ПИКСИ

ПИКСИ

Пикси, пигси, или писки (Pixies, Pigsies, or Piskies). Так называют фей в Западной Англии — в графствах Сомерсет, Девон и Корнуолл. Правда, предания о них можно услышать и вблизи Гринхау-Хилл, что в Йоркшире, но там работали когда-то горняки из Корнуолла, вот и оставили своих пикси1.

Относительно внешности, роста и происхождения пикси есть много разных мнений, однако все сходятся в одном: пикси любят зеленый цвет и обожают сбивать прохожих с пути. Как и брауни, они покровительствуют людям, которые чем-либо заслужили их расположение, и от них так же легко избавиться, подарив им какую-нибудь одежду. Обычно считается, что пикси не столь привлекательны внешне, как феи. Когда-то пикси и феи договорились выйти на бой, и тот народ, который победит, будет владеть землями к западу от реки Паррет. Пикси вышли победителями, и с тех пор к западу от Паррета нет ни одной феи. Пикси очень легко узнать, даже когда они принимают человеческий облик. У них рыжие волосы, острые ушки, вздернутые носы и широкие личики. Они часто бывают косоглазы. Одеваются охотнее всего в зеленое. У них есть обыкновение красть по ночам лошадей и гонять их кругами по полю, отчего образуется так называемый «галлитрап», местное обозначение кольца фей. Всякий, кто ступит внутрь волшебного кольца обеими ногами, окажется у пикси в плену; тот, кто ступит одной ногой, увидит пикси, но избежит пленения. А вот преступнику, ступившему в волшебное кольцо хотя бы одной ногой, от виселицы уже не уйти2.

Шалостями, которые повсеместно приписывают Робину Доброму Малому или Пэку, на Западе занимаются исключительно пикси, однако больше всего они любят сбивать с пути прохожих. Всякий, кто по неосмотрительности ступит на землю пикси, не приняв должных мер, рискует часами ходить по кругу; единственное спасение от наваждения — вывернуть наизнанку одежду, а еще лучше — прихватить с собой рябиновый крест или кусок хлеба, но и тогда человек, который вызвал неприязнь пикси своей скупостью или грубостью, легко не отделается.

Подобные истории рассказывают и о корнуэльских писки, которых и там, и в Сомерсете иногда называют пигси. По ночам пигси катаются на хорошей молодой лошади и, похоже, ничем не отличаются от обыкновенных пикси, которые так малы ростом, что усаживаются на спину одной кобылы вдвадцатером. Правда, корнуэльские писки старше на вид, а телом суше и слабее, чем дюжие, грубоватые пикси Сомерсета или светловолосые, белокожие, худощавые, расхаживающие нагишом пикси Девона. Писки — это странного вида сморщенные старикашки, которые молотят зерно, заезживают лошадей и водят кругами путников. В другой истории писки, молотивший зерно, — невысокий старичок в потрепанном зеленом костюме, который так обрадовался полученному в награду наряду, что немедленно надел платье и побежал покрасоваться при дворе фей.

Повсюду на английском Западе наряду с прочими представлениями о происхождении пикси, или писки, бытует версия, что это души некрещеных младенцев или души друидов и язычников, умерших до Христа. Происхождение фей многие объясняют точно так же, да и вообще, несмотря на некоторые различия, существующие между пикси и феями, общего у них так много, что их принадлежность к одному роду не вызывает сомнений.

Наваждение пикси (Pixy-led). Сбивать путников с дороги — в обычае у многих волшебных существ, но в наше время больше всех этим прославились пикси с запада Англии и корнуэльские писки. Вот одна характерная для деревенского фольклора история:

Меня как-то водили пикси в лесу неподалеку от Бадли-Салтертона. Никак не удавалось выбраться оттуда, хотя все было ясно видно. Раза три я описала круг, и, когда меня отыскали, я все не могла взять в толк, как умудрилась пропустить тропинку. Другие тоже рассказывали, что их водили пикси.

А вот рассказ несколько более усложненный и, несомненно, более интересный:

Я отправилась в один дом в Корнуолле, где выполняла секретарскую работу. Завидев по дороге ферму, я вошла, чтобы уточнить, как пройти к Мэйнору. Мне показалось, что хозяева удивились, и я решила: верно, к ним редко заходят незнакомцы. Однако жена фермера была очень добра и подробно объяснила мне дорогу. Нужно было пересечь поля и выйти на тропинку, которая вела к двум воротам, и мне следовало войти в белые. Она так настаивала на этом, что я уже вообразила, что на другом поле повстречаюсь с быком или злыми собаками, а мужчины, сидевшие за столом (они в это время обедали), молча кивали. Итак, я отправилась в путь; день был снежным и гнетущим, и мне совсем не хотелось опаздывать, после работы я должна была еще вернуться домой. Когда я подошла к воротам в конце изгороди, у меня сжалось сердце. Я не намерена была терять эту работу, толком не успев начать, и мне нужны были деньги. Но ворота там оказались одни, и вовсе не белые. Я пошла вдоль изгороди и, хоть исколола пальцы, так и не нашла других ворот. И тут я услышала, как кто-то, насвистывая, идет по дорожке. Густой туман рассеялся, и я увидела паренька с фермы, которого послали вслед за мной. «Вот ваши белые ворота, мисс», — сказал он, и тут я заметила, что они и правда рядом с первыми. Не успела я его поблагодарить, как он повернул назад, продолжая громко насвистывать. Старый Мэйнор-Хаус стоял прямо передо мной, и я бросилась к нему со всех ног. Работа заняла у меня не больше часа. И на обратном пути я пробежала мимо фермы. Женщина выглянула, и я второпях помахала ей рукой. Теперь я жалею, что у меня не хватило духу спросить, были ли у парнишки подкованные железом ботинки, или он нес соль в кармане, или же ему сказали петь или насвистывать.

Чтобы не стать жертвой проказ пикси, нужно знать верные средства защиты от фей.

Бродячая дернина, ИАИ фойдин сикрейн, называемая также Одинокой дерниной (the Stray Sod, or Foidin Searchrain, or the Lone Sod). Иногда человек сбивается с пути не потому, что слышит какие-то голоса или видит свет; считается, что феи накладывают заклятие на кусок торфа или дерна, так что путник, раз ступив на него, не может найти выхода из знакомой местности, по которой будет блуждать часами, пока феи не снимут заклятия. Ссылки на этот странный феномен встречаются в многочисленных ученых трудах XVII века, однако наиболее полное его описание дает в «Срединном Королевстве» Д. А. МакМанус. Множество анекдотов иллюстрируют это поверье, среди них и рассказ о приходском священнике, которого позвали как-то в канун Иванова дня навестить больного, жившего милях в семи, если идти по дороге. Но священник решил пойти по тропинке, которая сокращала путь почти наполовину, да к тому же шла по красивой местности. Через ворота в изгороди тропа свернула на поляну, среди которой стоял излюбленный феями дуб, пересекла ее и скрылась за перелазом. Священник пересек поляну, но, когда он приблизился к изгороди с другой стороны, не смог найти перелаза, да и сама тропа куда-то исчезла. Тогда священник пошел вдоль изгороди, ища хоть какого-нибудь отверстия, но не нашел. Он вернулся назад, но ворота исчезли так же бесследно, как и перелаз. Так он кружил по поляне несколько часов, ища какой-нибудь выход, пока заклятие не сняли. Он тут же нашел ворота, прошел через них, обнаружил за ними свой велосипед, сел на него и поехал к больному по дороге. В Ирландии, так же как и в Англии, обычный способ избавиться от наваждения фей — вывернутая наизнанку одежда. Священник не прибег к испытанному средству, однако, по словам МакМануса, против бродячей дернины этот прием все равно не помогает.

1 В большую литературу они вошли благодаря письмам миссис Брей к Роберту Саути, опубликованным впоследствии под названием «Граница Тэви и Тамар». Миссис Брей не была уроженкой английского Запада, и потому в ее рассказах о пикси ощутимо влияние как литературных, так и народных преданий о феях. Тем не менее именно она стала первооткрывателем богатейшей традиции, связанной с пикси, и ее находки были подтверждены рассказами уроженцев Запада, Роберта Хен-та и Уильяма Ботрела, о корнуэльских писки. Пикси из рассказа миссис Брей «красивый и стройный, без единой нитки на теле».

2 Tongue R. Forgotten Folk-Tales of the English Counties. London, 1970.

ЛОЖНЫЕ ОГНИ

Болотный огонь (Will о’ the Wisp). Это явление, которое имеет множество других имен, так или иначе объясняющих его происхождение. Трупными свечами, или свечами мертвяков, такие огни называют, когда видят в них предвестие смерти, в других случаях имена более абстрактные: Билли-со-свечкой (Западный Йоркшир), Хобблди-посвети-ка (Уорикшир, Вустершир, Глостершир), Хобби-с-фонариком (Вустершир, Хартфордшир, Восточная Англия, Гэмпшир, Уилтшир, Западный Уэльс), Джеки-с-фонарем, Дженни-Паленый-Хвост (Нортгемптоншир, Оксфордшир), Дженни-с-фонарем (Нортумберленд, Северный Йоркшир), Шерстяная Джоан (Сомерсет, Корнуолл), Кит-со-свечкой (Гэмпшир), Китти-свечка (Уилтшир), Китти-с-огоньком (Нортумберленд), Фонарщик (Восточная Англия), Пег-с-фонарем (Ланкашир), Пинкет (Вустершир)1. Здесь же можно упомянуть Этлертл-дари (Уэльс), Братца Раша, Джил-Жженый-Хвост, Хинки-Панка, огневок, Пэка и Робина Доброго Малого, которые тоже не прочь были попроказничать, как болотный огонь, хотя у них, как у существ с более сложным характером, репертуар намного богаче.

О ложном огне сложено немало разных легенд. Иногда его считали шутником-богартом, и там, где его звали Хоббл-ди-посвети-ка, это особенно очевидно; в других случаях говорили, что болотный огонь — это не находящая упокоения душа грешника. К примеру, если человек самовольно запахивал кусок соседской земли, то его дух обречен был вечно скитаться по спорному участку с огоньком в руках. Кузнец Уилл из Шропшира, которому святой Петр дал вторую жизнь, совершил в свой второй срок на земле столько тяжких грехов, что после смерти его не приняли ни в рай, ни в ад. Дьявол сжалился над ним и дал ему уголек из адского пламени, чтобы согреться, с тех пор кузнец бродит с этим огнем по болотам и заманивает путников на верную погибель. Подругой версии, кузнец обманом заставил дьявола забраться в стальной кошель и так обработал его молотом, что тот не посмел забрать его в ад; однако, по этой версии, хитрому малому удалось обманом пробраться в рай. Жители Линкольнширских топей называют его Вилли-Живчик и считают боглом, а от этого народа ничего хорошего не жди.

Джил-Жженый-Хвост (Gyl Burnt-tayl). Шутливое прозвище болотного огня женского рода. Существует мнение, что имя Джил вообще несет в себе некий уничижительный оттенок, обозначая легкомысленную, капризную женщину. Это имя, по преимуществу деревенское, нередко встречается в фольклоре, как, например, в сказке «Джек и Джилл»2.

Хинки-Панк (Hinky-Punk). Одно из множества имен болотного огня. Встречается на границе Девона и Сомерсета. Внешне чем-то похож на шотландского джеруча. У него одна нога и огонь в руке, он заманивает путников в болото.

Шерстяная Джоан (Joan the Wad). Один из самых малоизвестных региональных типов ложного огня, и, хотя в последнее время о ней писали как о корнуэльском пикси. Судя по упомянутой привычке Джоан звонить в колокольчик, она действительно могла принадлежать к племени пикси, в таком случае, если правильно обратиться к ней, она, как и Джеки-с-фонарем, не собьет путника с толку, а выведет его на дорогу.

Пинкет (Pinket). Так в Вустершире называют ложный огонь из прихода Бадей, хотя «Поле Пинка», «Лужайку Пинка» или «Луг Пинка» можно обнаружить и в других частях графства. Хинки-Панк, прозвище ложного огня на границе Девона и Сомерсета, скорее всего, является вариантом того же имени.

Башмачки из Виттингема (Short Hoggers of Whittinghame). История о духе младенца, который не может найти успокоения после смерти, потому что не был крещен при жизни. Когда такие духи собираются вместе, в Сомерсете и Нижней Шотландии их зовут огневками, а в Западной Англии — писки, там верят, что они принимают облик белых мотыльков. Приведенная ниже сказка показывает, что имя для младенца важнее, чем крещение.

В деревне Виттингем долгое время обитал дух младенца, которого мать убила и закопала под деревом за околицей. Безлунными ночами его призрак бегал от дерева к деревенскому кладбищу и обратно, причитая: «Бедный я, безымянный!» — и никто не отваживался заговорить с ним, люди считали, что встреча с маленьким духом предвещает смерть. Но вот как-то ночью шел мимо мужичок пьяненький, забыл, что надо бояться, да и окликнул духа: «Как живешь-можешь, Башмачки?»

Дух младенца был в восторге:

— Все теперь со мной прекрасно,

Имя дал мне не напрасно,

А зовут меня Башмачки-из-Виттингема! —

И с этими словами полетел прямиком на небо.

Эта сказка была записана у пожилой женщины из Виттингема, которая утверждала, что застала еще самого духа. Башмачками здесь названы детские вязаные пинетки. Мокро-ножку, духа из семейства брауни, точно так же по чистой случайности успокоил пьяный, дав ему имя, но тот не обрадовался, напротив, имя ему не понравилось, поэтому он и ушел3.

Похожая легенда бытует на острове Мэн: простой рыбак спас младенческую душу, совершив над ней условный обряд крещения. Он зачерпнул немного воды, произнес над ней благословение, нарисовал в воздухе крест и произнес: «Нарекаю тебя Джоном, если ты мальчик, и Джин — если девочка». В данном примере христианизируется языческий обряд наречения.

Огневки (Spunkies). «Болотным огнем зовут огненного демона, который заводит путников в болота. Иногда он вспыхнет искрой прямо под ногами, и тут же, глядишь, его свечка зажглась далеко впереди, милях в двух или трех, и так он потопил немало добрых лодок; ночью рыбаки шли к берегу, видели огонь вдалеке, правили на него и погибали»4. В данном отрывке нет никакого указания на то, что болотный огонь — это дух некрещеного младенца, но вот в Сомерсете бытовало именно такое представление.

Болотные огни в Сомерсете называют огневками и верят, что это души некрещеных младенцев, обреченные скитаться без пристанища до Судного дня. Иногда считается, что они предостерегают путников, как свечи мертвецов.

В канун летнего солнцестояния огневки идут в церковь встречать души умерших в этом году младенцев. Огневки со всей округи собираются в церкви Стоук-Перо, чтобы проводить всех умерших в этом году в канун Дня всех святых. Однажды в канун Иванова дня один старый возчик посоветовал мне подняться на Лей-Хилл и посмотреть оттуда. Болотные огни двигались над Стоук-Перо и Данкери. «К церковным дверям направляются, не иначе. Будут теперь там стеречь, как есть, свечи мертвецов»[147].

Тараны (Tarans). На северо-востоке Шотландии души некрещеных младенцев называют таранами.

Маленьких призраков, именуемых таранами, или души некрещеных младенцев, часто можно видеть в лесах или других безлюдных местах, где они порхают, жалобными голосами оплакивая свою жестокую судьбу[148].