Жалованье

Жалованье

Впервые жалованье для всех слуг было введено в Зимнем дворце в начале 1859 г., после утверждения в ноябре 1858 г. «Правил о замене вольнонаемными людьми нижних чинов инвалидных рот, мастеровых и других команд». Жалованье составляло небольшую сумму, но на Пасху и Рождество выплачивались «премиальные», питание было бесплатным, Министерство двора обеспечивало придворную челядь дворцовыми ливреями или другой «спецодеждой». Кроме того, у дворцовой прислуги было довольно много побочных источников доходов, которые, правда, требовали определенной ловкости: например, знаменитая дворцовая традиция свечных огарков, когда прогоревшие более чем наполовину свечи считались огарками и слуги их перепродавали.

Сумма жалованья являлась прямым свидетельством места слуги в дворцовой иерархии. Так, ключевое положение среди слуг царя занимали два человека – старший камердинерский помощник и лейб-кучер с окладом в 258 рублей в год. В мастеровой команде, численность которой в 1858 г. была сокращена с 207 до 84 человек, три мастера получали по 300 рублей в год, старшие мастеровые (40 человек) – по 180 рублей, а младшие мастеровые – по 150 рублей.

Несмотря на попытки всемерной экономии, обозначившейся в период правления Александра II, на содержание по ведомству Придворной конторы продолжали затрачиваться значительные суммы – до 274 682 рублей в год578. Ведь должный и привычный уровень дворцового комфорта требовал большого числа слуг, да и вопросы престижа императорского двора предполагали наличие привычного штата челяди. Экономия достигалась не за счет подчас эфемерного сокращения штатов, а за счет минимальных окладов придворных слуг и чиновников. Например, в 1881 г. по штатам Министерства императорского двора получали такие оклады: чиновник – 115 рублей; придворный служитель – 43 рубля579; лакей, служивший на царской половине, – 201 рубль; камердинер императора – 144 рубля в год. Только старший камердинер, как и лейб-кучер, получали по 258 рублей580. Естественно, низкий уровень жалованья приводил к злоупотреблениям.

Маленькое жалованье придворной челяди отчасти компенсировалось регулярными выплатами «по случаю», однако они шли только той части дворцовой прислуги, которая находилась рядом с монархом. Постепенно сложился перечень памятных дат и праздников, на которые можно было получить довольно крупную прибавку, подчас даже в размере годового жалованья. Суммы прямо зависели как от степени близости слуги к императору, так и от его должностного положения в дворцовой иерархии. Например, в 1833 г. унтер-офицеру Арсенала Царскосельского дворца Ивану Федорову были выплачены именинные в сумме 100 рублей, а остальным унтер-офицерам – 50 рублей. Это было связано с тем, что Федоров параллельно со своими обязанностями по Арсеналу периодически занимался чисткой (также получая за это деньги) музыкальных инструментов (труб), на которых играл Николай I581.

Выплаты слугам шли из гардеробной суммы императора, то есть из средств, предназначенных на их личные нужды. В период царствования Николая I денежные выплаты слугам выстраивались в следующем порядке. Во-первых, 1 января императора с наступившим Новым годом поздравляли дежурные унтер-офицеры Царскосельского арсенала. Во-вторых, в течение года слугам выплачивались именинные. Суммы были разные: в 1833 г. подкамердинер Павел Гримм получил 50 рублей, столько же было выплачено «камер-лакею комнат его величества в Зимнем дворце Василию Потапову», при этом истопникам и ездовым «комнат его величества в Зимнем дворце» именинные платили по 25 рублей. В-третьих, выплачивались деньги на Пасху. В-четвертых, на день рождения императора. В-пятых, на именины императора. В-шестых, на тезоименитство. В-седьмых, на Рождество.

Иногда в списке выдач были имена, появление которых трудно объяснить: например, с 1846 г. к Новому году Николай I стал выплачивать по 5 рублей «вольноотпущенному Сергею Титову», тогда же появился безымянный «солдат при ванной комнате», которому ежегодно к Пасхе стали выдавать по 3 рубля, а с 1851 г. «солдату при ванной комнате» причиталось по 3 рубля и на Рождество.

Следует заметить, что и в начале XIX в. жалованье в придворном ведомстве не было особо щедрым. В связи с этим, к примеру, архитектор И. Монигетти получил разрешение министра императорского двора П. М. Волконского параллельно с работой в дворцовом управлении заняться постройкой домов по заказам петербуржцев582.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.