МЕШАЮТ ЛИ АРТИСТУ АПЛОДИСМЕНТЫ

МЕШАЮТ ЛИ АРТИСТУ АПЛОДИСМЕНТЫ

В пользу требования воздерживаться от аплодисментов приводились два довода: во-первых, состоящее из нескольких частей сочинение теперь следовало рассматривать как единое целое, которое ни в коем случае не должно прерываться аплодисментами; во-вторых, эти шумные паузы якобы сбивают с толку исполнителей.

Тут уместно привести свидетельство одного из величайших пианистов XX века, Артура Рубинштейна. В его воспоминаниях, опубликованных в 1973 году, рассказывается о концерте, который он восемнадцатилетним юношей давал в Париже: «Французская публика в 1904 году реагировала совсем не так, как нынешняя. Тогда аплодисменты вызывал каждый удачный пассаж, раздавались возгласы „браво“, „charmant!“, „quel artiste!“ Случалось даже, что музыкант прерывал игру и поклонами благодарил за аплодисменты, что мне, признаться, совсем не мешало, а наоборот, поощряло. Ещё и сегодня, когда играю в узком кругу, мои добрые друзья таким образом выражают свою признательность».

Можно призвать и другого свидетеля, Антонина Дворжака. Премьера его симфонии «Из Нового света» в 1893 году в Нью-Йорке встретила такой триумфальный приём, что сидевший в ложе композитор чувствовал себя королём. То, что слушатели в Карнеги-холле после первой части бурно аплодировали несколько минут, похоже, его только обрадовало.

Если мы ещё дальше углубимся в прошлое, то узнаем, что происходило в 1824 году на премьере Девятой симфонии Бетховена, — это и вовсе привело бы концертных пуристов в ужас. После каждой части бурные овации, которые, правда, глухой композитор мог только видеть, но не слышать, а в скерцо всеобщее ликование и размахивание платками вслед за громовыми ударами литавр посреди пассажа, который пришлось повторить. О возмущении Бетховена ничего не известно. Разочарован он был только до смешного низкой выручкой от продажи билетов.