Школа

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

Школа

В свое время на страницах центральных газет замелькали публикации о некой мадам Одесской, которая эмигрировала с Украины в Москву. Актриса по профессии. И актриса по жизни. Мошенница высшего пошиба! Предприниматель, каких еще поискать. И если вы, честный милосердный гражданин, встретите около входа в метро «калеку-афганца» или «выкинутого на улицу охранника из президентских палатой» — не спешите бросать деньги в шляпу нищего. Это, скорее всего, актер из школы мадам Одесской, перевоплощенный в убогого нищего. Помните анекдот?

— Ужасно, наверное, быть калекой? — спрашивает сострадательная женщина, опуская монету в шляпу нищего.

— Увы, мадам...

— Но еще хуже, наверное, быть слепым?

— Гораздо хуже, — вздыхает нищий. — Когда я был слепым, мне кидали в шляпу черт знает что...

Ох, сколько же мы слышали о лихих перевоплощениях мошенников. И до сих пор, души сердобольные, обманываемся. Или рады откупиться? Бросая подаяние, как бы огораживаем себя от тех бед, что написаны на лице просящего. Трудно в жизни, но не дай Бог оказаться на этом месте. Хотя еще в начале века тот же Брехт говорил: «Всем известно, что люди (нищие) пользуются этим инструментом для того, чтобы тронуть сердца, а это, право же, не так легко. Чем состоятельнее человек, тем труднее ему растрогаться. Он готов заплатить любую цену за билет на концерт, который сулит ему долгожданное душевное волнение. Но и у менее состоятельного человека всегда найдется лишний грош, который он охотно истратит, чтобы расшевелить свое очерствевшее в борьбе за существование сердце той или иной незатейливой мелодией».

На звучание этой самой мелодии и рассчитывают воспитанники мадам Одесской.

Вот как описывает Ю. Вигорь в «Московской правде» встречу в школе мадам Одесской с мошенником-калекой:

«Приземистый, кряжистый парняга лет двадцати шести с искусно загримированным лицом, сплошь исполосованным синеватыми рубцами, с зияющим пустым глазом, смачно сплюнул, поправил пятерней свисающую на лоб мочальную прядь блестящих волос и плюхнулся смаху на колени, затем ловко скрестил ноги, как йог, обнажил голень в кровавых засохших струпьях и, раскачиваясь из стороны в сторону, стал хрипло, ненавязчиво подвывать:

— Привет вам, мирные жители, от минометчика двадцать седьмого ударного батальона Кантемировской дивизии. Пленный я был, в Чечне, поникали меня маленько, но пожалели. Собираю на дорогу домой и лечение. У богатых не беру, у нищих не прошу. Кто даст — тому воздается сторицей. Ты не деньги береги, дядя, сынов береги. И ты, товарищ очкарик переученный. Пусть лучше засудят за дезертирство живого, чем в гроб сырой некрашеный кинут. А я сам кидал всех начальников, и видел я их всех, как они меня в гробе корявом видели, эти стратеги македонские, завоеватели тридцать седьмой параллели, застрянь она у ихней глотке луженой... Ты не смотри, не пялься, ну чокнутый я, а ты б не чокнулся?

Просыпаюсь я, граждане, после взрыва, то ли контуженный, то ли недостреленный, а меня волокут куда-то, один сапог уже стянули, суки-мародеры, а во втором еще осталась курева заначка. Я как заору. Бросили, убегли. Потом другие пришли и вытащили на свет. Узнаю — чеченцы. А я не обижаюсь. Я сам к ним пришел. Ну, поникали маленько... Не убили же!..

— Ладно, хватит, завелся, — остановила Резаного мадам Одесская, — а почему про тик забыл? Почему не дрочишь головой? Ты же контуженный у нас, а не только чокнутый. У тебя левая щека дергаться должна. Можешь немножко заикаться и закидывать головку набок. Вот так, — изобразила она очень натурально»...

Ныне такие движения, как объясняла госпожа Одесская, называются «откидоном». Пророк Виктор Гюго, видимо, такого слова не знал, У него было другое определение — «падучая». Но, в основном, школа Одесской и школа нищих в «Соборе Парижской Богоматери по преподаванию мало чем отличаются. Сравним древнее мошенническое ремесло. У Гюго: „3абавник“ (на воровском жаргоне — нечто вроде солдата-самозванца), посвистывая, снимал тряпицы со своей искусственной раны и разминал запеленутое с утра здоровое и крепкое колено, а какой-то хиляк готовил для себя на завтра из чистотела и бычьей крови „христовы язвы“ на ноге. Через два стола от них „святоша“, одетый как настоящий паломник, монотонно гнусил „тропарь царице небесной“. Неподалеку неопытный припадочный брал уроки падучей у опытного эпилептика, который учил его, как, жуя кусок мыла, можно вызвать пену на губах. Здесь же страдающий водянкой освобождался от своих мнимых отеков, а сидевшие за тем же столом воровки, пререкаясь из-за украденного вечером ребенка, вынуждены зажать себе носы.» И вот что самое интересное. Во все времена хозяева школы для нищих старались не принимать на «учебную скамью» настоящих калек, естественных изувеченных и убогих, кому, казалось бы, сам Господь велел жить на милостыню. Мало того, сострадатель, дающий на хлеб какой-нибудь аккуратной бабушке-пенсионерке, никогда не догадается, что после своего трудового рабочего дня бабуля побежит сдавать часть выручки председателю «кооператива», дабы ее на другой день за укрытие доходов не выгнали с доходного места. «Нищие профессионалы», зарабатывающие в несколько раз больше тех, кого сама жизнь вытолкнула на паперть, смотрят на их пассивность с ехидцей и издевкой.

Настоящего пенсионера от мнимого отличить легко. У него, как правило, нет своей «истории падения». Они в основном сидят молча, выбирая из толпы понравившееся доброе лицо. И лишь тогда, когда этот человек поравняется с ним могут протянуть руку. Довольнотаки непрофессионально.

«Пенсионер-мошенник» держится куда увереннее. У него и легенда, связанная с бывшей работой в министерстве, и пара медалей позвякивает на лацкане заштопанного и заглаженного пиджачка. Он, если хотите и «Славянку» на гармошке сбацает. И «жена» при нем может пуститься в пляс. И на лицах таких ясно написано: «Нам трудно, но мы не выпрашиваем. Мы со всей своей худой жизнью веселимся сами и веселим других.

Нельзя стать «грамотным нищим» без соответствующей подготовки. Прохожие, как правило, лишь тогда обнаруживают сердобольность и великодушие, когда дорогу перегораживает попрошайка, пострадавший от войны или цунами, от извержения вулкана мм смерча, от политического переворота или землетрясения. При этом профессионалы-мошенники прекрасно знают, что убогая внешность естественного происхождения производит гораздо меньше впечатления, чем внешность, созданная двумя-тремя умелыми штрихами. Однорукий не всегда обладает способностью вызывать жалость своим убожеством. С другой стороны, более одаренным зачастую недостает культяпки. Тут требуется вмешательство.

В одно время в одном из подземных переходов стоял негрбомж держа «обмороженными руками» плакат, на котором безграмотно было написано, что он остался без средств к существованию после того, как попросил в России политического убежища. В выходные дни около церкви на Поклонной горе милая старушка вместе с «внучкой» просят милостыню всего лишь на лечение, дескать, пострадали в результате аварии на Чернобыльской АЭС.

Однажды небольшой конфуз произошел на кольцевой линии метро. На станции «Курская» в вагон вошла женщина с ребенком, ставшая уже «аксессуаром» нашего метрополитена. Как обычно, последовала трогательная история про похищенные деньги, голодную девочку и т. д. Деньги плохо, но давали. И вдруг посередине вагона из кармана бедной просительницы выпала... цельная пятидесятитысячная. По-видимому, такая ситуация у попрошаек не значится в списке штатных — женщина начала метаться по вагону и кричать, что «это подбросили», но суровый народ не принял оправданий. Бить, конечно, не стали, но посмеялись вдоволь.

Погуляешь по Москве, Питеру или другому крупному городу, насмотришься на мнимых нищих, и не стоит вечером усаживаться около телеящика, дабы узнать, какие катаклизмы происходят у нас в стране. Они, нищие-мошенники, не хуже нас следят за средствами массовой информации, дабы уже на другое утро переквалифицироваться в жертву терроризма или урагана, в мать, потерявшую сына на чеченской войне, или умершего по недосмотру врачей от аппендицита.

Ах, как могут вышибать слезу дети! Маленькие мошенники лучше, чем таблицу умножения, заучили способы выколачивания денег у населения. Наверное, почти каждый автовладелец становился жертвой их маленьких хитростей. Вот стая оборванных мальчуганов на бензоколонке готова передраться, дабы кому-то из них первому засунуть заправочный шланг в ваш бензобак. Другие на перекрестках пшикнут «Секундой», размажут грязь на лобовом стекле и просовывают руку за гонораром. Работа сделана. А не заплатишь,. так могут треснуть чем-нибудь тяжелым по кузову, и врассыпную.

Смекалка, как добыть денег, у подростков работает как химическая реакция при помощи катализатора. В нашем дворе каждое утро группа подростков уходит кататься на иномарках и к вечеру возвращается с полными карманами денег. Дело в том, что перекрыв одну из улиц на дорожный ремонт, ни строители, ни работники ГАИ не позаботились сделать указатель, показывающий объездную дорогу. Преимущества такой халатности и использовали 10-15-летние пацаны. Подсаживаясь в машины, они дворами выводили их владельцев на нужную дорогу. Такса — доллар, или в рублях по курсу.

Есть с десяток способов, вызубренных на тусовках и отработанных на практике, по добыванию денег. Каждый подросток знает, что можно из ученика-отличника переквалифицироваться в этакого просильщика. При этом важно «нарваться» на улыбающегося иностранца и без комплексов начинать долдонство типа «Дай, капиталист чертов, денег на... (Макдональдс, мороженое, „жвачку“, пирожок)».

Другие, копируя цыган, выходят на людное место с каким-нибудь еще не до конца спившимся бомжем или тунеядцем в роли отца семейства. При этом, конечно, и одежда, рваная и замызганная, показывает, до чего они докатились в результате перехода российского государства на капиталистический путь развития.