Николай Гоголь (1809–1852) прозаик, драматург, публицист

Николай Гоголь

(1809–1852)

прозаик, драматург, публицист

Великий писатель, которого считают своим два народа — украинский и русский, родился в семье мелкопоместного дворянина Василия Афанасьевича Гоголя-Яновского, владевшего тысячей десятин земли и тремя сотнями крепостных душ в селе Васильевка Миргородского уезда Полтавской губернии. Гоголь-отец учился некогда в Полтаве, в духовной семинарии при Крестовоздвиженском монастыре, где получил серьезное по тем временам образование. Рассказывают, что родился Гоголь в обозе, по пути из Васильевки в Великие Сорочинцы: Марья Ивановна Гоголь, мать будущего писателя, направлялась к доктору Трофимовскому в связи с предстоящими родами. Николай был одним из двенадцати детей, рожденных Марьей Ивановной, из которых пятеро умерли — кто во младенчестве, кто в отрочестве, а кто в молодости. Шесть недель младенец находился в Сорочинцах, потом его перевезли в село, история которого начинается со времен Афанасия Демьяновича — деда писателя: бывшее прежде хутором Купчинским, разросшись до размеров села, получило оно название Яновщина — от рода Яновских. Позже Яновщина была переименована в Васильевку (в честь Василия Афанасьевича) и стала известна как Васильевка-Яновщина, поместье Гоголей. Марья Ивановна тоже была из мелкопоместного дворянства — из рода Косяровских, владевшего соседним селом Яреськи.

Отец Гоголя служил чиновником на Полтавском почтамте, а также управляющим у соседа-вельможи (родственника своей жены) Дмитрия Прокофьевича Трощинского, имение которого — Кибинцы — находилось неподалеку от Васильевки. Трощинский был страстным театралом и завел в имении дворовой театр, на сцене которого представлялись старинные трагедии, а также современные пьесы («Ябеда» В. Капниста, «Недоросль» Д. Фонвизина и др.). Василий Афанасьевич Гоголь писал для театра Трощинского комедийные пьесы на украинском языке, которые (особенно «Собака-овца», «Простак, или Хитрость женщины, перехитренная солдатом») довольно часто ставились другими любителями ввиду полного по тем временам отсутствия украинского репертуара. Умер Василий Афанасьевич в 1825 году, не дожив и до пятидесяти лет.

В 1808 г. братья Иван и Николай Гоголи поступают в Полтавское уездное училище, но после смерти Ивана дальнейшая учеба Николки проходит под материнским крылом: частный учитель Гаврила Сорочинский готовит его для поступления в Нежинскую гимназию высших наук, открывшуюся в 1820 году. Обучение, рассчитанное на девять лет, было фундаментальным и разносторонним. Плата за него была огромной — тысяча рублей в год, однако, ввиду хлопот семейного благодетеля Трощинского, попечитель гимназии зачислил Гоголя на казенный счет.

Построенная на средства князей Безбородко на земле, подаренной еще императрицей Екатериной II, Нежинская гимназия носила имя одного из представителей этого славного рода — князя А. А. Безбородко. Попечителем был граф А. Т. Кушелев-Безбородко, оставивший яркое описание незабываемого впечатления, произведенного Николаем Гоголем, поступившим в 1821 году в гимназию: «Его появление в лицее запомнилось однокашникам как комическое зрелище. Новичок был укутан в шубы, свитки, одеяла, их долго развязывали и когда, наконец, развязали, то глазам присутствующих предстал невзрачный мальчик с длинным носом, пугливо озирающийся по сторонам. Из его ушей торчала вата. Он сразу забился на последнюю парту и просидел там несколько лет, ни с кем не вступая в близкие отношения, никому не поверяя своих сердечных тайн».

В науках юноша не усердствовал и не отличался, поэтому, оцениваемый по существовавшей шкале успеваемости — «туп, посредствен, порядочен, хорош и очень хорош», — часто имел в журнале учета записи относительно своей особы как «туп» и «посредствен». Это вполне сочеталось с прозвищами, данными ему товарищами за его необщительность и обособленность — «таинственный карла» и «мертвая мысль».

Однако интерес к литературному творчеству проявился у Гоголя уже в гимназистские годы. В доме инспектора, профессора римского права Н. Г. Белоусова, где жил будущий доктор права П. Редькин, по субботам собирались гимназисты, в числе которых были и будущие литераторы Нестор Кукольник (одноклассник и позже — непримиримый враг Гоголя) и Евгений Гребёнка. Они издавали рукописный журнал, в котором помещались только произведения, получившие всеобщее одобрение присутствующих; не получившие такового, тут же уничтожались. Такой незавидной судьбы удостоилась в 1825 году и трагедия Гоголя «Братья Твердославичи».

В 1827 году было возбуждено «дело» о «вольнодумстве» Н. Белоусова и других педагогов, ведших на лекциях «рассуждения политические» (в том числе о восстании декабристов) и поощрявших гимназистов в чтении «Полярной звезды», произведений А. С. Пушкина, К. Ф. Рылеева и пр. Вынужденный в числе других гимназистов давать показания о профессорах, Гоголь впервые сталкивается с грязной агрессивностью реакционно настроенных апологетов самодержавия. В гимназии он пробует писать стихи, пьесы, сатиры, исполненные презрением к нежинским «существователям» и мечтами о служении высоким благородным идеалам. Когда в гимназии был устроен театр, Гоголь с увлечением участвовал в постановке спектаклей, рисовал декорации, сам играл, в том числе роли комических стариков и старух. С особенным успехом он исполнял роль госпожи Простаковой в «Недоросле» Д. И. Фонвизина. Однако на театральных подмостках Гоголь мечтал о славе не артиста, а писателя. Самым дорогим местом для Гоголя в гимназии была библиотека, насчитывавшая уже тогда около семи тысяч томов. В ней он был библиотекарем на добровольных началах. Впоследствии здесь будет собрана первая коллекция гоголевских рукописей: первый том «Мертвых душ», «Тарас Бульба» и другие будут куплены для гимназии на собственные средства сыном попечителя гимназии графом Г. А. Кушелевым-Безбородко. По Табели о рангах того времени, в которой первый ранг принадлежал канцлеру, Гоголь в 1828 году окончил гимназию с чином четырнадцатого класса. Дослужился он за всю жизнь лишь до восьмого класса — звания коллежского асессора. В Нежинской гимназии, помимо трагедий «Братья Твердославичи» и «Разбойники», поэм «Ганс Кюхельгартен» и «Россия под игом татар», а также баллады «Две рыбки», Н. Гоголь, согласно воспоминаниям современников, написал сатиры «Нечто о Нежине, или Дуракам закон не писан», «Завтрак у предводителя», «На ярмарке», «Выборы в городском магистрате». Из всего перечисленного сохранилась лишь поэма «Ганс Кюхельгартен» (1827), с которой в декабре 1828-го некрасивый и неловкий провинциальный юноша, мечтающий служить на благо общества, приехал в холодный и высокомерный Петербург. Рекомендательное письмо Д. П. Трощинского к генералу Л. И. Голенищеву-Кутузову, родственнику знаменитого фельдмаршала, найти работу не помогло. Дешевая квартирка на Гороховой улице — более чем скромное жилье — все, что мог себе позволить Гоголь. Надежды, возлагавшиеся на издание в 1829 году поэмы «Ганс Кюхельгартен», которую Гоголь напечатал на свои средства под псевдонимом В. Алов, не оправдались. Журнал «Московский телеграф» и газета «Северная пчела» дали о поэме отзывы, которые лучше не читать. Вместе со своим неизменным слугой Акимом Нимченко автор скупил все экземпляры и сжег. Расстроенный неудачей первой попытки на литературном поприще, Гоголь в том же году уехал в Германию, но пропутешествовав два месяца, возвратился в Петербург. У него появилась новая идея — поступить в петербургский Александринский театр актером. Инспектор труппы Храповицкий отозвался о новоявленном кандидате в артисты следующим образом: «… присланный на испытание Гоголь-Яновский оказался совершенно неспособным не только к трагедии или драме, но даже к комедии». Лишь в ноябре 1829 года Гоголю удается устроиться чиновником в департамент государственного хозяйства и публичных зданий на должность писца, а в апреле 1830-го он переходит в департамент уделов, откуда через год, дослужившись лишь до места помощника столоначальника, уволится с аттестацией: «Поведения был отличного и должность свою исправлял с усердием». Средств чиновничья должность не давала, да и ходить на работу в потрепанном платье было унизительно. «Умереннее меня вряд ли кто живет в Петербурге», — пишет он 2 апреля 1830 года. «Я немного привык к морозу и отходил всю зиму в летней шинели».

Тем не менее, он усердно посещает Академию художеств, занимаясь там живописью. В литературных занятиях переходит от мечтательно-романтических поэм вроде «Ганса Кюхельгартена» к воссозданию жизни народа.

С юности благоговейно любивший Пушкина, хранивший тетрадки с переписанными в гимназии главами «Евгения Онегина» и «Цыганами», Гоголь по примеру пушкинской прозы решает выступить с повестями о том, что знал и видел с детства. «… Здесь так занимает всех все малороссийское…», — писал он матери еще в апреле 1829-го. Теперь же, работая над циклом повестей «Вечера на хуторе близ Диканьки», он просит мать написать «… несколько слов о колядках, Иване Купале, русалках… множество носится между простым народом поверий, страшных сказаний, преданий, разных анекдотов… Всё это будет для меня чрезвычайно занимательно». Первая повесть «Вечеров…» — «Басаврюк, или Вечер накануне Ивана Купала» — появилась в февральской и мартовской книжках журнала «Отечественные записки» за 1830 год. Правда, хозяин журнала П. П. Свиньин исправил повесть так, что Гоголь отказался от публикации ее под своим именем. В альманахе «Северные цветы на 1831 г.» появляется глава из исторического романа «Гетман», оставшегося неоконченным. Гоголь обращает на себя внимание литературной общественности столицы. Возникают его первые литературные знакомства — с писателем и критиком О. М. Сомовым, соредактором А. И. Дельвига по «Литературной газете», с В. А. Жуковским, П. А. Плетневым, которые примут живейшее участие в дальнейшей жизни молодого писателя. П. А. Плетнев устраивает его учителем истории в Патриотический институт для офицерских дочерей.

Гоголь перебирается на новую квартиру, в дом Зверкова на углу Столярного переулка и Екатерининского канала, где продолжает работу над первой книгой «Вечеров на хуторе близ Диканьки». В конце мая 1831-го состоялось знакомство Гоголя с А. С. Пушкиным, в котором молодой писатель нашел старшего товарища и творческого наставника. Гоголь устраивается на лето домашним учителем в Павловск и почти ежедневно видится с Пушкиным и Жуковским, проходя по четыре версты в Царское Село, где они тогда проводили лето. В такой атмосфере Гоголь заканчивает работу над «Вечерами…», всеобщему восхищению которыми задает тон реакция А. С. Пушкина: «… Они изумили меня. Вот настоящая веселость, искренняя, непринужденная, без жеманства, без чопорности. А местами какая поэзия! Какая чувствительность! Все это так необыкновенно в нашей литературе, что я до сих пор не образумился».

Лирический образ Украины, созданный Гоголем в «Вечерах…», навсегда вошел в европейскую литературу. Восхищенно встретил их появление и молодой, еще мало кому известный критик В. Г. Белинский, которому суждено было сыграть не последнюю роль в жизни Николая Гоголя. Детально анализируя в дальнейшем каждое новое произведение, навязывая общественному мнению свою точку зрения, «неистовый Виссарион» в то же время будет вмешиваться и в жизнь писателя, в его взаимоотношения с друзьями и обществом, усложняя и без того серьезный душевный кризис Гоголя. Уже во второй части «Вечеров…» (1832) лирические и героические картины Украины сменяются первыми попытками «изобличительных портретов» обывателей-«сушествователей», мягкий искрометный юмор постепенно уступает в творчестве Гоголя место безжалостной сатире и едкому сарказму.

Потомок запорожцев, он воспел героические подвиги казачества, своей неповторимой напевной ритмической прозой, вобравшей все богатство словесных красок живой народной речи, создал удивительный живописный портрет Украины. И в то же время Гоголь — сын малоизвестного украинского драматурга — всегда мечтал стать русским писателем. Возможно, именно в неприятии его великорусским обществом кроется, в какой-то степени, источник его обличительной горькой «русской прозы». Ведь и Башмачкин и бесчисленное количество «маленьких людей» — это сам Гоголь, его трагическое самоощущение в первые годы прозябания в Петербурге. И все остальные персонажи увидены им, прочувствованы в прямом и непосредственном общении, осмыслены и осознаны бессонными промозглыми ночами в холодной постели под лоскутным одеялом и поношенной летней шинелью… Он мечтал стать родным сыном русской литературы, а остался навсегда провинциальным приютским мальчиком, мстящим исподтишка приемной матери за неискренность и высокомерие, с которым его допускают в парадные комнаты… Гоголь долго не решается подписывать свои произведения собственным именем. Для авторства «Вечеров…» вымышлен колоритный народный персонаж — «пасечник Рудый Панько», объединяющий повествования подобно пушкинскому Ивану Петровичу Белкину. В 1831 году в «Литературной газете» были напечатаны: глава из повести «Страшный кабан» с подписью П. Гличик, статья «Несколько мыслей о преподавании детям географии» с подписью Г. Янов и статья «Женщины», под которой впервые появилось собственное имя писателя — Гоголь. После появления «Вечеров…» он становится известным и модным писателем, имеющим возможность всецело посвятить себя творчеству. Он пишет ряд повестей, объединенных позже в сборник «Миргород». Летом 1832 года Гоголь знакомится в Москве с М. Погодиным, С. Т. Аксаковым, знаменитым актером М. С. Щепкиным, украинским фольклористом, будущим ректором Киевского университета М. А. Максимовичем. Тогда же, впервые за время пребывания в Петербурге, он приезжает в Васильевку, откуда осенью отправляется в Петербург вместе с младшими сестрами Анной и Елизаветой, чтобы определить их учиться в Патриотический институт.

В этот период, кроме литературной деятельности, он работает над историей Украины, предполагает осуществить солидный историко-географический труд «Земля и люди», позднее (в начале 1834-го) хлопочет о получении кафедры истории в Киевском университете, собираясь переехать в Киев…

Однако, при посредничестве П. А. Плетнева, именно в это время он был утвержден адъюнкт-профессором Петербургского университета, где вел два курса — истории средних веков и древней истории. На одной из его лекций присутствовал А. С. Пушкин, давший о ней вполне положительный отзыв. Однако необходимость тщательно готовиться к лекциям, делать множество конспектов и планов, вскоре погасили первое увлечение преподавательством. В конце концов, результатом научно-преподавательской карьеры Гоголя стал ряд статей на историко-культурологические темы, вошедших в сборник «Арабески» (1835). (Обычно не обращают внимания на то, что здесь собраны не только повести «Записки сумасшедшего», «Невский проспект» и «Портрет», но и статьи по вопросам истории и культуры «О средних веках», «О преподавании всеобщей истории»; «Взгляд на составление Малороссии», «О малороссийских песнях», «Ал-Мамун» и др.).

В 1833 году в петербургском Большом театре была поставлена инсценировка в одном действии повести из «Вечеров на хуторе близ Диканьки» — «Ночь перед Рождеством». В этом же году Гоголь читал Пушкину повесть «Как поссорились Иван Иванович с Иваном Никифоровичем», о которой великий поэт отозвался как о произведении «очень оригинальном и очень смешном».

Общение с Пушкиным имеет все эти годы огромное влияние на творческий рост Гоголя-писателя. «Пушкин заставил меня взглянуть на дело серьезно», — вспоминал он, говоря об изменении тональности «Вечеров на хуторе близ Диканьки». Пушкин привлекает Гоголя к участию в издании журнала «Современник»: здесь появляется его статья «О движении журнальной литературы», направленная против одиозных реакционных журналистов Булгарина и Сенковского, что позднее вызовет их уничижающие эскапады против произведений Гоголя. Позже в «Современнике» появятся гоголевские повести «Коляска» и «Нос».

В 1834 году заслуги Гоголя перед литературой были отмечены избранием его в действительные члены Общества любителей российской словесности.

В 1835 году вышла в свет первая часть сборника «Миргород». Повести, служащие продолжением «Вечеров на хуторе близ Диканьки», из произведений которой особенную славу принесли автору «Старосветские помещики» и «Тарас Бульба». Если первая из них — «отходная патриархальному поместному укладу», то вторая и доныне остается непревзойденным гимном Украине, ее героическому народу и бессмертному духу. Говорят, что описание степи посоветовал вставить в повесть Пушкин. Но и без того тут предостаточно красочных пейзажей, ярких картин быта и изображения нравов. Следует отметить, что в «Тарасе Бульбе» — впервые в литературе — Гоголь дает эмоциональные и удивительно точные описания украинских танцев (танцу как выражению внутреннего состояния и народного менталитета посвящены и некоторые фрагменты в «Вечерах» и «Арабесках»). Летом 1835 года Гоголь снова отправляется в Васильевку, а оттуда — в Киев, к профессору Киевского университета М. А. Максимовичу, где 7 октября того же года начинает работу над «Мертвыми душами». Дата названа самим Гоголем в письме к Пушкину, в котором он писал: «Мне хочется в этом романе показать хоть с одного бока всю Русь».

«Казарма и канцелярия сделались опорой политической науки Николая», — писал о середине XIX века в России Александр Герцен. Гоголь даст широкую панораму этой эпохи сразу в двух измерениях: в повестях петербургского цикла и в поэме «Мертвые души».

Трагизм восприятия действительности проходит через весь цикл петербургских повестей. За парадной пышностью Невского проспекта, этой «выставкой человеческого тщеславия и лицемерия, где фланируют люди-куклы, люди-носы, люди-усы, люди-бакенбарды, исчезают и скрываются существа никем не защищенные, никому не дорогие, никому не нужные», — как пишет Гоголь о смерти героя «Шинели» — незаметного чиновника Акакия Акакиевича. Зреющий в таких героях робкий протест не только не имеет выхода, но убивает самого героя собственным бессилием… «Мертвые души» Гоголь пишет мучительно долго, сам попав в ловушку собственной смелости.

Еще в 1833 году он задумывает комедию, полную «злости, смеха и соли». Сперва — это «Владимир третьей степени», произведение, брошенное в предвидении цензурных препятствий. Затем из-под его пера появляются «Женихи» — (позднее переработанные в «Женитьбу») — обличение провинциальных семейных нравов. И, наконец, в 1835 году он на протяжении нескольких месяцев создает одно из своих величайших произведений — обличительную общественную комедию «Ревизор». Первую редакцию «Ревизора» Гоголь с блеском читал на вечерах у В. А. Жуковского в декабре 1835-го, а 19 апреля 1836 года состоялась премьера комедии в Александринском театре. Каждый ее образ, вплоть до второстепенных, был так выразителен и правдив, что буквально с первого появления на сцене персонажи «Ревизора» стали именами нарицательными. Столичная публика, переполнившая Александринку на премьере, узнала себя и возмутилась. Реакционная критика ополчилась против автора, обвиняя его в клевете — на чиновников, на добропорядочных граждан, на общество в целом. Иначе была встречена пьеса в «народной столице» — Москве. Тут, в спектакле, состоявшемся 25 мая 1836 года, играл цвет Малого театра во главе со Щепкиным (Городничим). Лишь Н. Дюр, игравший Хлестакова, не сумел выйти за пределы шаблонной водевильной манеры. В. В. Стасов вспоминал: «Вся тогдашняя молодежь была от „Ревизора“ в восторге. Мы наизусть повторяли… целые сцены». Восторженно откликнулась на премьеру «Молва», редактированная В. Г. Белинским. В московском представлении «Ревизора» автор статьи видел залог того, что «мы будем иметь свой национальный театр, который будет угощать нас… художественным представлением нашей общественной жизни».

Однако атмосфера, сложившаяся вокруг имени Гоголя после выхода в свет «Ревизора», угнетает и раздражает писателя. Не находя в себе сил для открытой борьбы, 6 июня 1936 года он уезжает из России.

В Швейцарии Гоголь вновь принимается за работу над «Мертвыми душами» и особенно интенсивно работает над ними в Париже, где проводит зиму. Здесь в марте он получает известие о смерти Пушкина. «Все наслаждение моей жизни, все мое высшее наслаждение исчезло вместе с ним. Ничего не предпринимал я без совета с ним. Ничего не писалось без того, чтобы я не воображал его перед собою…», — пишет Гоголь Плетневу. Потрясенный, не находя себе в Париже места, едет он в марте 1837-го в Рим, где проживет около двух лет, периодически выезжая в Германию и Швейцарию на лечение. Основным делом его жизни становится работа над «Мертвыми душами». Русское окружение, в частности дружба с художником А. Ивановым, работавшим в то время над «Явлением Христа народу», лишь частично скрашивает тоску по родине. В сентябре 1839 года Гоголь оказывается в Москве, где улаживает свои семейные дела. Здесь он встречается с друзьями, посещает представление «Ревизора» в Малом театре, но, когда после третьего акта публика начинает вызывать автора, бежит из зала… Забрав сестер, окончивших учебу в Петербурге, Гоголь снова приезжает в Москву, где в скором времени читает у С. Т. Аксакова первую главу «Мертвых душ».

Снова уехав за границу 18 мая 1840 года, Гоголь заканчивает там «Женитьбу» и первый том «Мертвых душ» и в октябре 1841-го возвращается в Россию, надеясь во что бы то ни стало напечатать свое новое произведение. От издания поэмы в Москве пришлось отказаться — председатель московского цензурного комитета некий Голохвастов уже сам заголовок поэмы признал «неудобным для печати, поскольку душа бессмертна».

Втайне от реакционно настроенных Погодина и Шевырева, опекавших Гоголя с момента его приезда, писатель встречается с приезжавшим в Москву Белинским и передает через него рукопись в Петербург. Цензор Никитенко под давлением литературных кругов пропустил поэму, потребовав снять только «Повесть о капитане Копейкине».

Появление в конце мая 1842 года первого тома «Мертвых душ» вновь разделило Россию на два лагеря. Бескомпромиссная сатира Гоголя была встречена злобной хулой реакционной части общества. Ярые реакционеры Полевой, Сенковский и Булгарин всячески старались очернить писателя и доказать, что его произведение не имеет ничего общего с русской действительностью. «Друзья» из либерального славянофильского лагеря — С. Т. Аксаков и С. П. Шевырев — пытались приглушить обличительное социальное звучание поэмы, уверяя, что Гоголь не стремился создавать разоблачительное сатирическое произведение. Белинский, напротив, дал четкую концептуальную трактовку «Мертвых душ». Вслед за ним Герцен писал: «Поэзия Гоголя — это крик ужаса и стыда, который испускает человек, унизившийся от пошлой жизни, когда он вдруг замечает в зеркале свое оскотинившееся лицо». В отличие от героизированного Гоголем украинского народа, народ русский, увиденный им за страшным лицом помещичьей России, — это в большинстве своем либо споенный, деморализованный рабской психологией крепостной, либо те самые умершие крестьяне, которых скупает Чичиков. Лишь в лирических отступлениях и пейзажах поэмы проступает иная Россия — с ее былинным размахом, с неистребимым стремлением вперед, подобно птице-тройке.

В 1843 году в Петербурге вышли «Сочинения» Гоголя в четырех томах, что принесло писателю некоторый доход. Он поручил П. А. Плетневу и С. П. Шевыреву из этих денег создать Фонд помощи нуждающимся талантливым студентам Петербургского и Московского университетов.

С 1845 года произведения Гоголя начинают издавать в Европе: на чешском языке изданы «Старосветские помещики» и «Нос»; на французском — «Тарас Бульба», «Записки сумасшедшего», «Коляска», «Старосветские помещики» и «Вий»; через год на немецком — «Мертвые души», «Повесть о том, как поссорились Иван Иванович с Иваном Никифоровичем», «Тарас Бульба», «Записки сумасшедшего», «Коляска», «Старосветские помещики», «Вий»; в 1847-м — «Тарас Бульба» на датском языке.

Последнее десятилетие жизни Гоголя ознаменовано как тяжелым душевным кризисом, так и мучительными творческими поисками. Он замышляет в последующих частях «Мертвых душ» показать нравственное перерождение своих героев, нарисовать перспективы возрождения общества и государства. Одновременно писатель работает над второй редакцией «Ревизора». Запоздало пытаясь объясниться с публикой, он заканчивает в Риме, куда выехал с поэтом Н. Языковым летом 1842-го, миниатюру «Театральный разъезд», где дает свое обоснование комедии «как зеркала общественной жизни», и приводит взгляд различных слоев общества на свою пьесу.

Поселившись в Риме, он в то же время разъезжает по всей Европе: ездит лечиться в Германию, живет то в Ницце, то в Париже, нигде не находя ни душевного покоя, ни улучшения здоровья. В отсутствие Гоголя в Петербурге 9 декабря 1842 года в Александринке состоялось первое представление комедии «Женитьба». Как писал Белинский, «комедия играна гнусно и подло, Сосницкий (Кочкарёв) не знал даже роли». Гоголя страшно расстроил провал спектакля. 5 февраля 1843 года «Женитьба» с большим успехом была поставлена труппой Малого театра в бенефис М. С. Щепкина, состоявшийся на сцене Большого. Однако московский успех не облегчил душевного кризиса.

Дом семьи Гоголей-Яновских в с. Васильевка (теперь Гоголево).

Теперь Гоголь все силы отдает только «Мертвым душам». Утопическая идея «светлой России», во имя которой он начал писать вторую часть, видится ему настолько несостоятельной, что в июле 1845 года он сжигает несколько глав готовой рукописи. Под влиянием нарастающих религиозных настроений Гоголь снова и снова пытается переосмысливать свои произведения — пишет в 1846–1847 годах «Развязку „Ревизора“», затем «Дополнение к развязке „Ревизора“». Но его морализаторские потуги встречают отпор со стороны самых близких друзей. Щепкин категорически отказывается от постановки «Развязки» и отговаривает Гоголя печатать ее. Столь же неудачной была попытка написать вторую часть «Портрета» и перевести обличительную идею его в мысли о примиряющей роли искусства… Испуганный выводами, которые неизбежно следовали из его лучших произведений, изолировав себя в Европе от передовой русской мысли, поддерживая переписку с ограниченным кругом друзей, Гоголь в январе 1847-го издает «Выбранные места из переписки з друзьями», предисловием к которым ставит завещание, написанное в Гамбурге в 1845 году — именно тогда, когда сжигал рукопись «Мертвых душ». Новую книгу составили письма, адресованные П. А. Плетневу (ректору Петербургского университета, издателю журнала «Современник»), С. П. Шевыреву (профессору Московского университета, сотруднику реакционного погодинского «Москвитянина»), В. А. Жуковскому, Н. Языкову, А. П. Толстому и другим, а также статьи о Пушкине, Карамзине, о русской поэзии и др. «Душа моя изнемогла… я думал, что в книге моей скорее зерно примирения, а не раздора, — писал Гоголь в „Авторской исповеди“. — Мне показалось только непреложной истиной, что я не знаю вовсе России, что многое изменилось с тех пор, как я в ней не был»…

Осознавая необходимость вернуться на родину и все увидеть собственными глазами, писатель в мае 1848 года, посетив Иерусалим, возвращается через Одессу в Васильевку. А в сентябре приезжает ненадолго в Петербург, где знакомится с Некрасовым, Гончаровым и другими сотрудниками «Современника». Однако эта встреча оставляет у всех какое-то ощущение неловкости, принужденности. Гоголь уезжает в Москву, где живет сначала у Погодина, а затем у А. Толстого — в доме Талызина у Никитских ворот.

Он бесконечно переписывает рукопись, но так и не может дописать «Мертвые души». Летом 1849 года он читал главы второго тома Смирновой и Аксаковым в Абрамцево, но все это выглядело неубедительно. Душевный кризис нарастал.

Не вполне понятна роль графа А. П. Толстого, в семье которого Гоголь жил последние годы. С его слов — в ночь на 11 февраля, за десять дней до смерти, Гоголь сжег второй том «Мертвых душ» и прочие рукописи. Уцелели только письма Пушкина, Жуковского и его личные. Утром Гоголь будто бы сказал графу Толстому: «Вообразите, как силен злой дух! Я хотел сжечь бумаги, давно уже на то определенные, а сжег главы „Мертвых душ“!». Среди бумаг, оставшихся в доме после смерти Гоголя, были обнаружены первые четыре главы черновика «Мертвых душ» и еще одна глава, не обозначенная номером. С. П. Шевырев, литератор и друг Гоголя, переписал подготовил их к печати, и они были изданы в 1855-м — в первый год правления Александра II. Последние две недели Гоголь ничего не ел, только пил воду, разбавленную красным вином. Умер он 21 февраля (4 марта по новому стилю) 1852 года.

Как свидетельствует теща М. Погодина, находившаяся рядом с писателем до самой его кончины, в последние минуты он требовал: «Лестницу! Поскорее лестницу…». Куда спешил подняться Гоголь в последние мгновения жизни, мы никогда не узнаем… Все имущество, оставшееся после кончины Гоголя, не считая разной мелочи, составляли шуба, шинель и часы, а также 170 рублей 10 копеек от продажи книг. Истинным богатством великого писателя был его портфель с рукописями.

Гроб с телом Гоголя был поставлен для прощания в церкви Московского университета. Крышку гроба закрыл Щепкин. Похороны состоялись на третьи сутки — 24 февраля на кладбище Свято-Данилова монастыря, снесенном в 1932 году в связи с реконструкцией Москвы.

Неожиданная, скоропостижная и загадочная смерть Гоголя вызвала много толков и пересудов. Многие современники считали, что писатель умер потому, что хотел умереть. Так, И. С. Тургенев писал С. Т. Аксакову: «… мне, право, кажется, что он умер потому, что решился, захотел умереть, что это самоубийство началось с истребления „Мертвых душ“».

Врачом, который находился возле Гоголя в последний месяц его жизни, был Алексей Терентьевич Тарасенков, известный медик, написавший ряд работ по психиатрии. Он познакомился с Гоголем за месяц до его смерти и принимал участие в последнем врачебном консилиуме. Ни Тарасенков, ни другие врачи не заметили ничего особенного в состоянии организма писателя. Во время перезахоронения в 1931 году его останков на кладбище Новодевичьего монастыря, когда в живых не осталось ни одного из тех, кто знал Гоголя при жизни, возникли слухи о том, что Гоголя похоронили в состоянии летаргического сна… Вызвано это было тем, что череп, когда гроб открыли, лежал повернутым набок. Других изменений положения тела зафиксировано не было. На новой могиле со временем был установлен новый памятник с бюстом писателя, а фрагменты первоначального памятника — крест-Голгофу — разыскала и установила на могиле мужа вдова Михаила Булгакова… Полное собрание сочинений Н. В. Гоголя в 15-ти томах было издано лишь в 1940–1952 годах.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.