Шоу-рынок

Шоу-рынок

Мы будем понимать шоу-рынок расширительно. Под шоу-рынком будем понимать специфический рынок, на котором товаром являются сам человек, его способности и таланты. Музыканты, спортсмены, модели, артисты, художники – вот «объекты» шоу-рынка, которых мы будем называть обобщенно шоуменами. Зрители и слушатели являются субъектами этого рынка, покупателями, потребителями.

Есть ли какие-то особенности этого рынка, которые требуют особого его рассмотрения.

Шоу-деятельность существовала с незапамятных времен. Рыночной эта деятельность стала не в нашем и даже не в прошлом веке.

Но в настоящее время на этом рынке наблюдается новое явление, которое требует своего осмысления.

Это новое явление – громадные, фантастические заработки шоуменов в последней трети двадцатого века.

Хорошие артисты, певцы и т. д. иногда оплачивались выше, иногда ниже. Но вряд ли когда в истории было такое, чтобы спортсмены или музыканты имели бо’льшие доходы, чем бизнесмены и генералы, премьер-министры и короли.

Например, до революции в России Шаляпин считался богатым человеком и имел высокие гонорары. Но отнюдь не большие, чем какой-нибудь Морозов или Щукин, Витте или даже сам император Николай II. Но когда в настоящее время в число самых богатых людей входят шоумены, когда гонорары теннисистов превышают во много раз зарплату Президента США (про Россию даже и говорить нечего), когда за один зарубежный концерт поп-группа вывозит из страны несколько эшелонов нефти или такую сумму, на которую можно было бы построить целый автозавод, а модная манекенщица за пару проходов по подиуму получает оплату, эквивалентную цене пассажирского самолета, – согласитесь, в этом есть что-то, что стоит попытаться осмыслить.

Между ценой товара и его производственной стоимостью, как правило, имеется определенное соответствие. Как мы показывали при рассмотрении других секторов рынка, рыночная цена может отклоняться от цены производства, но не систематически и не слишком далеко. Но для шоу-товара ситуация совершенно иная. Действительно, представим себе, что все расценки в шоу-бизнесе для наиболее дорогих шоуменов снижены не на проценты, а в десять раз? Исчезнет ли от этого сам шоу-бизнес, можем ли мы сказать, что при контрактах в десять раз меньших никто не захочет играть в баскетбол или в теннис, люди перестанут петь или играть на скрипке и не захотят выступать на сцене? Конечно, нет. Залы будут также заполнены, также будут проводиться соревнования, не меньшее рвение будут прикладывать спортсмены и не меньше людей будет стремиться к карьере артиста.

Это мы знаем на примере советского спорта и искусства. Заработки и гонорары в СССР были в десятки, порой сотни раз меньше, чем на Западе, но никто, надеюсь, не скажет, что советское искусство было существенно ниже западного, что советский спорт был гораздо более низкого уровня, что стремление молодежи к достижению рекордных результатов было менее сильным в СССР, чем в Америке. Разве Третьяк или Харламов за гонорар в несколько десятков долларов играли хуже, чем нынешние легионеры за гонорары в сотни тысяч? Можно ли сказать, что если бы гонорары Майкла Джексона уменьшились в сто раз, то он стал бы хуже танцевать и петь или вообще перестал бы этим заниматься? Или если бы цены на его концерты уменьшились в пять раз, люди бы перестали посещать его концерты? Конечно, антураж концертов может и изменился, но ведь вовсе не из-за антуража рвутся люди на своих любимых артистов.

Мы видим, что эти супергонорары никак не связаны с самим шоу-бизнесом как сферой производства. Без них этот бизнес развивался бы не менее успешно. Таким образом, если, к примеру, цены на другие товары определяются в существенной части в сфере собственно самого этого рынка, то здесь есть что-то иное, есть какое-то внерыночное воздействие, которое мы и хотели бы понять.

В сфере производства товаров массового потребления действует стандартный принцип – чем больше затраты, тем больше и цена. Но в сфере шоу-рынка и вообще в сфере рынка престижного потребления этот принцип меняется на прямо противоположный – чем выше цена, тем выше и затраты. Первичны именно цены, а под эти цены подгоняются затраты.

Действительно, если оплата за концерт составляет миллионы долларов, то, естественно, на эти средства можно создать самое дорогостоящее представление. Будет меньше цена – будут меньше и затраты. Но никто не будет вкладывать громадные средства в шоу-представление, если нет уверенности, что по соответствующим ценам это шоу-представление может быть продано. Под возможную цену подгоняются затраты, а не наоборот, когда затраты определяют цену.

Этот принцип действует и в других сферах рынка престижных товаров. Не потому костюмы от Кардена так дорого стоят, что затраты на них очень велики, а, наоборот, затраты на них так велики, например оплата дорогостоящих модельеров, использование наилучших материалов, ручная работа и т. д., только потому, что на них велики цены. Это резко отличает эти рынки от обычных стандартных рынков, например рынка компьютеров или мазута, в которых цены настолько велики, насколько велики затраты. Никто же не будет вкладывать в производство мазута и компьютеров лишние затраты сверх тех, что необходимы. Таким образом, рынок шоу-товаров и рынок престижного потребления действительно весьма специфические рынки, в которых классические законы политэкономии нередко трансформируются в свою противоположность.