началась подготовка к будущему строительству.

Возведение мавзолея, превосходившего своими размерами и роскошью все остальные, бывшие тогда в Индии, продолжалось более 20 лет — примерно с 1630 по 1652 год. В строительстве этого грандиозного сооружения участвовало 20 000 человек, согнанных со всех концов Индии, в карьерах Раджпутана выпиливали глыбы белого мрамора, мастера чертили линии будущих куполов…

Тадж-Махал (Коронный дворец) — жемчужина среди индийских гробниц. Поэты называли его „мечтой, воплощенной в мраморе“, „поэтическим мрамором, облеченным немеркнущей славой“. Но ни один из эпитетов, никакая кисть художника, ни одна картина и фотография не передадут великолепия и удивительной легкости Тадж-Махала, стены и купола которого как будто висят в воздухе. Ровная водная дорожка ведет к подножию мавзолея, и он отражается в ней такой же легкий и невесомый.

Тадж-Махал построен так, что его полная высота равна ширине фасада, то есть мавзолей точно вписывается в квадрат со стороной в 75 метров, причем высота его портала равна половине высоты здания. Возводя это удивительное по своим пропорциям сооружение, строители добились того, что зрители не видят ни квадрата, ни пропорций и созерцают только Красоту.

Стены Тадж-Махала выложены белым полированным мрамором, но если присмотреться к деталям, то можно заметить, что в него местами вкраплен орнамент из красного песчаника. Но он вкраплен так неназойливо, что замечаешь его только вблизи. В окна и арки мавзолея вставлены ажурные решетки, его сводчатые переходы украшены арабской вязью, которая перенесла на камень 14 сур Корана.

Тадж-Махал стоит на квадратной платформе, а по углам ее возведены четыре минарета. Большая платформа вмещает в себя не только сам мавзолей и минареты, но еще мечеть и крытую галерею, сложенные из красного песчаника. Архитектор специально выбрал для них не белый мрамор, а красный песчаник, чтобы мечеть и галерея отступали на второй план, своей скромностью сильнее подчеркивая блистающую белизну мавзолея.

Вокруг Тадж-Махала — на участке земли, разбитом на четыре части, был посажен великолепный сад. Он распланирован так, чтобы мавзолей, помещенный в начале сада, лучше смотрелся. Вдоль оросительного канала с фонтанами посажены кипарисы, очертания крон которых гармонируют с куполами минаретов.

Напротив Тадж-Махала, на другом берегу Джамны, Шах-Джахан думал возвести еще одну гробницу — для себя. По его замыслу новый мавзолей должен был воспроизводить формы Тадж-Махала, но сделан бы он был не из белого, а из черного мрамора. Оба мавзолея должны были соединяться мостом, однако замыслам Шах-Джахана не суждено было осуществиться.

Когда он тяжело заболел, встал вопрос, кто из сыновей должен занять престол. После нескольких лет междоусобных войн Аурангзеб разбил своих братьев и вошел в Агру с войском. Здесь он узнал, что отец благополучно выздоровел и не собирается освобождать трон. Но власть, однажды попавшую в руки, нелегко отдать добровольно, и Аурангзеб приказал заточить отца в Красную крепость Агры, откуда Шах-Джахан уже не вышел.

…Шел 1659 год. У тюремного окна стоял правитель из династии Великих Моголов, властитель Индии, величие которого когда-то было безграничным, имя которого повергало соседей в трепет, взгляд которого был страшнее молнии… Теперь ничего этого не было, и у тюремного окна стоял больной и немощный старик. У него остались только две радости в жизни: похлебка, которую приносили вечером, и узкое окно-бойница в метровой толщине стены, которое открывало только кусочек мира. Окно не вмещало в себя ни рыжих пропыленных долин, ни темных кущ манговых деревьев, ни глиняных деревенских домиков. Из тяжелой каменной рамы окна был виден лишь легкий, как облако, белый мавзолей давно умершей Мумтаз Махал. Только вид мавзолея и совершенство его строгих линий смягчали горькие мысли тяжелобольного и отстраненного от власти Шах-Джахана. Часами он смотрел из агрской крепости на Тадж-Махал, а после смерти и его погребли в этом же мавзолее — в одном склепе с женой, которую он так любил. Сейчас прямо над склепом, в центральном зале мавзолея, лежат две каменные плиты: одна — над могилой Мумтаз Махал, другая — над могилой Шах-Джахана.

Внутри Тадж-Махал не так строг и лаконичен — перед глазами посетителей сразу же возникает роскошный „ковер“: стены, пол и надгробья инкрустированы агатами и алмазами, вкрапленными в завитки орнаментов. Ветки сказочных деревьев переплетаются с цветами, причудливыми узорами разбегаются по стенам листья и лепестки… Инкрустация сделана по тому же белому мрамору, из которого сложен сам мавзолей, и драгоценные камни слегка светятся на нем красными, зелеными и голубыми огоньками…

Красота Тадж-Махала многогранна. Его минареты, купола и ажурные решетки всякий раз предстают в каком-то новом свете: при ярком солнце он ослепляет белизной своих стен, в пасмурный день излучает мягкий желтовато-молочный свет, а лунной ночью вырисовывается величественной громадой на фоне темного южного неба и потому кажется таинственным и неземным…

Через полтора века после возведения Тадж-Махала в Агру ворвались британские колониальные войска, предварительно подвергнув город артиллерийскому обстрелу. Многие уникальные сооружения были тогда разрушены, и камень пошел на сооружение солдатских казарм. Бесценный мрамор продавали прямо с открытых торгов, а позднее англичане даже решили разобрать Тадж-Махал, чтобы по частям продать с аукциона, и это дивное творение было оценено всего в 200 000 рупий. Вероятно, мавзолей тоже лежал бы в развалинах, если бы англичане не опасались, что в „случае разрушения Тадж-Махала туземцы поднимут мятеж“, как о том писали газеты. В Агре, рядом с парком Поливал, стоит небольшой мавзолей, а возле него две могилы. В одной из них покоится Устад Иса Хан, который после Тадж-Махала ничего больше уже не построил. Когда он выполнил в деталях чертежный проект гробницы и сделал деревянную модель, Шах-Джахан приказал отрубить мастеру кисти обеих рук, чтобы он не мог создать ничего подобного. А потом осыпал мастера милостями и подарками, назначил ему высокое содержание и повелел следить за возведением мавзолея. Так рассказывает старинное предание…