Onibaba Онибаба[42]

Onibaba

Онибаба[42]

1961 — Япония (103 мин)

· Произв. Toho

· Реж. КАНЭТО СИНДО

· Сцен. Канэто Синдо

· Опер. Киёми Курода

· Муз. Хикару Хаяси

· В ролях Нобука Отова (старуха), Дзицуко Ёсимура (ее невестка), Кэй Сато (Хати), Уно Юкити (солдат), Таидзи Тономура (торговец Уси).

Японию раздирают междоусобные войны 2-х армий на службе у враждующих императоров. Немолодая женщина и ее невестка, живущие в деревне, убивают всех солдат, попадающих в их края: раненых, заплутавших, бежавших с поля боя и т. д. Они снимают с них доспехи и забирают оружие, чтобы затем продать. Трупы они сбрасывают в глубокую яму. Так и живут, чтобы не умереть с голоду. Однажды друг старухиного сына возвращается домой, бежав из императорской армии. Сын старухи, по его словам, погиб при темных обстоятельствах. Уцелевший мужчина поселяется по соседству от женщин. Он настойчиво ухаживает за молодой вдовой, и та вскоре начинает регулярно навещать его хижину. Старуха, снедаемая ревностью и похотью, предлагает себя мужчине, но тот отталкивает ее. Она утверждает, что не может обойтись без невестки: в одиночку она не сможет зарабатывать на жизнь (т. е. лишать жизни заблудившихся солдат).

Как-то глубокой ночью в камышах заблудился самурай с маской демона на лице. Старуха скидывает его в яму и срывает маску, под которой скрывается лицо, обезображенное проказой. При помощи маски, старуха притворяется демоном, отпугивая невестку от ночных походов к любовнику. Любовник же заверяет девушку, что ни демонов, ни Будды не существует. Однажды маска усыхает после дождя, и старуха не может ее снять. Она вынуждена во всем признаться невестке и умоляет сорвать с нее маску. Девушке никак не удается это сделать, пока она не разбивает маску на лице старухи ударами молотка. Когда маска спадает, мы видим, что старуха, в свою очередь, стала прокаженной.

? Более интересный и не такой скучный, как Голый остров, Hadaka no shima*, этот не менее знаменитый фильм Канэто Синдо также опирается на ряд формальных и повторяющихся приемов: абстрактный исторический контекст (год действия определить невозможно), неподвижность времени, максимально ограниченное пространство и аскетизм декораций, повтор жестов и маршрутов движения персонажей, число которых также сведено к минимуму. Эти приемы в данном случае работают на создание языческой сказки, в которой мужчина и женщина, силой обстоятельств, возвращаются в дикое, животное состояние, лежащее в основе их природы. Самая оригинальная сцена — эпизод с маской демона. В нем Канэто Синдо показывает, как в одном из персонажей при всей глубине его морального падения по-прежнему живет религиозный страх, который автор не медлит приравнять к простому и чистому суеверию. Таким образом, режиссер доводит до совершенства тот антигуманизм, в который погружает своих героев. Ликование Синдо контрастирует со священным ужасом, который чувствуют в схожих ситуациях герои фильмов Итикавы (см. Огни на равнине, Nobi*). Хотя в мрачно-насмешливом топе Канэто Синдо есть немало самолюбования, есть в нем и некая бодрящая сила.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >