ВЫСШИЕ ПРИНЦИПЫ

ВЫСШИЕ ПРИНЦИПЫ

Принципы тай-цзи цзянь возникли из двух источников и оформились в единую систему. Первым источником стали принципы тай-цзи цюань, которые, в свою очередь, были восприняты из даосской философии. Вторым — традиционные воззрения на благородное оружие и соответствующая система ценностей, сформировавшаяся более двух тысяч лет тому назад. Некоторые базовые принципы, принадлежащие первому источнику, были рассмотрены ранее и упоминаются во многих книгах. В данном разделе мы поговорим об основах тай-цзи цзянь, воспринятых из второго источника.

Понимание высших принципов тай-цзи цзянь и глубокое знакомство с особенностями китайской культуры могут в значительной степени повысить боевые качества. Цзянь — это особое, уникальное оружие. К нему следует относиться с уважением и почтением. Считается, что тот, кто практикует искусство тай-цзи цзянь, должен уделять время живописи, литературе, музыке и танцам. Если ваш культурный уровень невысок, не может быть и речи о достижении высших уровней мастерства. Впрочем, эта истина настолько очевидна, что не нуждается в пояснении. И все же помните о том, что общая культура не только обогащает жизнь, но и улучшает спортивные показатели.

Существует два основных высших принципа тай-цзи цзянь. Один называется «рэн цзянь хэ и», что означает «объединить тело и цзянь». Иными словами, движения исполнителя и клинка должны быть настолько скоординированы, что первый ощущает цзянь как органичную часть своего тела. Второй принцип — «у цзянь», или «танец меча». Как видно из названия, речь идет о превращении исполнения формы с цзянь в прекрасный грациозный танец.

Истинное единство исполнителя и его меча обретается на уровне души и тесно связано с эмоциональной сферой. Степень мастерства зависит не только от правильности внешних движений и объективных качеств человека, но и от способности достичь идеального единства между движением и самовыражением. Суть этого принципа нелегко понять и трудно объяснить, особенно новичкам. Однако со временем интуиция подскажет его верное понимание. Следует отметить, что занятия «без души», какими бы интенсивными они ни были, никогда не позволят достичь высшего уровня в благородном искусстве тай-цзи цзянь.

Общим заблуждением является широко распространенное убеждение, что, коль скоро боевые искусства изначально не рассчитаны на публичную демонстрацию, красота движений не имеет принципиального значения и не является целью занятий. Это далеко не так. Традиционно китайские мастера обучали своих учеников не только правильности, но и элегантности движений. Красота исполнения формы помогает развивать шэнь, и и ци и повышает внутреннюю восприимчивость бойца. Например, размашистые движения традиционно считаются красивыми и способствующими становлению духа, обострению интеллекта и усилению потока внутренней энергии по всему телу. Все великие мастера демонстрируют не только исключительные боевые качества, но и изящество исполнения. Тот же, кто не уделяет должного внимания внутренней тренировке или не наслаждается красотой движения, с большим трудом осваивает боевые приемы.

Важность эстетического восприятия перемещений цзянь была отмечена более двух тысяч лет тому назад. Тогда занятия с мечом называли «у цзянь», или «танец меча», и сама форма исполнялась как танец. Оружию посвящалось множество поэтических строк. Его сравнивали с фениксом, парящим в небе, и с драконом, бороздящим океан. В устах поэтов оно становилось то «бурлящей рекой», то «журчащим ручейком». Оно «появлялось и исчезало» подобно «вспышке молнии», согласно «внутреннему сценарию и внешней постановке». На рис. 7.5–7.10 показаны некоторые позы, иллюстрирующие подобные образы.

Лишь благодаря красивым движениям можно постичь истинное содержание внутренних компонентов всех форм тай-цзи, и только они проливают свет на способы достижения высших уровней мастерства. По сравнению с другими боевыми искусствами в практике тай-цзи цзянь красота занимает особое место. Как уже говорилось, этот принцип трудно понять — его надо почувствовать.

Иногда боевые искусства, подобные тай-цзи цзянь, изучают исключительно с целью последующей демонстрации и не уделяют внимания получению боевых навыков. Таким исполнителям надо отдать должное, ибо порой они достигают эстетического совершенства. При этом у зрителей может возникнуть ложное впечатление о прикладном назначении движений, не имеющих в действительности ничего общего с применением в реальных боевых ситуациях. Искусство «танца с мечом» обманчиво: два вроде бы одинаковых с виду движения могут существенно отличаться по своему внутреннему содержанию и, соответственно, иметь разное прикладное значение.